Аукционный дом Золотое крыло. Купить монеты в слабах NGC.

Аукционный дом Гермес
   


Аукционный дом Империя
Страницы: Пред. 1 ... 13 14 15 16 17
Разное интересное, Древний Мир: история, археология, ссылки, тексты, фото, видео, отчеты.
 
Китобойная драма в античное время: древние римляне с ручными гарпунами

На самом юге Испании в провинции Кадис в 20 км от города Тарифа находится археологическая зона Бело Клавдия. Это римский город, выросший из рыбацкой деревушки. При Клавдии (вот откуда название, ага) городок получил статус римского муниципия (то есть, города, где свободные аборигены получили римское гражданство). Ко II веку н.э. Бело Клавдия достиг своего расцвета, здесь, как и положено приличному римскому городу, имелся форум с административными зданиями. При этом каждому богу из Капитолийской Триады (Юпитеру, Юноне и Минерве) был посвящен собственный храм. Имелись театр, термы, три акведука и храм Исиды.

Самым известным промыслом Бело Клавдии было производство гарума - рыбного соуса с неповторимым запахом и характерным вкусом. В связи с чем в городе найдены сотни cetariae - резервуаров для засолки рыбы. Особо в Бело Клавдии любили тунца, но не брезговали и иной рыбой.


Резервуары в Бело Клавдии / D. Bernal-Casasola, University of Cadiz

Всю яркую будущность Бело Клавдии похоронило землетрясение в середине II века нашей эры. И хотя жители совершили неплохую попытку восстановить разрушенное, в III веке его посетили с разгромом берберские и германские пираты. А потом как-то и сама Империя уже устала, и все двинулось к упадку.

В начале августа 2018 года археологи из Йоркского университета совершили открытие. Они исследовали рыбьи кости из руин одного из рыбозасолочных предприятий Бело Клавдии, и оказалось, что среди действительно рыбьих костей есть кости китов. Причем китов, которые ныне в Атлантике практически или вовсе истреблены: северного гладкого/eubalaena glacialis и серого, или калифорнийского/eschrichtius robustus.


Северный гладкий кит (eubalaena glacialis) с детенышем / NOAA

Римляне не имели снаряжения для добычи в открытом море таких монстров, как синий кит, который иногда и сейчас встречается в Атлантике и Средиземном море (его длина в среднем около 20 метров). Но, судя по костям в Бело Клавдии, могли себе позволить охоту на китов размером поменьше - оба упомянутых млекопитающих в среднем не превышают 10 с небольшим метров - у побережья. Возможно, эту охоту рыбаки вели с небольших лодок с помощью ручных гарпунов – то есть, так, как это делали столетия спустя средневековые китобои.

Авторы публикации (помимо Камиллы Спеллер из Йоркского университета, это Ана Родригес из Французского национального центра научных исследований и Энн Шарпентье из университета Монпелье) ссылаются на упоминания китов у Плиния Старшего (который рассказывал об охоте косаток на детенышей китов как раз в заливе Кадиса), а также на свидетельства присутствия неких "монстров" в Mare Nostrum (то есть, Средиземном море).

Они предлагают коллегам заново пересмотреть античные источники на предмет упоминания этих видов китов. Возможно, что истребление живших в Средиземном море китов начали еще древние римляне. Кроме того, велика вероятность, что жители побережья подбирали для переработки туши выброшенных на берег китов. В любом случае, вопрос охоты на китов в начале I тысячелетия нашей эры требует более глубокого изучения.

ссылка
«Nemo omnia potest scire»
Модераторы клуба СМ За активную просветительскую работу, создание информативных и полезных нумизматических тем и сообщений Лавровый венок победителя конкурса или викторины За открытие 100 дискуссионных веток на форуме вне торговых разделов Пользователь создал тему, которая получила более 30 баллов при голосовании Пользователь написал сообщение, которое получило более 30 баллов при голосовании За активное участие в рейтинговом голосовани   - голосовал более 5000 раз
 
Поединки Троянской войны

Герои гомеровских поэм, цари и аристократы, состязаются друг другом у стен легендарной Трои. Война даёт им возможность проявить доблесть, унаследованную от предков, и совершить собственные подвиги, затмевающие прежние новой славой. Для этого герои локоть к локтю сражаются со своими товарищами в общих битвах и бьются с врагами один на один в поединках.

Аристократия
В «Списке кораблей» Гомер называет имена 46 вождей, которые привели свои ополчения к стенам Трои, и 30 имён вождей троянцев и их союзников. В тексте поэмы упоминается ещё около 500 имён участников событий, но лишь 29 из них появляются там более пяти раз. Замечено, что в «Илиаде» практически не встречаются представители простонародья — почти все персонажи взяты из класса «лучших» (ἂριςτοι) или «добрых» (άγαθόι) людей. Многие герои возводят своё происхождение к богам. Некоторые из них приходятся друг другу родственниками. Например, Ахилл и Аякс Теламонид являются двоюродными братьями по отцовской линии. Кроме родственных связей героев объединяют узы наследственной дружбы и гостеприимства, которые они старательно поддерживают, участвуя в совместных пирах и обмениваясь подарками.


Герои Троянской войны.

Аристократов от остальных людей отличают представительный внешний вид, богатые одежды, показная роскошь и образ жизни, связанный с демонстративным потреблением. Но более всего для них характерно занятие военным делом. Война является образом жизни героев поэмы, источником власти и высокого социального положения. Подвиги приносят славу, храбрость облагораживает и прославляет доблестных мужей. Жажда подвигов и признания, а равно и приносимого ими почёта и богатства, остаётся одним из древнейших стимулов к войне. Соответствующий образ жизни иллюстрирует Одиссей, когда в разговоре со свинопасом Эвмеем выдаёт себя за уроженца Крита, одного из рядовых участников Троянской войны:

Смелый в бою, полевого труда не любил я, ни тихой

Жизни домашней, где милым мы детям даём воспитанье;

Островёсельные мне корабли привлекательней были;

Бой, и крылатые стрелы, и медноблестящие копья,

Грозные, в трепет великий и в страх приводящие многих,

Были по сердцу мне — боги любовь к ним вложили мне в сердце…

С мужеством бодрым не раз выходил я, созвавши

Самых отважнейших, против врагов злонамеренных в битву.

Мыслью о смерти моё никогда не тревожилось сердце;

Первый, напротив, всегда выбегал я с копьём, чтоб настигнуть

В поле противника, мне уступавшего ног быстротою;

Прежде, чем в Трою пошло броненосное племя ахеян,

Девять я раз в корабле быстроходном с отважной дружиной

Против людей иноземных ходил — и была нам удача;

Лучшее брал я себе из добыч, и по жеребью также

Много на часть мне досталось; своё увеличив богатство,

Стал я могуч и почтен меж народами Крита.


Аристократический этос
Этический принцип гомеровской знати наиболее полно сформулировал ликийский герой Сарпедон, обращаясь к своему соратнику Главку:

Сын Гипполохов! за что перед всеми нас отличают

Местом почётным, и брашном, и полной на пиршествах чашей

В царстве ликийском и смотрят на нас, как на жителей неба?

И за что мы владеем при Ксанфе уделом великим,

Лучшей землёй, виноград и пшеницу обильно плодящей?

Нам, предводителям, между передних героев ликийских

Должно стоять и в сраженье пылающем первым сражаться.

Пусть не единый про нас крепкобронный ликиянин скажет:

Нет, не бесславные нами и царством ликийским пространным

Правят цари: они насыщаются пищею тучной,

Вина изящные, сладкие пьют, но зато их и сила

Дивная: в битвах они пред ликийцами первые бьются!



Боги смерти уносят с поля боя павшего Сарпедона. Краснофигурный кратер работы Евфрония и Эвксития, 510 год до н.э.

Этот принцип требовал от участников битв «тщиться других превзойти, непрестанно пылать отличиться». Знатный воин на поле боя должен был постоянно поддерживать собственную репутацию, храбро сражаясь в первых рядах войска и совершая подвиги на глазах у остальных. В «Илиаде» Гомер описал и упомянул вскользь примерно 300 поединков, в которых погибли 269 воинов: 208 троянцев и 61 грек. Рекордсменом по числу одержанных побед является троянец Гектор, убивший 28 поименованных и множество безымянных врагов. На греческой стороне наиболее результативным бойцом оказался Диомед, одержавший 22 победы над поименованными и 12 над безымянными троянцами. Знаменитый Ахилл, отсутствовавший, правда, на протяжении большей части повествования, со своими 23 победами оказался лишь на четвёртом месте, уступив одну позицию своему другу. Патрокл поставил рекорд по результативности одного выступления, в ходе своего яркого, но непродолжительного появления на поле боя убив 27 троянцев.

Аристократы на поле боя
Поединки, которые описывает Гомер, в значительной мере являются литературным конструктом, возникшим из-за характерной перспективы взгляда на поле сражения, когда в фокус внимания поэта попадают действия лишь отдельных бойцов. С обеих сторон в сражении участвовали массы воинов, выстраивавшиеся друг против друга в какое-то подобие фаланги с высокой концентрацией хорошо вооружённых и защищённых доспехами воинов-промахов (πρόμαχοι) в передних рядах. Преобладающей формой сражения был метательный бой: обе стороны перебрасывались дротиками и камнями.


Скульптурный фронтон храма Афины Афайи на Эгине с изображением сцен Троянской войны, около 500 года до н.э.
Музей изобразительных искусств им. А.С. Пушкина, Москва.


Рукопашные схватки разворачивались здесь же, на узкой полоске «ничейной» земли, разделявшей обе фаланги. Чтобы сразиться с противником, зачинщику приходилось в буквальном смысле выступить из своего строя вперёд. Приближаясь к вражеским рядам, он становился особенно уязвим. Молодые воины, такие, как «Несторов сын, молодой Антилох быстроногий», стремились поразить противника и успеть уйти из-под ответного обстрела.

Вылетел он [Антилох] из передних рядов и, кругом обозревши,

Бросил блистательный дрот; взволновались трояне, увидя

Мощный удар. И оружие он не напрасное ринул:

Ветвь Гикетаона, смелого сердцем вождя Меланиппа,

Гордо идущего в битву, в широкие перси уметил;

С шумом он грянулся в прах, и взгремели на падшем доспехи.

Несторов сын на него устремился, как пёс на еленя (…)

Алча доспехов твоих. Но от Гектора он не укрылся;

Гектор навстречу предстал, пролетев сквозь кипящую сечу.

Несторов сын не остался, как ни был горяч в ратоборстве;

С поля сбежал он, зверю подобный, свершившему пакость,

Зверю, который, пса или пастыря стадо сгубивши,

В лес убегает, покуда селян не собралась громада, —

Так убежал Несторид; на него и трояне и Гектор,

Страшные крики подняв, задождили свистящие стрелы.

Стал он лицом к сопротивным, достигнувши дружеских сонмов.


Из 300 поединков 139 Гомер описывает более подробно в сравнении с другими. В 105 случаях (76%) схватка завершилась смертью одного из участников. Почти всегда решающим оказывался уже первый удар, и лишь в 18 случаях победителю понадобился второй. Из смертельных случаев чаще всего жертва оказывалась поражена в грудь (67 раз), в голову (31) и шею (13). В случае ранений чаще всего опять же встречаются раны, нанесённые в грудь (9), ранения рук (7) и ног (7). Среди оружия нападения наиболее грозным является копьё, которым нанесено 106 ударов, на втором месте меч (17), третье делят стрелы (12) и камни (12).


Менелай преследует Париса. Краснофигурный килик, около 480 года до н.э. Лувр, Париж

Некоторое представление, как распределялось оружие и нанесённые им ранения в ходе одного сражения, даёт описанная в 11-й песне «Илиады» аристия Агамемнона. Одного своего противника властитель златообильных Микен поразил копьём в голову, двоих — в грудь, ещё одному пронзил руку, двоих поразил мечом в шею, одному отрубил голову и обе руки, а ещё в одном случае ударил своего противника копьём в бок, после чего обезглавил мечом.

Наступательное вооружение
Ратным подвигам способствовали высокий рост и богатырская сила, превышавшая человеческую, а также военное снаряжение. Основным оружием нападения является копьё. Гомер порой упоминает очень длинные и тяжёлые копья (ἔγχος): Гектор, например, сражался копьём длиной 11 локтей, а Аякс Теламонид — даже копьём в 22 локтя. Однако большинство копий (δόρυ) были относительно небольшими, что позволяло или метать их в противника издали, или использовать для рукопашной схватки. Так описывал Гомер характер действий в бою Антилоха, который своим копьём

беспрестанно намечивал острым

или на дальнего ринуть, или на близкого грянуть.



Микенский колесничий поражает большим копьём пешего противника.

Бой, как правило, начинался с метания копий, причём дистанция броска имела немаловажное значение. Боец, бросавший копьё первым и с большей дистанции, имел серьёзное преимущество над своим противником. С другой стороны, он рисковал при этом больше, поскольку в случае промаха терял своё оружие. Кроме того, противнику было легче уклониться от копья, брошенного издали. Бросавший вторым мог подпустить своего противника ближе, чтобы лучше прицелиться. От копья, брошенного с меньшей дистанции, было труднее уклониться, и у него было больше шансов при попадании в цель пробить щит и панцирь противника.

Воины обычно вступали в бой, вооружившись двумя копьями. Первое бросалось в противника с какого-то расстояния, а второе сохранялось для боя на короткой дистанции. Имея при себе лишь одно копьё, бойцы предпочитали использовать его для нанесения ударов, а не для метания. В рукопашной схватке копьё давало бойцу серьёзное преимущество над противником, особенно если тот потерял своё оружие в результате неудачного броска. Меч (άωρ) или топор (αζίνη) оставались последним оружием, однако оба безнадёжно проигрывали копью по дистанции боя и эффективности. Удар копья, как правило, пробивал любые элементы защиты, включая щит, панцирь и шлем, в то время как меч Менелая разлетелся на четыре куска при сильном ударе о шлем Париса. Какое-либо понятие о фехтовании с мечом у гомеровских героев отсутствовало. Меч использовался для ударов в незащищённые доспехом части тела — в руки, ноги или шею, а также для расчленения и поругания тела павшего врага.


Бронзовые мечи и наконечники копий микенской эпохи. Археологический музей, Ираклион

Защитное снаряжение
Военное снаряжение, в которое герои облачались для боя, включает бронзовый панцирь (ϑωρες), шлем с высоким гребнем (πέλεξ) и щит (άσπις). Панцирь представлял собой двустворчатую кирасу, описанию которой прекрасно соответствуют археологические находки позднемикенского времени и раннего железного века. Одним из наиболее часто встречающихся у Гомера эпитетов греков является «меднодоспешные» (χαλκοχιτωνοι). Защитное снаряжение, как правило, пробивалось оружием. Например, в знаменитой сцене нарушения клятвы Менелай был ранен стрелой, пробившей налагавшиеся друг на друга створы панциря и носившийся ещё сверху медный запон. Брошенное копьё также обычно легко пробивает панцирь и шлем. Гораздо реже встречаются случаи рикошета. Только доспех Ахилла, созданный божественным кузнецом Гефестом, мог отразить даже прямое попадание. Сам Ахилл, правда, не рисковал понапрасну и в единоборстве с Гектором, облачённым в его собственный, захваченный у Патрокла, доспех, поразил своего противника в единственное место, не прикрытое бронёй — в шею.


Микенский доспех из Дендры, Арголида

Щит предоставлял своему владельцу гораздо более высокую степень безопасности от метательного и ручного наступательного оружия. Стрелы рикошетировали от бронзовой поверхности. Удары копья были более эффективными, но в рассказе Гомера нет недостатка в сломавшихся копейных втулках и загнувшихся остриях. Наряду с общеупотребительным άσπις для обозначения щита Гомер пользуется другими терминами, которые ставят вопрос о соотношении языка поэм и современной её автору реальностью. Лёгкий плетёный щит, обтянутый свежесодранной козьей шкурой (λαιςέια), никогда не выходил из употребления и был известен впоследствии под наименованием «пельта».


Серебряная инкрустация на лезвии бронзового кинжала с изображением воинов, вооружённых большими щитами.
Национальный археологический музей, Афины


Особняком стоит семикожный башневидный щит (σάκος) Аякса Теламонида или ростовидный щит Гектора, который, будучи заброшен за спину, ударял своего владельца краями по пяткам и по шее. Оба они — реминисценции гораздо более ранней микенской эпохи. Являются ли эти и другие подобные им элементы деталями созданного автором художественного колорита предшествующего времени или, возникнув задолго до окончательного сложения поэмы, были инкорпорированы в её текст в виде готовых «строительных блоков» — эти и другие вопросы по-прежнему остаются предметом спора исследователей.

ссылка
«Nemo omnia potest scire»
Модераторы клуба СМ За активную просветительскую работу, создание информативных и полезных нумизматических тем и сообщений Лавровый венок победителя конкурса или викторины За открытие 100 дискуссионных веток на форуме вне торговых разделов Пользователь создал тему, которая получила более 30 баллов при голосовании Пользователь написал сообщение, которое получило более 30 баллов при голосовании За активное участие в рейтинговом голосовани   - голосовал более 5000 раз
 
День рождения в Древней Греции

О днях рождения и их праздновании в Древней Греции мы знаем не так уж много. Как же мы представляем эти мероприятия по античным источникам? Здесь, конечно же, в первую очередь, будем ориентироваться на Афины.

Рождение ребенка проходило дома, при ограниченном количестве домочадцев:
«Когда же, Алкивиад, появляемся на свет мы, то, по выражению комического поэта, едва ли и соседи наши это замечают».
(Платон. Алкивиад I. 121d; V–IV вв. до н.э.)


Святилище Зевса Высочайшего в Афинах

Роды принимала знавшая в этом толк рабыня или приглашенная повитуха (майя, майевтрия). После рождения ребенка обмывали в пресной воде. Спартанцы, по слухам, …

«…обмывали новорожденных не водой, а вином, испытывая их качества: говорят, что больные падучей и вообще хворые от несмешанного вина погибают, а здоровые закаляются и становятся еще крепче».
(Плутарх. Ликург. 16).

Это делалось не только из гигиенических соображений, но как бы смывая скверну родов. Матери также требовалась подобная процедура.

Там, где тобой разрешились у матери мощные недра,

Стала искать она ключ родниковый, в котором могла бы

Нечистоту свою смыть от родов и обмыть тебе тельце.

(Каллимах. Гимн Зевсу. 15-17; 1 пол. III в. до н.э.).

Сын акушерки, философ Сократ (V в. до н.э.), уточняет дальнейшие действия:

«А после родов его полагается обнести вокруг очага и толком рассмотреть…».

Как кажется, здесь Сократ смешивает мероприятия непосредственно после родов и церемонию, проходившую обычно через несколько дней после рождения.


Водный источник на холме Пникс в Афинах

Сократ сравнивает знание, «порождаемое учеником», с новорожденным, а себя – с повитухой, «принимающей детище». Дальнейшие его рассуждения косвенно указывают на то, что акушерка вполне могла по результатам, так сказать, первичного осмотра предложить матери отказаться от ребенка. Очевидно, что в этот момент глава семьи принимает решение о признании/непризнании новорожденного. Это первое признание происходило в oikos/oikia – узком кругу домочадцев (у римлян это называлось familia).

Так же, как и римляне, греки не давали новорожденному имени в течение первой недели. Аристотель (IV в. до н.э.) в «Истории животных» объясняет, почему:

«Большинство [из тех детей, которые погибают], погибают до седьмого дня, поэтому и имена детям дают в то время, так как уже больше уверены в их сохранении».

При похоронах мертворожденных или умерших вскоре после рождения детей обходились без обычных ритуалов.


Вид на современные Афины с исторического холма Пникс

На пятый или седьмой день (в источниках данные разнятся) после рождения младенца греки проводили церемонию, которая называлась «амфидромия» (амфи- – вокруг, около, с обеих сторон; дромос – путь, бег). Упоминаний в источниках об амфидромии (как прямых, так и косвенных) вполне достаточно, чтобы мы могли примерно реконструировать порядок мероприятия.

Для начала женщины, помогавшие роженице, омывали руки, таким образом очищаясь от скверны пролитой при родах крови. Ведь для греков кровь как бы материальный источник ритуальной нечистоты, скверны (miasma).

… убитого коснися,
Родильницы иль мертвого - и ты
Нечист…

(Еврипид, Ифигения в Тавриде, 381-383; Vв. до н.э.).

или

Он не сядет на могилу, не приблизится к трупу или роженице: лучше не осквернюсь, думает он.
(Теофраст. Характеристики. Суеверный; IV-III вв. до н.э.).

Снаружи дом украшали в случае рождения мальчика оливковыми ветвями, девочки – шерстяными гирляндами. Шерсть отвращала зло, например, в «Диалогах гетер» Лукиана беременная на сносях посылала служанку за нею на рынок, а также символизировала трудолюбие девочки. Эти украшения являлись в то же время и предостерегающими – случайное посещение дома с роженицей могло осквернить гостя.


Надгробие из Фессалии. 425-400 годы до н.э. Археологический музей Ларисы

Приглашался узкий круг родных и близких семье, которые приносили подарки – почему-то морских гадов: осьминогов, каракатиц, кальмаров. Кстати, прямых указаний, что с ними делали хозяева дальше, в источниках нет, очевидно, их съедали на праздничной трапезе.

Очищению также способствовал символический контакт с открытым огнем – костром или очагом. (Правда, сама роженица еще долгое время – более месяца – считалась «нечистой»). Акушерка (или отец), держа новорожденного на руках, обходила очаг. Затем домочадцы и гости следовали ее примеру. Возможно (судя по названию церемонии), они даже бегали вокруг огня, кажется (не могу сказать точно), есть упоминания и о танцах. Помимо очищения, нового члена семьи представляли домашним божествам и совершали особое жертвоприношение – genetlia.

Это жертвоприношение следовало принести в любом случае просто по факту рождения отпрыска. В трагедии Еврипида «Ион» Креуса становится жертвой страсти Аполлона и отказывается от родившегося от этой связи ребенка. Позднее её супруг по оракулу обретает сына в юном прислужнике храма Аполлона в Дельфах и спешит принести запоздалую «жертву рождения».

Креусы муж когда покинул храм,
С собой увел и найденного сына.
Он пир тогда ж замыслил, чтоб богов
Торжественным благодарить служеньем;
Сам в горы царь направился, где пламя
Диониса колеблется. Его
Он оросить сбирался кровью тельчей
Двуглавую вершину. Сыну ж так
Он приказал: "Велишь шатры раскинуть
Ты мастерам, а если слишком я
За жертвою рождения промедлю,
Пусть без меня собравшимся гостям
Предложат пир". И, взяв телиц, он отбыл…

(Еврипид. Ион. 1122-1132; V в. до н.э.).

Гарпократион указывает, что «бег» совершался не вокруг очага, а вокруг алтаря Гестии (хотя очаг и был, собственно, символом Гестии). В целом, этим «бегом» ребенка отдавали под защиту богини. Очистив себя и дом от скверны, участники праздника переходили к следующему действу – поздравлениям родителей и вручению подарков – opteria.


Фрагмент надгробия Амфареты. IV век до н.э. Музей Керамика

Вообще же было принято одаривать нового члена семьи (в широком смысле) при знакомстве с ним. Необязательно это знакомство происходило вскоре после рождения. Бабушка Аполлона – титанида Феба – владела святилищем в Дельфах, которое подарила внуку при рождении.

Вместе с именем
Престол дан, бабкой внуку в колыбельный дар.

(Эсхил. Эвмениды. 7; V в. до н.э.).

А сестра Аполлона – Артемида – получила подарок от брата – Гефеста, впервые увидев его, будучи уже трехлеткой.

Ты же, о Дева, и раньше, трехлетней еще, не страшилась.
Было: Лето на руках принесла тебя в гости к Гефесту,
Что тебя пожелал повидать, одарив для знакомства.

(Каллимах. Гимн к Артемиде. 73-75; 1 пол. III в. до н.э.).

К слову, на протяжении шести недель после рождения ребенок и мать регулярно участвовали в очистительных церемониях. Часто в этот период забота о ребенке ложилась на другую женщину – бабушку, повитуху, кормилицу (в богатых домах).

ссылка
«Nemo omnia potest scire»
Модераторы клуба СМ За активную просветительскую работу, создание информативных и полезных нумизматических тем и сообщений Лавровый венок победителя конкурса или викторины За открытие 100 дискуссионных веток на форуме вне торговых разделов Пользователь создал тему, которая получила более 30 баллов при голосовании Пользователь написал сообщение, которое получило более 30 баллов при голосовании За активное участие в рейтинговом голосовани   - голосовал более 5000 раз
 
Приключения бронзовой статуи римского императора Требониана Галла

Мы любим рассказывать истории не только археологических находок, но и музейных экспонатов. Наука развивается, и все новые методы исследований позволяют ученым заглянуть далеко в прошлое.

Большая бронзовая статуя римского императора III века Требониана Галла сейчас находится в коллекции американского музея Метрополитен в Нью-Йорке. Однако прежде она принадлежала Николаю Никитичу Демидову – российскому посланнику в великом герцогстве Тосканском.



Вот как рассказывает историю скитания статуи от момента находки в Риме до обретения её Метрополитен-музеем историк-искусствовед, старший научный сотрудник Государственного Эрмитажа Олег Неверов (Скульптурное собрание Демидовых // Наше наследие. 2003. № 66. С. 61-64):

«Наиболее интересная часть собрания Н.Н. Демидова – портретные статуи римских императоров. […] Разноречивые сведения сопровождали находку одной из интереснейших скульптур коллекции. Это – редкая бронзовая статуя императора, считавшаяся в свое время то портретом Мария, то Юлия Цезаря, то изображением Гальбы. Ныне в ней видят представителя «эпохи солдатских императоров» III века – Требониана Галла (Музей Метрополитен, Нью-Йорк).»

Статуя впервые была опубликована в 1849 году в Петербурге. Автор ее описания, архитектор О. Монферран, сообщает следующее:

«В юности, когда я учился в Риме, одно важное лицо русского двора добилось от его святейшества папы Пия VII разрешения провести на свой счет раскопки в винограднике, расположенном недалеко от собора Святого Иоанна Латеранского. Множество статуй было результатом этих раскопок... Они продолжались два года, и стоимость их превышала 100 000 пиастров. После столь больших расходов господин Н.Н. Д(емидов) решил, что следует прервать исследование... Наша статуя, найденная при этих раскопках, была скинута с пьедестала и лежала в кусках, погребенная под руинами зала, центр которого она некогда занимала. Так как следовало опасаться, чтобы она не привлекла внимание администрации папских музеев, и чтобы ее важность не вызвала желания приобрести ее, куски были тотчас же упакованы и отосланы во Флоренцию, где из-за отсутствия ее законного владельца она оставалась еще много лет...»
(Мontferrand А. Jules César, Statue antique en bronze faisant partie de la collection de Mr de Montferrand. SPbg, 1849. P.9. ff.).

В письмах художественного агента баварского кронпринца Людвига сохранились несколько иные сведения: в 1820 году князь Станислав Понятовский, племянник покойного польского короля, решает покинуть Рим. Колоссальный бронзовый бюст «Мария» (агент Людвига считает его «Гальбою») предназначен к продаже за 3000 скуди, кронпринц давал лишь 500. Тогда Понятовский

«взял Гальбу с собой во Флоренцию, где позже он попал в руки князя Демидова и оттуда переехал в Санкт-Петербург»
(Urlichs L. Die Glyptothek Königs Lüdwig I. München, 1867. S.84.).



У исследователя ХХ века разногласия эти вызвали скептическое заключение:

«Рассказы об обстоятельствах его находки немного подозрительны, и сомнительно, базируется ли вся история на фактах…»
(Metropoltain Museum Bulletin. 1905. November. Р.124.).

После смерти Н. Демидова его младший сын Павел становится обладателем скульптурного собрания и редкой бронзовой статуи. Когда он умирает (в 1840 году), его вдова, А.К. Демидова, приказывает удалить из парадных апартаментов особняка несколько «нецеломудренную» в ее античной наготе скульптуру. Монферран, строитель особняка Демидовых (Б. Морская, 43), видит ее чуть ли не на чердаке и просит старшего брата умершего, Анатолия, уступить статую ему. Из письма, посланного последним из Флоренции, видно, что редкая бронзовая скульптура вызывала у знатоков сомнения:

«Мне не нужно большего, чем уверенность в подлинности этого шедевра, и коль скоро это установлено, я даже аплодирую этому, так как именно я получаю удовольствие прибавить его к Вашей коллекции»
(М А. Op. cit. P.24.).

Монферран собирался уступить статую «одному из прекраснейших музеев Европы», как он не без лести называл Новый Эрмитаж Николая I, но после его смерти вдова архитектора увезла ее в Париж, и в 1896 году новый владелец продает скульптуру представителям Нью-Йоркского музея.



Вот таким образом статуя императора попала в США. А ведь могла бы украшать собой коллекцию Эрмитажа.

Теперь, познакомившись с ее историей, мы можем внимательно осмотреть и саму статую. Она одна из немногих почти полных римских бронзовых статуй III века (251-253 гг.), дошедших до наших дней. Высота статуи – 241,5 см.

Хотя весьма идеализированное тело императора кажется непропорционально большим относительно головы, несомненно, оба они подлинные и принадлежат друг другу. Голова же, согласно принятым тогда нормам, скорее всего, портретно достоверная.


Вот так выглядел император Требониан Галл на монетах + бронзовый бюст

Однако благодаря тщательному изучению статуи известно, что начиная с её открытия в XIX веке, статуя подверглась нескольким реставрационным кампаниям.

Исследования, сделанные в Метрополитен, свидетельствуют, что три четверти статуи древние. Есть сомнения насчет левой ноги и совершенно точно восстановленной является мантия, которая, реконструирована на месте подобной утраченной в веках.



Руки императора сейчас пусты, но внимательный зритель отметит, что когда-то мастера вложили в них что-то. Но что? Предположительно, в левой руке император держал паразониум – личное оружие, обоюдоострый короткий меч. А левая длань сжимала, по всей видимости, копье. Настоящий солдатский император!

ссылка
«Nemo omnia potest scire»
Модераторы клуба СМ За активную просветительскую работу, создание информативных и полезных нумизматических тем и сообщений Лавровый венок победителя конкурса или викторины За открытие 100 дискуссионных веток на форуме вне торговых разделов Пользователь создал тему, которая получила более 30 баллов при голосовании Пользователь написал сообщение, которое получило более 30 баллов при голосовании За активное участие в рейтинговом голосовани   - голосовал более 5000 раз
 
Как Венера Милосская потеряла руки и что в них было
Один из самых популярных вопросов, который мучает начинающих любителей искусств.

Сегодня нам помогает классик.



Валентин Пикуль
Что держала в руке Венера

В апреле 1820 года древний ветер с Эгейского моря принес к скалам Милоса французскую бригантину «Лашеврет». Сонные греки смотрели с лодок, как, убрав паруса, матросы травят на глубину якорные канаты. С берега тянуло запахом роз и корицы, да кричал петух за горою — в соседней деревне.

Два молодых офицера, лейтенант Матерер и поручик Дюмон-Дарвиль, сошли на нищую античную землю. Для начала они завернули в гаванскую таверну; трактирщик плеснул морякам в бокалы черного, как деготь, местного вина.



— Французы, — спросил, — плывут, наверное, далеко?
— Груз для посольства, — отвечал Матерер, швыряя под стол кожуру апельсина. — Еще три ночи, и будем в Константинополе…

Надсадно гудел церковный колокол. Неуютная земля покрывала горные склоны. Да зеленели вдали оливковые рощицы.
Нищета.., тишь.., убогость.., кричал петух.



— А что новенького? — спросил Дюмон-Дарвиль у хозяина и облизнул губы, ставшие клейкими от вина.
— Год выпал спокойный, сударь. Только вот зимой треснула земля за горою. Как раз на пашне старого Кастро Буттониса, который чуть не упал с плугом в трещину. И что бы вы думали?

Наш Буттонис упал прямо в объятия прекрасной Венеры…
Моряки заказали еще вина, попросили поджарить рыбы.

— Ну-ка, хозяин, расскажите об этом подробнее…
Кастро Бутгонис глядел из-под руки, как к его пашне издалека шагают два офицера, ветер с моря треплет и комкает их нежные шарфы. Но это были не турки, которых так боялся греческий крестьянин, и он успокоился.

— Мы пришли посмотреть, — сказал лейтенант Матерер, — где тут треснула у тебя земля зимою?
— О господа французы, — разволновался крестьянин, — это такое несчастье для моей скромной пашни, эта трещина на ней. И все виноват мой племянник. Он еще молод, силы в нем много, и так сдуру налег на соху…

— Нам некогда, старик, — пресек его Дюмон-Дарвиль.

Бутгонис подвел их к впадине, открывающей доступ в подземный склеп, и офицеры ловко спрыгнули вниз, как в трюм корабля. А там, под землей, стоял беломраморный цоколь, на котором возвышались вдоль бедер трепетные складки одежд.

Но только до пояса — бюста не было.


Венера Милосская (низ)

— А где же главное? — крикнул из-под земли Матерер.
— Пойдемте со мной, добрые французы, — предложил старик.

Буттонис провел их в свою хижину. Нет, он никого не хочет обманывать. Ему с сыном и племянником удалось перетащить к себе только верхнюю часть статуи. Знали бы господа офицеры, как это было тяжело.

— Мы несли ее через пашню бережно. И часто отдыхали…


Венера Милосская (верх)

Средь нищенского убожества, обнаженная до пояса, стояла чудная женщина с лицом дивным, и офицеры быстро переглянулись — взглядами, в которых читались миллионы франков.

Но крестьянин умел читать только свою пашню, а в людские глаза смотрел открыто и чисто.

— Продам.., купите, — предложил он наивно.
Матерер, стараясь не выдать волнения, отсыпал из кошелька в сморщенную ладонь землепашца:

— На обратном пути в Марсель мы заберем богиню у тебя.
Буттонис перебрал на своей ладони монеты:

— Но священник говорит, что Венера за морями стоит дороже всего нашего Милоса с его виноградниками.
— Это лишь задаток! — не вытерпел Дюмон-Дарвиль. — Мы обещаем вернуться и привезем денег сколько ни спросишь…

С вечера задул сильный ветер, но Матерер не брал паруса в спасительные рифы. Срезая фальшбортом клочья пены, «Лашеврет» влетел в гавань Константинополя, и два офицера появились на пороге посольства. Маркиз де Ривьер, страстный поклонник всего античного, едва успел дослушать их о  *  находке — сразу дернул сонетку звонка, вызывая секретаря.


Рельеф на памятнике Дюмону-Дарвилю, 1844

— Марсюллес, — возвестил он ему торжественно, — через полчаса вы будете уже в море. Вот письмо к капитану посольской «Эстафеты», который да будет повиноваться вам до тех пор, пока Венера с острова Милое не явится пред нами. В деньгах и пулях советую не скупиться… Ветра вам и удачи!

«Лашеврет» под командой Матерера больше никогда не вернулся в родной Марсель, пропав безвестно. А военная шхуна французского посольства «Эстафета» на всех парусах рванулась в сторону Милоса. Среди ночи остров замерцал точкой далекого огня. Никто из команды не спал. Марсюллес уже зарядил пистолет пулей, а кошелек — хорошей дозой чистого золота.



Античный мир, прекрасно-строгий, вызывая восторги людей, понемногу открывал свои тайны, и на шхуне все — от юнги до дипломата — понимали, что эта ночь окупится потом благодарностью потомства.

Марсюллес, волнуясь, хлебнул коньяку из фляжки капитана.

— Пойдем напрямик, — сказал он, — чтобы не тащиться пешком от деревни до гавани… Видите, светит в хижине огонь?
— Ясно вижу! — ответил капитан, уже не глядя на картушку компаса; берег, блестя под луной острыми камнями, резко выступал в белой окантовке прибоя…
— Я вижу людей! — заголосил вдруг вахтенный с бака. — Они что-то тащат.., белое-белое. И — корабль! Как Божий день, я вижу прямо по носу турецкий корабль.., с пушками!

Французы опоздали. В бухте уже стояла громадная военная фелюга. А по берегу, осиянные лунным светом, под тяжестью мрамора брели турецкие солдаты. И между ними, повисшая на веревках, качалась Венера Милосская.

— Франция не простит нам, — задохнулся в гневе Марсюллес.
— Но что же делать? — обомлел капитан.
— Десанту по вельботам! — сказал секретарь посольства. — Боевые патроны — в ружья, на весла — по два человека… Дорогой капитан, на всякий случай — прощайте!

Матросы гребли с такой яростью, что в дугу сгибались ясеневые весла. Турки подняли гвалт. Венеру они сбросили с веревок. И, чтобы опередить французов, покатили ее вниз по откосу, безжалостно уродуя тело богини.

— Бочка вина! — крикнул матросам Марсюллес. — Только гребите, гребите, гребите.., именем Франции!
Он выстрелил в темноту. Затрещали в ответ пистоли.
Склонив штыки, десант французов бросился вперед, но отступил перед свирепым блеском обнаженных ятаганов.

Венера прыгала по рытвинам — прямо в низину гавани.
— Что вы стоите? — закричал Марсюллес. — Две бочки вина. Честь и слава Франции — вперед!

Матросы в кровавой схватке обрели для Франции верхнюю часть Венеры — самую вожделенную для глаз. Богиня лежала на спине, и белые холмы ее груди безмятежно отражали сияние недоступных звезд. А вокруг нее гремели выстрелы…

— Три бочки вина! — призывал Марсюллес на подвиг.
Но турки уже вкатили цоколь на свой баркас и, открыв прицельный огонь, быстро отгребали в сторону фелюги. А французы остались стоять на черных прибрежных камнях, среди которых блестели осколки паросского мрамора.



— Собрать все осколки, — распорядился Марсюллес. — Каждую пылинку благородства… Вечность мира — в этих обломках!
Бюст богини погрузили на корабль, и «Эстафета» стала нагонять турецкий парусник. Из-за борта высунулась пушка.

— Верните нам ее голову, — озлобленно кричали турки.
— Лучше отдайте нам ее зад, — отвечали французы.

Канонир прижал фитиль к запалу, и первое ядро с тихим шелестом нагнало турецкую фелюгу. Марсюллес схватился за виски:
— Вы с ума сошли! Если мы сейчас их потопим, мир уже никогда не увидит красоты в целости… О боже, нас проклянут в веках и будут правы…

Турки с воинственными песнями натягивали драные паруса. Марсюллес сбежал по трапу в кают-компанию, где на диване покоилась богиня.

— Руки? — закричал в отчаянии. — Кто видел ее руки?
Нет, никто из десанта не заметил на берегу рук Венеры…

Начались дипломатические осложнения (из-за рук).
— Но турки, — сказал маркиз де Ривьер, раздосадованный, — также отрицают наличие рук… Куда же делись руки?

Султан турецкий никогда не противился влиянию французского золота, а потому нижняя часть богини была им предоставлена в распоряжение Франции. Из двух половин, разрозненных враждой и завистью, Милосская Венера предстала в целости (но без рук). Мраморная красавица вскоре отплыла в Париж — маркиз де Ривьер приносил ее в дар королю Людовику XVIII, который был напуган и растерялся от такого подарка.

— Спрячьте, спрячьте Венеру поскорее! — сказал король. — Ах, этот негодный маркиз . Пора бы уж ему знать, что королям не дарят ворованные вещи!
Людовик тщательно скрывал от мира похищение статуи с Милоса, но тайна проникла в печать, и королю ничего не оставалось делать, как выставить Венеру в Лувре — для всеобщего обозрения.
Так-то вот в 1821 году Венера Милосская явилась перед взорами людей — во всей своей красоте.

Археологи и ценители изящного сразу же стали ломать себе головы в мучительных загадках. Кто автор? Какая же эпоха? Вы только посмотрите на этот сильный нос, на трактовку уголков губ; какой крохотный и милый подбородок.
А — шея, шея, шея…
Пракситель? Фидий? Скопас?
Ведь это же — доподлинно образец эллинистической красоты!

Но сразу же встал неразрешимый вопрос:
— Что держала в руке Венера?
И этот спор затянулся на половину столетия.



— Венера держала в руках щит, поставленный прямо перед собой, — говорили одни историки.
— Глупости! — возражали им. — Одною рукой она стыдливо прикрывала свое лоно, а вторая рука несла воинственное копье.
— Вы ничего не поняли, профан, — раздался третий голос, не менее авторитетный. — Венера держала перед собой большое зеркало, в которое и разглядывала свою красоту.
— Ах, как вы не правы, дорогой маэстро! Венера с Милоса уже вышла из той эпохи, когда атрибутику ее составлял круглый предмет. Нет, она делает отталкивающий жест стыдливости!


Венера Капуанская (с руками)

— Мой амфитрион, вы сами не понимаете разгадку рук. Скорее, что сам создатель, в порыве недовольства, пожелал уничтожить свое создание. Он отбил ей руки, а потом.., пожалел.

Да, в самом деле, что же, наконец, держала в руке Венера, найденная на острове Милое греческим крестьянином по имени Кастро Буттонис? ..

Лувр манил людей. Все восхищались. Но подвергнуть богиню реставрации нечего было и думать, ибо не выяснен главный вопрос: руки! А безрукая Венера стояла под взглядами тысяч людей, вся в обворожительной красоте, и никто не мог разгадать ее тайны…


Вариант реконструкции с веретеном

***

Миновало полвека. Жюль Ферри, французский консул в Греции, приплыл в 1872 году на остров Милое. Так же тянуло с берега ароматом роз и корицы, так же плеснул ему трактирщик густого и черного вина.

— До деревни здесь далеко ли? — спросил Ферри, вращая стакан в липких пальцах.
— Да нет, сударь. Сразу за горой, вы там сами увидите…

Ферри постучался в ветхую лачугу, которая совсем развалилась за эти прошедшие 52 года. Дверь тихо скрипнула.
Перед консулом стоял сын Кастро Буттониса, а на лавке лежал племянник — дряхлый, как и его брат.
Нищета сразила Ферри запахом луковой похлебки и подгорелых в золе лепешек. Нет, здесь ничто не изменилось…

— А вы хорошо помните Венеру? — спросил Ферри у крестьян.
Четыре землистые руки протянулись к нему:
— Сударь, мы тогда были еще очень молоды, и мы бережно несли ее от самой пашни… О, сейчас нам и себя не пронести так осторожно!

Ферри прицелился взглядом на пустой очаг бедняков.
— Ну, ладно. А кто из вас может вспомнить: что держала в руке Венера?
— Мы оба хорошо помним, — закивали в ответ крестьяне.
— Так что же.., что?
— В руке у нашей красавицы было яблочко.

Ферри был поражен простотой разгадки. Даже не поверил:
— Неужели яблоко?
— Да, сударь, именно яблочко.
— А что держала ее вторая рука? Или вы забыли?


Вариант реконструкции с яблоком

Старики переглянулись.
— Сударь, — ответил один из Буттонисов, — мы не можем ручаться за других Венер, но наша, с острова Милое, была целомудренной женщиной. И будьте покойны: ее вторая ручка тоже не болталась без дела.
Жюль Ферри, вполне довольный, приподнял цилиндр:
— Желаю здоровья…

Он вышел из хижины. Вобрал в себя глоток свежего воздуха.
Подъем в гору казался легок, как в детстве. Итак, кажется, все ясно…
— Хороший господин! — раздался за его спиной дребезжащий голос: это Буттонис-сын, опираясь на палку, ковылял за ним следом. — Остановитесь, пожалуйста…

Ферри подождал, когда он приблизится.
— Не обессудьте на просьбе, — сказал старик, потупив глаза в землю. — Но священник говорит, что наша Венера стала очень богатой дамой. И живет теперь во дворце короля, какой нам и не снился. Это мы открыли ее красоту, ковыряясь в грязной земле, и с тех пор мы бедны, как и тогда.., еще в юности. А ведь вот этими-то руками…
Ферри поспешно сунул старику монету.
— Хватит? — спросил насмешливо.
И, более не оглядываясь, дипломат торопливо зашагал в сторону близкого моря. Как и полвека назад, звонко кричал петух за горою…


С богом Аресом, любовником

С тех пор прошло немало лет. И до сего времени копают археологи землю острова Милое — в чаянии найти, средь прочих сокровищ, и утерянные руки Венеры.



…Не так давно в нашей печати промелькнуло сообщение, что один бразильский миллионер за 35 000 долларов приобрел руки Венеры Милосской — Только руки! При продаже с него взяли расписку, что три года он должен молчать о своей покупке. И три года счастливый обладатель рук Венеры хранил клятву.
Когда же тайна рук обнаружилась, ученые-археологи заявили, что эти руки — чьи угодно, только не Венеры Милосской. Проще говоря, миллионера надули…

А мир уже настолько свыкся с безрукой Венерой с Милоса, что я иногда думаю: а может, и не надо ей рук? (...)



ссылка
«Nemo omnia potest scire»
Модераторы клуба СМ За активную просветительскую работу, создание информативных и полезных нумизматических тем и сообщений Лавровый венок победителя конкурса или викторины За открытие 100 дискуссионных веток на форуме вне торговых разделов Пользователь создал тему, которая получила более 30 баллов при голосовании Пользователь написал сообщение, которое получило более 30 баллов при голосовании За активное участие в рейтинговом голосовани   - голосовал более 5000 раз
 
Почему из статуи Венеры Милосской торчала арматура
Или про то, откуда в Венере дырки.

На днях у меня был текст про Венеру Милосскую, в комментариях к которому некто совершенно серьезно, в духе академика Фоменко, принялся объяснять, что эта статуя, по официальной версии выкопанная в 1820 году, — современная подделка, ведь в ней же явно видны дыры от арматуры и т.п.

Рассказываю, в чем тут дело на самом деле, и откуда в Венере Милосской дырки.


Дырочки есть на месте правой руки, и на месте левой тоже.

Видите ли, дорогой читатель, к тому моменту, как статую откопали в 1820 году, она уже была старая. Что значит слово "старая" в этом контексте? Не древняя, насчитывающая много лет жизни, а б/ушная! Как же так вышло?

Какая ситуация кажется вам более логичной:

а) Скульптор, создав в последней трети 2-го века до н.э. клевую статую, сразу быстренько, прямо из мастерской, закапывает ее в песочек острова Милос, где ее спустя две тысячи лет выкапывают посторонние люди.

б) Скульптор отдает статую заказчику. Те ставят ее в храм, на положенное место, где статуя "работает" языческим идолом. Идут года, в храме бывает пожар, на статую падает потолочная балка, или к ней прислоняется пьяный дворник, или местный римский губернатор решает ее увезти в свою дачу на Сицилии, еле уперли от него обратно ящик, два раза уронили на обратном пути, а вот уже христианство начинается, хотя правит нами, слава богу, еще Божественный Тит, но эти придурки как-то пришли в храм и ее камнями закидали, а вот вообще Константин издал декрет и христиане охамели, пришли в наш доблестный храм Афродиты и веревками стащили ее с постамента, а давайте ее лучше переставим с видного места куда-нибудь побезопасней, а может, ее вообще лучше закопать?

Как вы понимаете, правдоподобней вариант б. Прежде чем оказаться засыпанной землей, данная статуя прожила активную жизнь. И получила за нее много производственных травм. Ее владельцы, древние греки, её чинили, когда от нее что-нибудь отваливалось. Это один из путей, благодаря которому на "теле" богини появлялись дырки. Кто вам сказал, что арматура (крепление каменных блоков с помощью металла) — это какое-то современное ноу-хау? Нет! В античности тоже себе прекрасно знали этот метод крепления.

Предполагается, что где-то до нашей эры у Венеры были отбиты руки. Видимо, по тем сколам, которые мы видим сейчас. И древние реставраторы прикрепили их (либо новые, аналогичные) с помощью металлических штифтов, и этих отверстий. На фото ниже мы видим статую Венеры Капуанской (Неаполь), где, если вглядеться, хорошо заметны на руках следы аналогичной реставрации, только тут руки остались на месте.



Кстати, Венера Милосская вообще изначально была сделана из 2 кусков мрамора (потому что дешевле купить два почти квадратных куска мрамора поменьше, чем один очень большой прямоугольный, с чего бы древним грекам об этом не додуматься?).

Вглядитесь в это фото: стык обоих кусков проходит под первой складкой ткани. Оба куска соединены вместе железными шипами внутри, в районе бедер.



На этом же фото видно, что участок этого бедра — это еще один кусочек мрамора, присобаченный поверх основного блока. Возможно, там в мраморе оказался изъян, или что-то откололось и пришлось заменить запчастью. Античные статуи (подлинные, а не слепки), часто представляют собой настоящие руины со многими археологическими слоями, просто мы обычно не обращаем на это внимания, завороженные идеальным силуэтом.

И, наконец, вспомним, что статую нашли в 19 веке. А реставраторы, работавшие примерно до 2-й пол. 20 века — это совсем не то, что привыкли понимать под этим словом сегодня. В наши дни концепция реставрации включает сохранение того, что есть (консервация), плюс неотличимое дополнение, но только если это насущно необходимо для восприятия шедевра (например, "Ивана Грозного" Репина будут восстанавливать "как было, с иголочки). Но в принципе царит идея, что новые части надо как-то выделять, оттенком например. Если неизвестно, что было изначально, то современные реставраторы не будут изобретать, оставят лакуну. В предыдущие времена такого не было, ранние реставраторы (работавшие так с эпохи Возрождения) всегда старались восстановить все целиком, дополнить и сделать "идеальное".


Венера Арлезианская, синим отмечена "реставрация" Нового Времени

В первый раз статую реставрировали в 1820-х годах, когда она попала в Лувр. Заменили старинные металлические штифты, чтобы она просто держалась, прикрепили мраморные кусочки, которые отвалились в процессе борьбы за скульптуру с турками.

В числе обломков, найденных на Милосе рядом с Венерой, был и кусок руки. Существовал план приладить ее к статуе. Вот эскиз.



Но в итоге он не был осуществлен, хотя реставраторы тогда, наверняка, внесли в облик древней статуи чего-то новое...

***

Так что, когда смотрите на произведение искусства в музее, просто помните, что практически всегда это — ветеран многих и многих битв. И если что-то вас в физическом состоянии экспоната удивляет — то это нормально, возможно, вы заметили какую-то старую рану, залеченную, но сохранившуюся.

ссылка
«Nemo omnia potest scire»
Модераторы клуба СМ За активную просветительскую работу, создание информативных и полезных нумизматических тем и сообщений Лавровый венок победителя конкурса или викторины За открытие 100 дискуссионных веток на форуме вне торговых разделов Пользователь создал тему, которая получила более 30 баллов при голосовании Пользователь написал сообщение, которое получило более 30 баллов при голосовании За активное участие в рейтинговом голосовани   - голосовал более 5000 раз
 
Как богиня Диана Серторию помогала

«Из всех ораторов я считаю самым умным и легким на язык Квинта Сертория».
Цицерон.

Религиозность людей античности принципиально отличалась от современной. Нынешние верующие считают, что это они, как свободные личности, поверили в Бога, сделав тем самым сознательный нравственный выбор. В древности люди думали иначе. По их представлениям, не люди, а боги избирали себе любимчиков. Боги решали, кому им помогать, людям оставалось лишь смириться. Или же не смиряться и пытаться бороться с богами — в античной мифологии полно историй о том, к каким жутким последствиям это приводило.


Тантал, обречённый на вечную муку за оскорбление богов на картине Джозефа Хейнца, 1535 г.

В божественное покровительство выдающимся полководцам верили все, в особенности же солдаты, воевавшие за (или против) них. Политикам и военным, независимо от их личных убеждений, приходилось считаться с народной верой. Самые умные умели использовать суеверия толпы в своих интересах. Юлий Цезарь, род которого, по семейной легенде, происходил от богини Венеры, называл её своей покровительницей. Казалось бы, как богиня любви и красоты может помогать в кровопролитной войне или политических интригах? Но в то время это никого не удивляло, ведь и греческая Афродита помогала своим любимчикам в Троянской войне.


Венера Капуанская. II в. н.э.

Неизвестно, в каких богов верил римлянин, происходивший из древнего сабинского рода, Квинт Серторий. О божественных покровителях его семьи ничего не пишут. Если они и были, то, в отличие от Цезаря, Серторий о них публично не упоминал. Хотя оратором был выдающимся, раз уж это признал сам Цицерон. Серторий воевал с двадцати лет. Сперва он противостоял германскому вторжению, потом воевал с кельтиберами, предками испанцев. А затем участвовал в гражданской войне марианцев с сулланцами на стороне Гая Мария.


Компьютерная реконструкция внешности Суллы

К самому Марию и к его политике Серторий относился скептически. Просто сулланцы считали его чужаком и хотели убить, так что выбора у Сертория не оставалось. Но вот политический террор, развязанный Марием в ответ на террор сулланцев, Серторий категорически не принимал. Наибольшими зверствами после захвата Рима армией Мария отличились «бардии» — отряд, набранный из беглых рабов и прочего разбойного элемента. Однажды ночью войска Сертория окружили их лагерь и начали обстрел, после чего добили уцелевших.

Но гражданскую войну выиграл Сулла. Серторию пришлось бежать в Испанию. В погоню за ним отправилась армия под командованием Гая Анния, в ней было более 20 тысяч солдат против 9 тысяч у Сертория. Две трети его войска встали заслоном и погибли, чтобы оставшаяся треть и сам Серторий смогли уйти. Три тысячи легионеров уплыли на кораблях вдоль испанского берега, но началась буря и разметала флотилию. После десяти дней морских скитаний Серторий с жалкими остатками войска высадился на берег возле устья реки Бетис. Казалось бы, рассчитывать больше было не на что.


Квинт Серторий. Современный арт

Но как раз с этого момента Серторию начинает везти во всём. Он объединяет местные племена, заручается поддержкой как римских колонистов, так и киликийских пиратов, успешно громит войска противника. Не только аборигены, но и римские ветераны шепчутся, что без вмешательства богов тут не обошлось. Некий Спан дарит Серторию белоснежного оленёнка. Подарок со смыслом, ведь олень является таким же священным символом у кельтиберов, как орёл у римлян. Серторий понимает, что ему представился случай использовать веру людей в своих интересах. Своим римским соратникам он говорит, что это священная лань богини Дианы.


Диана и лань. Мраморная скульптура I-II в. н.э.

Плутарх пишет:

«Если он получал тайное извещение, что враги напали на какую-либо часть его страны или побуждали отложиться какой-либо город, он притворялся, что это открыла ему во сне лань, наказывая держать войска в боевой готовности. И точно так же, если Серторий получал известие о победе кого-нибудь из своих полководцев, он никому не сообщал о приходе гонца, а выводил лань, украшенную венками в знак добрых вестей, и приказывал радоваться и приносить жертвы богам».


Серторий с белым оленёком. Картина современного художника

Перед одной из битв лань пропала. Серторий выстроил войска для боя, но не трогался с места. Внезапно белая лань выскочила прямо перед его армией и поскакала в сторону врага. Не было сомнений, что это знак свыше, и воодушевлённые воины ринулись в атаку. Возможно, Серторий сам припрятал лань и выпустил её в нужный момент. Но потом лань действительно пропала, и удача покинула Сертория. Та победа оказалась последней, а через два года его предательски убили ближайшие соратники.

ссылка
«Nemo omnia potest scire»
Модераторы клуба СМ За активную просветительскую работу, создание информативных и полезных нумизматических тем и сообщений Лавровый венок победителя конкурса или викторины За открытие 100 дискуссионных веток на форуме вне торговых разделов Пользователь создал тему, которая получила более 30 баллов при голосовании Пользователь написал сообщение, которое получило более 30 баллов при голосовании За активное участие в рейтинговом голосовани   - голосовал более 5000 раз
 
День рождения в Древней Греции, продолжение

На десятый день после родов семья новорожденного вновь устраивала праздник, о котором говорил Аристотель (см. предыдущую главу). Гости, а их приглашалось гораздо больше, нежели на амфидромию, приходили на церемонию наречения. О ней есть упоминания у Аристофана (Лисистрата, 757 [2] и Птицы, 494 [3]; V в. до н.э.), есть у Еврипида (в дошедшем до нас фрагменте «Эгея»; V в. до н.э.), соответственно, все это есть и в Суде (Х в.). Однако, как кажется, такие празднования позволяли себе люди зажиточные, бедняки же объединяли амфидромию с днем наречения.


Эти маленькие кувшинчики - ойнохойи, или хусы (по мере объема) - дарили во время анфестерий

Имя давал отец во всеуслышанье. Исей (IV в. до н.э.) в речи «О наследстве Пирра» говорит:

«… дядья Пирра, утверждающие, что они присутствовали на праздновании десятого дня, засвидетельствовали, что отец дал ей имя ее бабушки Клитареты».

Очевидно, на церемонии наречения отец, давая дочери имя, пояснил присутствующим свой выбор. Этот «десятый день», dekate, являлся как бы вторым, более широким, признанием отцовства.

«… никто не справлял бы десятый день рождения ребенка, если бы не считал себя его отцом; и что, напротив, тот, кто уже справил этот праздник и проявил отцовскую любовь, не осмелится потом отрицать свое отцовство».
(Демосфен. Беот. 22; IV в. до н.э.).

Что касается полного очищения женщины от скверны, то римский писатель первой половины III в. н.э. Цензорин сообщает:

«Потому в Греции особо отмечают 40 дней: ведь и беременная до 40 дня не входит в храм, и после родов большинство рожениц 40 дней слабы и не удерживают крови, и малыши почти все это время болезненны и не улыбаются, и состояние их небезопасно. Потому, когда этот день проходит, обычно устраивают праздник; этот срок называют tesserakostaion».

(О дне рождения, XI).



В этом же – первом после рождения – году в пианепсионе (середина октября – середина ноября) на третий день праздника под названием Апатурии отцы представляли родившихся в этом году своих законных сыновей собранию фратрий и вносили его имя в списки своей фратрии. По сути, на этом празднике происходило третье признание отцовства и гражданская регистрация ребенка в общине.

«И отец наш, когда мы родились, ввел нас в свою фратрию, поклявшись в том, что вводит нас по установленным законам действительно рожденными от гражданки и помолвленной жены, а из членов фратрии никто не возразил и не оспорил, утверждая, что это неправда, хотя их было много и они тщательно рассматривали такие вопросы».
(Исей. Кирон. 19; IV в. до н.э.).



Незаконнорожденных тоже можно было представить членам фратрии и внести в списки. В 39 речи Демосфена (IV в. до н.э.) рассматривается дело законного сына против двух его незаконнорожденных братьев. Всех трех отец представил на Апатуриях, причем незаконнорожденных – уже взрослыми, признав своими вследствие хитрости их матери. То есть, было никогда не поздно официально признать отпрыска. Однако признание отца не означало признание социумом – против принятия бастарда (как, впрочем, и законнорожденного) во фратрию могли выступить её члены. Причины могли быть разные. Например, Плутарх упоминает, что незаконнорожденному сыну Перикла от Аспазии мешало стать «мужем» (то есть, приличным человеком) занятие последней. (Плутарх, Перикл, 24).

Впрочем, это был праздник не только отцов и годовашек, но и других мальчиков, постарше. Они принимали участие в самодеятельном концерте, где декламировали стихи.

«Случилось это у нас в третий день апатуриев, называемый куреотис. Обычное для нас, детей, празднование этого дня повторилось и на тот раз; потому что отцы выставили нам награды за чтение рапсодий. Из многих поэтов и много тогда прочитано было стихотворений; а как некоторую новость для того времени, пропели многие из нас, детей, и стихотворения Солона».
(Платон, Тимей, 21В; IV в. до н.э.).



Следующий праздник, когда детям уделялось внимание только за то, что они дети, когда их украшали цветочными гирляндами и дарили игрушки – это Анфестерии, происходившие с 11 по 13 число одноименного месяца (середина февраля – середина марта). Участвовали в празднике дети от трех лет.

Впоследствии – ежегодно – греки никак не отмечали дни рождения детей. Более важными для родителей были этапы взросления детей: для девочек – участие в праздниках женских богинь, например, а для мальчиков – спортивные состязания и прочее, вплоть до эфебии.



В комедии Аристофана «Лисистрата» женский хор перечисляет, в каких религиозных церемониях могла участвовать маленькая афинянка:

Семь годков было мне,
В сумке шерсть я несла.
В десять лет зерно молола для владычицы святой.
В платье алом, во Бравроне, я медведицей была.
Дочь отцовская,
Потом я шла с корзиной,
Спелых смокв гроздь неся.


То есть, семилетней героиню песни избрали в аррефоры, в 10 лет она как алетрида участвовала в приготовлении бескровных жертв Афине, потом плясала среди переодетых в медведицы жриц культа Артемиды Бравронской на празднике Арктейя, затем вновь участвовала в Панафинеях в качестве канефоры. Все эти события были для девочки и ее семьи (и социума в целом) гораздо важнее дня рождения.

ссылка
«Nemo omnia potest scire»
Модераторы клуба СМ За активную просветительскую работу, создание информативных и полезных нумизматических тем и сообщений Лавровый венок победителя конкурса или викторины За открытие 100 дискуссионных веток на форуме вне торговых разделов Пользователь создал тему, которая получила более 30 баллов при голосовании Пользователь написал сообщение, которое получило более 30 баллов при голосовании За активное участие в рейтинговом голосовани   - голосовал более 5000 раз
 
Когда погибли Помпеи?

27 августа 1941 год назад началось извержение Везувия, похоронившее Помпеи и Геркуланум. Так считалось долгое время. Но теперь обоснованные сомнения специалистов вышли на уровень широкой публики. Всё больше об этом упоминают и обсуждают в прессе, всё больше ученых говорят об этом в своих интервью.

Так почему «официальную» дату 24 августа 79 года современные исследователи ставят под сомнение?

Извержение, как известно, началось 24 августа 79 года. Так считали с XV века, но исследования последних 25 лет поставили под сомнение эту дату. Античные источники (например, Иосиф Флавий и Светоний) не сообщают даты извержения Везувия, а упоминают лишь в правление какого императора это произошло, – Тита. А Тит, или Тит Флавий Веспасиан, вступил в единоличное властвование после смерти своего отца, императора Веспасиана, 24 июня 79 года. Правда, Дион Кассий через сто лет мимоходом сообщает в своей «Римской истории» (кн. 66, 21), что страшное событие в Кампании случилось «в самом конце лета». Так какая же дата извержения «правильная»?


Вид с Везувия на Неаполитанский залив

Дата в письмах Плиния Младшего

Изначально историки основывались на дате извержения из писем Плиния Младшего Тациту, что упоминались нами ранее. Они были написаны через четверть века после грандиозной катастрофы, и, конечно, автор не мог перепутать сезон, когда она произошла. Более того, Плиний очень серьезно относился к своему эпистолярному наследию и сам готовил обширную переписку к публикации, скомпоновав письма в 10 книг. В свою очередь, этот сборник делят на две части. В первую входят книги с I по IX. Они содержат письма друзьям и знакомым, и Плиний публиковал эти книги между 97 и 109 годами. А вот вторая часть состоит всего из одной книги – X. В 110 году Плиний Младший был назначен легатом римской провинции Вифиния и Понт. С этого времени он вёл активную переписку с императором Траяном. И именно эти письма вошли в X том, который автор хоть и привёл в порядок, но обнародовать не планировал.

Тем не менее, все десять книг с письмами Плиния Младшего дошли до настоящего времени. Естественно, до изобретения книгопечатания они существовали в рукописной традиции. Наиболее полным собранием писем Плиния Младшего считается так называемая Медицейская рукопись, или Codex Laurentianus Mediceus, IX века. Первое же печатное издание появилось в 1481 году, но, увы, лишь 122 писем из 375. Затем в течение 30 лет производились другие публикации, количество новых писем в этих изданиях увеличивалось. Пока в 1508 году венецианский книгопечатник Альд Мануций (Старший) не выпустил полное издание писем Плиния в 10 книгах.


Виды Помпей. Фото: Parco Archeologico di Pompei.

Интересующие нас письма, что содержат информацию об извержении вулкана в Кампании, имеют номера 16 и 20 и входят в VI книгу. О дне, когда началось извержение, Плиний сообщает в 16 письме. Общеупотребительным считается вариант «Nonum kal. Septembres hora fere septima mater mea indicat ei adparere nubem inusitata et magnitudine et specie» – «В девятый день до сентябрьских календ, часов около семи, мать моя показывает ему на облако, необычное по величине и по виду».

Дата в 16 письме была указана в римской традиции – nonum kal. Septembres, то есть, за 9 дней до календ (первого числа) сентября, 24 августа. Но есть сомнения в правильном прочтении этого стандартного сокращения. А возможно, что напутали переписчики предыдущих столетий, с рукописей которых печатали сборник. Некоторые рукописи не содержат названия месяца, а лишь «nonum kal.» или «non. kal.». В одной, ныне утерянной, появляется и вовсе «III non(as) Novembr(es)».

Таким образом, «девятый день от календ сентября» не является абсолютно точной датой. Кстати, книги «Истории» Тацита, для которой он просил информацию у Плиния Младшего, до нас, увы, не дошли. Вполне вероятно, что извержение Везувия произошло не в конце лета, а в середине осени.


Современная фумарола в кратере Везувия

В пользу «осенней» версии говорят найденные во время раскопок в домах фрукты, орехи и оливки, которые созревают осенью. А летние фрукты, такие как инжир или финики, уже были высушены.

На осенний прохладный сезон указывают и детали быта, а точнее особенности античного «отопительного сезона». Большинство помпейцев отапливали нужные помещения переносными жаровнями. С помощью гипокауста – так называли полые пространства под полами и в стенах, куда нагнетался воздух из котельных, в Помпеях отапливались преимущественно общественные бани. Далеко не каждому античному домовладельцу такое тепло было по карману. Понятно, что летом обогревать дома не требовалось, поэтому находка в жилых зонах жаровен, как и тёплая одежда на погибших, могут свидетельствовать о холодном времени года.


Бронзовая жаровня из терм Помпей

На эти находки, не соответствовавшие предполагаемому сезону катастрофы, первым обратил внимание неаполитанский археолог (а также епископ Поццуоли, профессор местного колледжа и член Академии Геркуланума) Карло Мария Росини в издании 1797 года «Dissertationis isagogicae ad Herculanensium voluminum explanationem pars prima». Исходя из этих данных, он предложил иную запись даты извержения Везувия в письме Плиния Младшего как «nonum kal(endas) Decembres», то есть, «за 9 дней до календ декабря», 23 ноября.

В 1879 году управляющий Помпей археолог Микеле Руджеро опубликовал сборник «Pompei e la regione sotterrata dal Vesuvio nell'anno LXXIX. Memorie e notizie pubblicate dall'ufficio tecnico degli scavi delle provincie meridionali». В нём сообщалось о находках осенних плодов и остатков урожая винограда, а также о гипсовой отливке части ствола дерева. Полость от него длиной почти 350 см была обнаружена у Стабианских ворот. Специалисты определили видовую принадлежность дерева – Laurus nobilis, то есть лавр благородный. В момент гибели дерево уже плодоносило, что могло произойти не раньше октября-ноября.

На сельскохозяйственной вилле в Боскореале сохранились сосуды с молодым вином. А сбор урожая виноградников в Помпеях, как в античные времена, так и в наши дни происходит обычно осенью. Сейчас на вновь культивируемых виноградниках Помпей собирают около 30 тонн винограда. И Праздник урожая с представлением помпейского вина под названием «Вилла Мистерий» проходит там во второй половине октября.


Сосуды для созревания вина-долии на сельскохозяйственной вилле в Боскореале. Фото: Parco Archeologico di Pompei.

В 2015 году об этих и новых подобных находках напомнил другой известный итальянский археолог – Антонио Де Симоне. Он работал в Помпеях, Геркулануме, Стабиях и Мореджине, но сейчас более известен по участию в раскопках так называемой «Виллы Августа» на западном склоне Везувия. Именно на мнении Де Симоне ориентировался популяризатор науки писатель Альберто Анджела, когда писал книгу «Три дня Помпей» об извержении Везувия 79 года.

В 1974 году при раскопках роскошной городской виллы в Западной инсуле были найдены останки погибшей семьи из четырёх человек: двух взрослых и двух детей. На руке женщины был браслет из чистого золота весом в 610 грамм. Мужчина имел при себе деревянный ящичек с крупной суммой денег. Нет никакого сомнения, что это были не рабы, а, вероятно, владельцы дома. Украшение дамы и дало название всему владению – Дом Золотого Браслета.

В начале XXI века был опубликован состав клада из ящичка: 40 золотых ауреусов, 172 серебряных денария и 1 медный квадранс, – огромнейшая сумма в 1172 динария или 4688 сестерциев. В 2018 году в Помпеях нашли одну из последних жертв извержения Везувия – хромого мужчину с кожаным мешочком, полным мелких монет на общую сумму в 22 сестерция. На эти деньги семья из трёх человек могла питаться примерно три недели. В ящичке из Дома Золотого Браслета находилось в 200 с лишним раз больше и, как мы бы сейчас сказали, «крупными купюрами». Очевидно, что медная монетка, размером похожая на ауреус, попала туда случайно – хозяин резиденции не собирался отягощать свою ношу медной мелочью.


Денарий Тита из Дома Золотого Браслета на выставке «Tesori sotto i lapilli» в Антиквариуме Помпей. Фото: Parco Archeologico di Pompei.

Особый интерес исследователей вызвали два денария Тита, один из которых содержит легенду IMP TITVS CAES VESPASIAN AVG P M / TR P Villi IMP XV COS VII P P. Важным здесь является уточнение IMP XV – впервые Тит был провозглашён императором, то есть, победоносным полководцем, в 70 году – за взятие Иерусалима во время Первой Иудейской войны. За следующие девять лет Тит ещё 13 раз получал титул императора (но не правителя Римской империи) за успешные военные действия. Своего отца, императора Веспасиана, он сменил на троне ровно за месяц до «летней» даты извержения Везувия – 24 июня 79 года.

Когда же Тит получил пятнадцатый титул императора – IMP XV? В Британском музее хранится военный диплом, выданный солдату в отставке в Римском Египте «за шесть дней до сентябрьских ид» – ADV IDVS SEPT, то есть, 8 сентября 79 года. И в титулатуре Тита там прямо указано – IMP XIIII. Известно также послание императора Тита властям Мунигуа в Бетике от 7 сентября 79 года с той же титулатурой. Значит, императором в 15-й раз Тит стал после 8 сентября, и находка денария однозначно свидетельствует в пользу «осенней» версии.


Клад из Дома Золотого Браслета на выставке «Tesori sotto i lapilli» в Антиквариуме Помпей. Фото: Parco Archeologico di Pompei.

Однако два специалиста – Тереза Джове из Неапольского археологического музея и Ричард Абди из Британского музея – выступили против такой однозначной интерпретации. Оба указали на плохую сохранность монеты, что давало широту толкования легенды на ней. Кроме того, Абди написал целую статью о правильной, на его взгляд, идентификации легенды на денарии Тита из Дома Золотого Браслета – он датирует его выпуск июлем или августом 79 года. И да, это мнение опровергает уже растиражированный взгляд на данную монету как на неопровержимое доказательство «осенней» версии.

Journal of Volcanology and Geothermal Research в сотрудничестве с тогдашним директором Антиквариума Боскореале археологом Грете Стефани обратили внимание на розу ветров региона. Данные нескольких метеостанций, собранные исследователями, свидетельствуют, что с октября по июнь ветры на большой высоте (20-40 км) в этом регионе дуют преимущественно на восток, северо-восток и – реже – юго-восток. В летний период направление ветров меняется на западное. Казалось бы, как эта информация может помочь в определении времени извержения вулкана две тысячи лет назад? А ведь именно от ветров зависит направление рассеивания лёгких продуктов извержения – пепла, тефры, лапилли и др. Их следы отмечаются при раскопках. Археологи и вулканологи учитывают всё: состав, цвет, толщину слоя каждого вида так называемых «депозитов». По дальности обнаружения следов от каждого извержения можно определить направление ветров в течение катастрофы.


Карта распределения вулканических отложений Соммы-Везувия за последние 25 тысяч лет. Извержению 79 года соответствует (6), 472 года – (7), 1631 года – (8). Rolandi et al.,

Во время извержений Везувия в ноябре 472 и декабре 1631 годов ветра дули на северо-восток, что согласуется с данными археологических и вулканологических исследований и розой ветров региона. Во время катастрофы 79 года ветра над Везувием должны были относить пепел в западную от него сторону – в направлении Неаполя, Путеоли и, главное, Мизена, где находился Плиний Младший. Но и его письма, и археологические данные свидетельствуют о другом – все три дня извержения пепел и лапилли несло на юго-восток, в Мизен пришло лишь облако после схода одного из пирокластических потоков.

Следовательно, извержение в 79 году, скорее всего, произошло в осенне-зимний период, а не летом. Правда, вопрос, не изменилась ли роза ветров за два тысячелетия, остался без ответа.

Это цикл природы и обмануть природу было тогда невозможно. Но внезапно...

Руководитель Лаборатории научно-прикладных исследований Помпей Аннамария Чаралло поделилась с прессой результатами изучения находок из раскопок дома Умбриция Скавра. Этот человек был одним из крупнейших производителей рыбных соусов в Помпеях и окрестностях, в том числе самого известного соуса – гарума. Его именные керамические сосуды с соусами находили и в Геркулануме. Семь таких же амфор с рыбным соусом обнаружили при раскопках и в его доме в Помпеях.


Амфора для соуса с надписью о ее содержимом. Из Помпей.

Рыбные соусы изготавливались довольно просто. В специальных резервуарах чередовали слои душистых трав, таких как кориандр, фенхель, сельдерей, мята и орегано, рыбьих потрохов и соли, добавляя при желании оливковое масло, уксус или даже вино. Количество слоёв зависело от глубины резервуара.

После его заполнения содержимому давали постоять недели три, регулярно перемешивая. Когда все слои превращались в однородную массу, её сцеживали, и выделенная жидкость – тот самый рыбный соус – разливалась по длинным узким амфорам. На горло амфоры наносили надпись: что внутри и кто произвёл.



Сотрудники помпейской лаборатории под руководством Чаралло смогли определить, какую промысловую рыбку использовали для изготовления гарума в последнее лето жизни Помпей. Это оказался бопс (boops boops), его ещё называют полосатиком или большеглазым боопсом.

В Тирренском море бопса ловили в июле-начале августа, и через месяц он уже в виде рыбного соуса стоял в лавках и термополиях Помпей. Таким образом, по гипотезе Чаралло и её коллег, находка в доме Скавра подтверждает версию августовского извержения Везувия. В интервью The Times синьора также не забыла напомнить, что «вся исследованная пыльца из Помпей принадлежит 350 видам летних растений».

Так когда же погибли Помпеи? Три аргумента за осень, один за лето, плохо прочитанные письма Плиния Младшего. Неужели на этом всё?

И вот буквально пару лет назад появилось новое доказательство! Или не доказательство?

Последняя находка среди целого списка доказательств «осенней» версии появилась на свет в октябре 2018 года. В конце 2017 года в Помпеях начались новые раскопки. В некотором роде такое решение было принято вынужденно – археологический парк сильно страдает от ливней, часто они размывают грунт в ещё нераскопанных частях Помпей и вызывают обрушения уже открытых домов. Большой участок в V районе, лишь частично раскопанный ещё в XIX веке, был выбран неслучайно. Он находится как бы на «границе» между зоной, доступной для осмотра туристами, и засыпанной Везувием частью Помпей. Руководство археологического парка планировало окончательно раскопать начатые ещё в прошлых веках дома, соединить две параллельные улицы небольшим переулком и лучше укрепить грунт в этом районе.


Раскопки в V районе (Фото: Археологический парк Помпей)

Новые раскопки принесли массу находок и открытий. Но особенно интересной с точки зрения археологов стала надпись углём в одном из вновь раскопанных домов. Владельцы Дома с садом (такое получило название это городское владение) на момент извержения вулкана проводили в некоторых помещениях ремонт. В одной из комнат, где мастера успели лишь оштукатурить стены, было обнаружено угольное граффито.


Угольное граффито из Дома с садом. (Фото: Археологический парк Помпей)

Надпись специалисты Помпей прочли как «XVI (ante) K(alendas) Nov(embres) in[d]ulsit pro masumis esurit[ioni]». XVI (ante) K(alendas) Nov(embres), то есть, «в 16 день до ноябрьских календ». Вряд ли угольный след мог бы продержаться целый год на стене, да и ремонт был бы закончен, сочли в Помпеях и представили находку как сделанную в октябре 79 года. Этого, разумеется, не могло быть, если бы извержение состоялось 24 августа. Содержание же надписи сообщает, что некто в указанную дату (17 октября) предавался обжорству.

Однако чуть позже в прессе появились и другие чтения надписи. Археологический парк Помпей опубликовал вариант доцента университета Пизы Джулии Амманнати: «IN OLEARIA / PROMA SUMSERUNT [...]». По мнению автора интерпретации, это значит, что в ту же дату нечто (это слово стёрто) было взято из кладовой с оливковым маслом.

Третий вариант представил независимый исследователь Пьер Луиджи Туччи. Правда, заметка почти сразу была удалена, поскольку, по словам Туччи, она вызвала слишком экспрессивные комментарии. Его интерпретация практически указывала на дату извержения: «XVI (ante) K(alendas) Nov(embres) в [p] ulsit pro masum [is] Vesuvius» – «в 16-ый день перед ноябрьскими календами Везувий толкнул/ударил/потряс [эту стену/дом/город?] сильнее всего».


Граффито в Доме с садом. (Фото: Археологический парк Помпей)

В любом случае, для установления верной даты извержения Везувия в 79 году в этом сообщении наиболее ценно словосочетание «XVI K NOV», которое все исследователи расшифровывают как «16-й день перед календами ноября», то есть 17 октября. Тем не менее, вряд ли находку можно считать неопровержимым доказательством «осенней» версии.


Виноградник в древних Помпеях (Фото: Археологический парк Помпей)

На наших глазах дата известного исторического события пересматривается практически «в прямом эфире». Долгое время широкая публика считала неоспоримым фактом, что извержение Везувия произошло 24 августа 79 года. Затем на протяжении двух столетий специалисты обсуждали, не случилось ли извержение осенью, приводя доказательства «за» обе версии. В XXI веке дискуссия вышла на новый уровень – каждое новое свидетельство и его научная интерпретация находят быстрый и широкий отклик в СМИ.

Впрочем, официальный «перенос» даты извержения, если он и случится, мало скажется на популярности для широкой публики самих Помпей. Люди посещают археологическую зону, чтобы почувствовать себя погружёнными в античную древность. Древность, пусть и разрушенную Везувием и временем, но настоящую. И гибель Помпей тоже была настоящей и трагической, несмотря на сложности с определением даты.


Вид на Помпеи. (Фото: Parco Archeologico di Pompei)

Но совершенно точно этот вопрос будет еще неоднократно подниматься в науке, тем более что исследования Помпей продолжаются.

ссылка
«Nemo omnia potest scire»
Модераторы клуба СМ За активную просветительскую работу, создание информативных и полезных нумизматических тем и сообщений Лавровый венок победителя конкурса или викторины За открытие 100 дискуссионных веток на форуме вне торговых разделов Пользователь создал тему, которая получила более 30 баллов при голосовании Пользователь написал сообщение, которое получило более 30 баллов при голосовании За активное участие в рейтинговом голосовани   - голосовал более 5000 раз
 
Слушаю сейчас очень интересную книгу античного автора Фукидида. Фукиди́д — крупнейший древнегреческий историк, основатель исторической науки, автор «Истории Пелопоннесской войны».
В одной из глав, он рассказал о том сколько получали гоплиты и конные воины в день в 5 в до н.э. эта сумма составляла 2 драхмы. Значит вот такую красивую тетрадрахму гоплиты получали за два дня службы.

Еще пара интересный моментов, как то в междоусобице афиняне взяли один вражеский остров и озвучили сумму откупа, она составляла 2000 статеров. И спартанцы не смотря на то что считались самыми храбрыми воинами часто терпели поражение от Афинских гоплитов и от вспомогательных легковооруженных отрядов.
Изменено: Scipio - 19.06.2022 17:36:12
*** Time Did Indeed Heal All Wounds, But It Left A Nasty, Unforgiving Scar ***
За публикацию содержательного фоторепортажа или обзора нумизматического мероприятия, выставочной экспозиции или места, связанного с нумизматикой Пользователь написал сообщение, которое получило более 30 баллов при голосовании За активное участие в рейтинговом голосовани   - голосовал более 1000 раз 6 лет с даты регистрации
 
Коллеги, просьба. Помню была интересная книга в сети - поштемпельный расклад по годам  "Сов" классических тетрадрахм Афин.
Может быть кто подскажет где ее скачать или у кого есть, поделиться.
*** Time Did Indeed Heal All Wounds, But It Left A Nasty, Unforgiving Scar ***
За публикацию содержательного фоторепортажа или обзора нумизматического мероприятия, выставочной экспозиции или места, связанного с нумизматикой Пользователь написал сообщение, которое получило более 30 баллов при голосовании За активное участие в рейтинговом голосовани   - голосовал более 1000 раз 6 лет с даты регистрации
Страницы: Пред. 1 ... 13 14 15 16 17
Читают тему

© 2005-2022. Все права защищены. Пользовательское соглашение



Нумизматический аукцион "Русское наследие"



  Маркетъ-плейсъ СМ:

● Монеты России до 1917 ● Монеты РСФСР, СССР 1918-1991, монеты Новой России с 1992 ● Медали, награды до 1917, знаки, жетоны России ● Подарочные и коллекционные наборы монет и медалей ●  Боны ● Антиквариат ● Литература по коллекционированию. Книги и каталоги ● Аксессуары для хранения и работы с коллекцией ●