Большинство из коллекционеров слышали о существовании спинтриев - специальных жетонов древнеримских лупанариев, как предполагают, обозначавших определённый спектр услуг «волчиц» или, если угодно, римских проституток, в зависимости от размера оплаты. Но истории известны и более поздние аналоги античных интимных жетонов. Сегодня темой нашего небольшого рассказа будут бордельные жетоны Южной Африки - тема малоизвестная и малоизученная.
В 1899 году на юге Чёрного континента вспыхнула Вторая Англо-Бурская война. Как следствие, туда устремились десятки тысяч британских военных, прибывавших к месту службы, в основном, через порты Кейптаун и Дурбан. Ну, а там, где появляется большое количество неженатых или находящихся вдали от супруг мужчин, вскоре появляются и дамы полусвета, стремящиеся обеспечить их культурный отдых. Как следствие, в обоих портах стали открываться публичные дома и среди оных появились собственные «звёзды». Одним из таких заведений стал бордель «Berthe’s”. Владелицей его была бандерша, носившая прозвище Большая Толстая Берта. Эта предприимчивая женщина заказала в парижской (!) фирме «Cartaux Paris” специальные бордельные жетоны, представлявшие из себя покрытый жестью плотный круглый кусок картона. Посетитель заведения уплачивал Берте 10 шиллингов, получал на руки жетон, выбирал понравившуюся ему даму полусвета и после получения услуг отдавал ей жетон. Соответственно, работницы горизонтального фронта ежедневно сдавали бандерше полученный жетоны, получая взамен причитающуюся им зарплату.
Но не одна Толстая Берта использовала наследие римских лупанариев. В Дурбане и Кейптауне нашлись и другие поклонники античности. Например, некая Жанетт, работавшая индивидуально, выпустила собственный жетон (сложно сказать, зачем он ей потребовался. Возможно, в качестве некоего атрибута для получения предоплаты за свои услуги, дабы не оказаться в роли героини анекдота про поручика Ржевского - «гусары денег не берут!»). Как бы то ни было, но эта дама, приятная в некоторых отношениях, заказала жетоны со своим именем, по которым, собственно, мы и знаем о её существовании. Для удобства клиентов на жетонах указывался и адрес жрицы любви (что являлось своеобразной рекламой). Кроме Жанетт подобные жетоны выпускали и некоторые из её коллег, в частности, существует редкий бордельный жетон, предлагающий услуги некой «Русской Принцессы».
Также существует вполне логичная версия, что жетоны продавались сутенёрами британским солдатам и офицерам - и тем оставалось лишь явиться по указанному на них адресу, предъявить его обольстительнице, и получить воздаяние.
Самым гнуснопрославленным из дурбанских публичных домов являлся «Martha’s”, располагавший многочисленными кадрами на любой традиционный мужской вкус. Его жетоны отличались претензией на оригинальность - на стороне, противоположной рекламе заведения, располагалось довольно достоверно скопированное изображение французской золотой двадцатифранковой монеты. Аналогичные жетоны использовались и в заведениях Кейптауна. Известно, что в 2018 году один кейптаунский жетон был продан с нумизматического аукциона за 850 долларов США.
Особняком стоит жетон некой «индивидуальной предпринимательницы» Лины де Лорме, промышлявшей в Кейптауне. Он вполне соответствует уголовно-правовой категории «оскорблении Величества», поскольку на реверсе его изображён гордый профиль королевы Виктории. Хотя, несмотря на тот несомненный факт, что "англичанка гадила", крайне маловероятно, что Её Величество имела какое-либо отношение в бизнесу мадам де Лорме.
В завершение этого небольшого рассказа хотелось бы заметить, что эти южноафриканские «спинтрии» конца XIX - начала ХХ века являются интересным артефактом и, по сути своей, подобны немецким верт-маркам или хлебным маркам, по которым в Германии начала 1920-х годов можно было получить определённое количество продуктов питания - то есть, являются аналогом локальных токенов, а, посему, имеют отношение к нумизматике.
