Аукционный дом Золотое Крыло

Аукционный дом Гермес
   

Нумизматический аукцион "Имперская монета"

Аукционный дом Империя
Выбрать дату в календареВыбрать дату в календаре

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 ... 14 След.
Нумизмантическая шутка, На определение
 
Шёл вдоль реки,
В руке задрожала монетка.
Всплеск в тишине.
Рим. Денарий Каракаллы., Предложите.
 
Цитата
Sebastian37 пишет:
На "моём" нет этих самых "веток" просто)))


Как на мой взгляд, наличие или отсутствие "камыша" — это несомненная разновидность. Но описания сюжета в RIC и RSC весьма скупы и лапидарны, ну не полезли они в такие тонкости...

    Теперь немножко собственно по сюжету реверса. Заранее извиняюсь за многословие.

    Как известно, ещё в период с декабря 121 — по декабрь 122 гг. император Адриан (117–138 гг.) посетил Британию и приказал возвести на северной границе провинции ряд укреплений, — чтобы сдерживать набеги, которые осуществляли воинственные племена пиктов и бригантов (Жизнеописания августов. Адриан, XI, 2; XVI, 3). В результате было построено мощное оборонительное укрепление из камня, торфа и дёрна, которое (в самом узком месте острова) пересекало северную Британию от Ирландского моря (залив Солуэй-Ферт) до Северного моря. Общая длина вала, возведённого в период со 122 по 126 гг., составила 117 км, ширина — 3 м, высота — 4–6 м.
 
    По всей длине стены, построенной по традиционной римской технологии (Вегеций, IV, 2–3) и получившей название Вал Адриана, с обеих сторон шли рвы, через определённые промежутки стояли сторожевые башни, а за ними располагалось 16 фортов. В итоге, Вал Адриана протянулся между двумя естественными водными преградами: на западе острова это было устье реки Итуна (совр. Иден), а на востоке — устье реки Тина (совр. Тайн).

    Обе реки прикрывали тылы римских легионов и, таким образом, возросло и само значение Итуны — как пограничной реки, рядом с которой стояло укреплённое римское поселение Лугувалий (Luguvalium), а также и значение пограничной Тины — рядом с которой стоял большой укреплённый форт Сигидунум (Segedunum).

    В 142–144 гг., в период правление Антонина Пия (138–161 гг.), римские легионы продвинулись вглубь острова и была построена из камня и торфа новая оборонительная стена — Вал Антонина (Vallum Antonini), который пересёк территорию современной Шотландии, в 160 км к северу от ранее сооружённого Вала Адриана (Жизнеописания августов. Антонин Пий, V, 4; Павсаний, VIII, 43, 3; Дион Кассий, LXXII, 8, 2). Длина Вала Антонина, укреплённого 26 фортами, составила 63 км, ширина — 5 м, высота — 3–4 м.  

    После построения новой стены Вал Адриана стоял в запустении, постепенно ветшал и разрушался. Но уже император Септимий Север (193–211 гг.), ведя в 207–211 гг. военную кампанию в Британии против каледонцев и меатов, приказал отступить, оставив Вал Антонина, и заново укрепить стену Адриана, установив по ней границу римских владений (Дион Кассий, LXXII, 8, 1; LXXVI, 12, 1; LXXVI, 12, 5; LXXVI, 13, 3; Геродиан, III, 14, 10; Жизнеописания августов. Септимий Север, XVIII, 2; XXII, 4; Аврелий Виктор. О цезарях, XX, 18; О жизни и нравах римских императоров, XX, 4; Евтропий, VIII, 19, 1; Орозий, VII, 17, 7; Кассиодор. Хроника, 886; Ненний. История бриттов, 23; Беда Достопочтенный. Церковная история народа англов, I, 5; I, 11; V, 24; Гальфрид Монмутский. История бриттов, I, 74; Галльская хроника 511 года, 385; Хроники Фредегара, II, 38; Англо-саксонская хроника, 189 г.; Генрих Хандингтонский. История англов, I, 31).

    Предполагаемое изображение божеств рек Тина и Итуна появляется на монетах Септимия Севера и Каракаллы в самом начале британской кампании императора Септимия, который взял с собой в военный поход старшего сына — дабы удалить его «от роскошного римского образа жизни» (Геродиан, III, 14, 2; III, 14, 9). При этом, композиция реверса на денариях Каракаллы точно повторяет композицию реверса сестерциев Траяна 114–117 гг. (RIC II, 289, 642) — где изображены и пояснены монетной легендой речные боги Тигра, Евфрата и провинция Армении.

    Отметим, что на монетах Каракаллы очень точно скопирован сам иконографический тип, впервые появившийся в чеканке Траяна: император стоит над побеждённой провинцией Британия, лежащей между двумя пограничными реками: Тина и Итуна.  
 
    Разумеется, на рассматриваемых монетах 206–210 гг. вряд ли можно видеть персонификацию ИМЕННО рек Тина и Итуна. Скорей всего, здесь представлена некая общая аллегория пограничных рек в римской провинции. Исходя из датировки монет Септимия и Каракаллы и учитывая трудности, связанные с форсированием водных преград в Британии, которые столь часто упоминаются римскими авторами (Тацит. Анналы, XII, 35; Агрикола, 33; Плутарх. Цезарь, 16; Дион Кассий, LXXVI, 13, 1–2; Геродиан, III, 14, 5–6; III, 14, 9), можно допустить вероятность того, что на рассматриваемых монетах среди речных богов были изображены бог Тины и Итуны — последних «мирных» рек на границе Римской Британии, на восточной и западной оконечности Вала Адриана.

    Но если всё же считать, что на монетах Каракаллы среди лежащих фигур, в центре, изображена именно персонификация провинции Британия, то достаточно осторожно можно всё же истолковать сам нумизматический сюжет как прославление римских побед в Британии — близ Вала Адриана, омываемого с двух сторон реками Тина и Итуна.

    Вообще, о важности военных действий внутри островной провинции, связанных с водной стихией, может косвенно указывать слово «переправа» (TRAIECTVS), которое включено в монетную легенду ассов Каракаллы, выпущенных в 208 г. (RIC IV(1), 284, 441).

Всё ИМХО.
Рим. Денарий Каракаллы., Предложите.
 
Цитата
Sebastian37 пишет:
У речных богов нет пальмовых ветвей(?).
В качестве информации добавлю описание другого интересного денария с  персонификациями.

Это не пальмовые ветви, а камыш - символ прибрежной растительности.

А почему показанный денарий с CNG - это ДРУГОЙ? Это ж, вроде один и тот же. Я бы описал реверс примерно так:

Бог реки Итуна (?) лежит, повернувшись вправо; справа от него лежат, повернувшись влево, Британия (?) и бог реки Тина (?); каждый речной бог держит в правой руке камыш; над ними анфас стоит Каракалла, голова повёрнута вправо; в правой руке император держит копьё, в левой — паразоний.

Итуна и Тайн – реки в Северной Англии. Могу про этот сюжет и поподробней накалякать, но боюсь перегружать торговую ветку... :)
Разное интересное, ссылки и текст
 
Цитата
caracalla пишет:
Я к тому, что на «трёхтомник» набирается легко: 1. Растения и плоды на античных монетах 2. Мифические животные и растения на античных монетах 3. Животные на античных монетах. Ну, это так - мысли вслух.

Будь реалистом, тут бы с Римом разобраться.... :D Там и так пара небольших томиков набирается - и работы по собиранию и написанию на пару лет. А то, что ты предлагаешь - это нужно вкалывать лет 5-6. Я не готов, мне слабо... :oops:
Разное интересное, ссылки и текст
 
Цитата
caracalla пишет:
Одна надежда - после богов и правителей - возьмется наш уважаемый автор Никто за написание трудов: "Животные на античных монетах" и "Растения и плоды на античных монетах".

Ты таки будешь смеяться, но я действительно собираю сейчас материал для такой книги – "Флора и фауна на римских монетах". Только обычных и мифологических животных придётся разделить – а то уж больно много материала, боюсь завалит груда всяких сведений... ;)
Разное интересное, ссылки и текст
 
Цитата
Avitus пишет:
Одной из последних римских монет с изображением собаки является редкий золотой ауреус императора Пробуса, датированный 278 годом н. э.

Большое спасибо, интересно. Чуть-чуть уточню.
Всё же одним из последних изображений собаки в римской нумизматике можно считать серию монет, которую условно называют «фестиваль Исиды» и относят примерно к временам правления Юлиана II Отступника (351 – 353 гг.).

На некоторых монетах этой редкой серии изображена Исида, сидящая верхом на собаке. Этот пёсик, имевший даже имя «Сотис», считался олицетворением звезды Сириус.  

   

Ну, и до кучи, хотя это уже и не антика…

Собака, привязанная к дереву, изображена на монетах Филиппа II, короля Испании и герцога Миланского (1556 – 1598 гг.). Этот образ верного стража недвусмысленно поясняет монетный девиз: «Никто не тронет меня безнаказанно» (NEMO IMPVNE LACESCET).  



На монетах Винченцо II Гонзаго, герцога Мантуи (1626 – 1627 гг.), изображена охотничья собака особой породы, которая, как говорят, была выведена самим герцогом после многочисленных скрещиваний на псарнях семьи Гонзаго.



Пёсик получился серьёзный, мощный. С таким можно и на медведя сходить… Ну, и монетный девиз у Гонзаго соответствующий: «Лишь хищникам я враг» (FERIS TANTVM INFENSVS).
Вопрос к коллекционерам с многолетним стажем
 
Вторая "бонусная" картинка напомнила известную иллюстрацию Е. Кибрика к повести Ромена Ролана "Кола Брюньон".

Разное интересное, ссылки и текст
 
Что же касается моста через Дунай, то всё же существует его бесспорное нумизматическое изображение – на бронзовых медальонах Константина I Великого (RIC VII, 331, 298).  





Даю здесь не только изображение этого медальона, но и прорисовку его реверса, чтобы понятнее был сам сюжет

Как видим, речной бог, изображённый на медальоне Константина Великого 327–333 гг., также пояснён надписью под обрезом монеты — DANVBIVS. Вероятней всего, этот сюжет отмечает сражения римских легионов с готами и даками, сторонниками Лициния I, с которыми Константин успешно воевал на Дунае в 322 г. (Аврелий Виктор. О цезарях, XLI, 12; Евсевий. Жизнь Константина, II, 15; Иордан. Гетика, 111).

Однако мост, изображённый на рассматриваемом медальоне, не является известным мостом Траяна, который был разрушен ещё при Адриане (Дион Кассий, LXVIII, 13, 6). Скорее, поводом для такого нумизматического сюжета стала постройка через Дунай нового моста из камня (Аврелий Виктор. О цезарях, XLI, 18; Феофан. Летопись, 320: Эккехард. Всеобщая хроника, I, 311 г.; Георгий Кедрин. Обозрение истории, P. 295. PG, CXXI, 563).

Вероятно, в наведении такого нового моста можно увидеть определённое подражание и даже соперничество со славой Траяна, которую Константин Великий явно хотел превзойти. Об этом недвусмысленно пишет историк Аврелий Виктор (IV в.) в своей биографии Константина: «Он был так жаден до славы, что этому трудно поверить. Он обычно называл Траяна, по причине многочисленных надписей с его именем на зданиях, стенным лишаем, он же построил мост через Дунай» (Аврелий Виктор. О жизни и нравах римских императоров, XLI, 13).
Разное интересное, ссылки и текст
 
Цитата
Avitus пишет:
 М  ост на монете Траяна: факты, теории, обсуждения

Если не возражаете, несколько дополню материал о мостах. Мы, вместе с уважаемой САВОЙ, на эту тему целый раздел накропали, в своё время…

Разумеется, всё изложенное здесь – это не истина в последней инстанции, а лишь некоторые версии «на тему».

В ряде случаев вынужден воспроизводить не сами монеты, а их прорисовку, т.к. все они весьма редки, но по состоянию довольно плохонькие и без прорисовки сюжет не всегда можно разобрать.

Свайный мост
    Свайный мост (Pons Sublicus – лат. «покоящийся на столбах») – старейший и самый известный из мостов через Тибр, построенный, по преданию, царём Анком Марцием (641-616 гг. до н. э.)  (Ливий, I, 33, 6; Флор, I, 4, 3; Плутарх. Нума, 9). Его название обычно производят от слова «свая» (sublica) (Фест, s.v. Sulpicius pons), так как сам он был построен только из дерева, без использования каких-либо металлических элементов (Плутарх. Нума, 9; Дионисий, II, 24, 1; III, 45, 2; IX, 68, 2; Плиний, XXXVI, 100; Сервий. Комментарий к «Энеиде» Вергилия, VIII, 646; Первый Ватиканский мифограф, I, 73, 11). Вполне возможно, что этот мост, имевший для римлян важное оборонительное значение, был сделан из дерева ещё и потому, что это позволяло в короткие сроки его уничтожить или разобрать – при нападении врагов (Дионисий, IX, 68, 2).
    Свайный мост находился под непосредственным контролем коллегии понтификов, так как  соблюдение древних сакральных обрядов и запретов при его ремонте и восстановлении было важным вопросом, относящимся к римской религии (Дионисий, III, 45, 2). Поэтому любой вред, причинённый мосту наводнениями, рассматривался как зловещее знамение (prodigium) и такие случаи, кажется, были не редки (Дион Кассий, XXXVII, 58, 3; L, 8, 3; LIII, 33, 5; LV, 22, 5; Тацит. История, I, 86).
     К периоду Империи Свайный мост становится излюбленным местом для нищих, которые сидели на нём, выпрашивая милостыню (Сенека. О счастливой жизни, XXV). Однако даже во времена Августа мост продолжают называть «дубовым» (roboreo) (Овидий. Фасты, V, 621), да и позднее вся его конструкция по-прежнему восстанавливалась из дерева (Тацит. История, I, 86). Свайный мост, считавшийся одной из древнейших римских святынь, постоянно ремонтировался и стоял в сохранности даже в конце IV в. (Жизнеописания августов. Антонин Пий, VIII, 2; Reg. app.; Not. Reg. app.; Platner, 402).  



Свайный мост. Графическая реконструкция  

    Вероятно, именно по случаю очередного ремонта и в связи с грядущим 900-летием Рима Свайный мост был изображён на реверсе медальона Антонина Пия (Coh. Antoninus Pius 127). На медальоне представлена известнейшая сцена из легендарной истории ранней Республики: подвиг Горация Коклеса. Речь идёт о сражении римлян с царём этрусского города Клузия Ларсом Порсеной, который напал на Рим в 508 г. до н.э., намереваясь вернуть царство изгнанному Тарквинию Гордому (534-509 гг. до н.э.).
    По преданию, Марк (по другим сведениям – Публий) Гораций Коклес, происходивший из известного рода Горациев (Дионисий, V, 23, 3), в сражении с наступающими этрусками один прикрывал отступление римского войска через Свайный мост, пока мостовые пролёты за ним не были разрушены. Тогда Гораций в полном вооружении бросился в Тибр и переплыл на римский берег, несмотря на то, что был тяжело ранен в бедро (Дионисий, II, 24, 1-3; Ливий, II, 10, 1-13; Цицерон. О законах, II, 10; Валерий Максим, III, 2, 1; Сенека. Письма, CXX, 7; Плутарх. Попликола, 16; Фронтин. Стратегемы, II, 13, 5; Первый Ватиканский мифограф, I, 73, 11-12; Аврелий Виктор. О знаменитых людях, XI, 1-2; Латинские панегирики, IX, 18).
    По некоторым ранним рассказам, Гораций Коклес не спасся, а утонул (Полибий, VI, 55, 1-4), но в дальнейшем подвиг Горация становится примером высшей римской доблести (Квинтилиан, V, 10, 11; Вергилий. Энеида, VIII, 650; Проперций, III, 11, 63; Ювенал, VIII, 264; Веллей Патеркул, II, 6, 6; Луций Ампелий, XX, 4; Плутарх. О фортуне римлян, 3; Дион Кассий, XLV, 32, 3; XLVI, 19, 8; LIII, 8, 3).



Римская империя. Антонин Пий, медальон 140-143 гг.

    На медальоне Пия показано как Гораций Коклес в вооружении (со щитом и в шлеме) переплывает Тибр; слева стоит группа римлян, разрушающих пролёт моста топорами, справа – этрусские воины, бросающие копья в плывущего Горация. Сам Свайный мост изображён достаточно условно, в виде полуразрушенной арочной конструкции, а вся сцена пояснена монетной легендой реверса – COCLES.  



Римская империя. Траян, сестерций 104-107 гг.

    В связи с этим сюжетом, можно вспомнить, что в 104-107 гг. Траян выпустил сестерции и дупондии (RIC 569, 570), где изображён мост, под которым проплывает лодка. Мост показан в трёхчетвертном ракурсе, при котором одновременно видна и боковая поверхность, и входы, оформленные в виде триумфальных арок, увенчанных статуями. Сам мост представляет собой дугообразную структуру с вертикальными и горизонтальными членениями, конструктивный смысл которых не вполне ясен. Средняя дуга, вероятно, обозначает парапет, а верхняя – крышу или навес над мостом.
    На некоторых штемпелях вертикальные стойки, поддерживающие эту крышу, имеют вид колонн с капителями. Масштаб  входных арок свидетельствует о значительных размерах сооружения; трудно поверить, что мост действительно был арочным однопролётным, как может показаться, если трактовать изображение буквально. Возможно, изогнутость моста – не более чем художественный приём, оживляющий изображение ряда опор с плоскими настилами, своего рода иконографический знак римского моста. Основываясь на датировке этих монет Траяна, их чаще всего относят к дакийским кампаниям императора, а сюжет реверса, соответственно, определяют как изображение знаменитого моста через Дунай, построенного архитектором Аполлодором из Дамаска (Дион Кассий, LXVIII, 13, 1-6; Прокопий. О постройках, IV, 6, 13).
    Но на этих монетах мост представлен однопролётным, а, исходя из изображений на барельефе Колонны Траяна (Columna Traiani) и по некоторым археологическим данным (большая часть мостовых опор сохранилась под водой), мост на Дунае опирался на 20 устоев, сложенных из каменных блоков и соединённых деревянными арками (Дион Кассий, LXVIII, 13, 1-2). Так как Аполлодор, несомненно, контролировал не только строительство всего Форума Траяна (Forum Traiani), но и возведение Колонны, можно достаточно уверенно предполагать его непосредственное участие и в выборе сюжетов, и в создании самих барельефов Колонны Траяна. Таким образом, можно говорить о несомненной точности изображения Дунайского моста на барельефе и следует отметить его определённую «непохожесть» с мостом на реверсе сестерциев и дупондиев Траяна.
    Так как это иконографическое несоответствие очевидно, Ф. Хилл предположил, что на монетах Траяна показан не мост через Дунай, а древний Свайный мост в Риме (Hill, 105-106); также  отметим некоторое сходство моста на монетах Траяна с арочной конструкцией на медальоне Антонина Пия.
    Возможный интерес Траяна к событиям древней римской истории нашёл своё отражение в «реставрационной» серии монет императора, среди которых были денарии (RIC 767, 768), достаточно точно повторяющие республиканский денарий Горация, отчеканенный в 206-200 гг. до н.э. (Craw. 127/1; Syd. 277). При этом, на аверсе этих денариев уже Траяном была помещена легенда – COCLES. Это указание на Горация Коклеса на монетах времён Траяна, вероятно, фиксирует какую-то историческую традицию и связывает род республиканского монетария с патрицианским родом Горациев, хотя к началу II в. род Горациев захирел, а, может, и вовсе прекратил своё существование. Впрочем, Марциал ещё упоминает в своих эпиграммах какого-то  Горация (Марциал, IV, 2, 1-2).
    Однако, говоря о версии Ф. Хилла, нельзя не вспомнить, что постройка Колонны Траяна началась лишь около 108 г., а посвящена она была только 12 мая 113 г. (CIL, XIV, 4543) – позднее выпуска монет Траяна с мостом. Следовательно, нумизматический сюжет сестерциев и дупондиев с мостом, выпущенных в 104-107 гг., не опирался на  иконографию барельефов Колонны, так как она, к тому времени, ещё не была возведена. Поэтому Г. Мэттингли (BMCRE III, р. CI) отвергает предположение Ф. Хилла, и возвращается к традиционной версии, считая изображение на монетах Траяна мостом через Дунай, представленным достаточно условно, без соблюдения его архитектурных особенностей, показанных на барельефе Колонны Траяна. Но и эта атрибуция не бесспорна, и вопрос остаётся открытым до настоящего времени.
    Кроме того, следует добавить, что сам Свайный мост был связан с сакральными религиозными обрядами и праздниками. Так, в ночь на иды мая с этого моста весталки (при участии понтификов, фламина Юпитера, фламиники, консула) сбрасывали в Тибр 27 (по другим данным – 30) соломенных чучел («чучела старых мужей») – Аргеи (Argei). Значение и смысл этой архаичной церемонии (Sacra Argeorum) были забыты уже в древности. Известно лишь, что дважды в год, в ночь с 16 на 17 марта и в ночь с 14 на 15 мая, проводилась торжественная процессия, обходившая древнейшие районы Города; именно второй обход, в мае, и завершался церемонией сбрасывания чучел со Свайного моста (Ливий, I, 21, 5; Дионисий, I, 38, 2-3; Варрон. О латинском языке, V, 45; VII, 44; Овидий. Фасты, III, 791; Авл Геллий, X, 15, 30; Плутарх. Римские вопросы, 86; Фест, s.v. Argeos; Sexagenarii; Лактанций. Божественные установления, I, 21, 6-9).
    По античным толкованиям, этот обряд заменил человеческие жертвоприношения или же символизировал принесение в жертву чужестранцев-«аргивян», именем которых италийцы называли всех эллинов ещё в мифические времена царя Эвандра и Геркулеса. В связи с числом символических чучел, сообщают о 27 вождях, прибывших вместе с Геркулесом в Италию, или же о 30 капищах «аргивян» (sacraria Argeorum) в черте города (Овидий. Фасты, V, 621-660; Плутарх. Римские вопросы, 32; Макробий. Сатурналии, I, 11, 47). Существует также рационалистическое объяснение, рассказывающее об осаде Рима галлами в 390 г. до н.э., когда из-за начавшегося голода стали сбрасывать с моста стариков, которых не смогли прокормить (Фест, s.v. Sexagenarii; Depontani). Вероятнее всего, весь этот древний очистительный обряд, проводимый на Свайном мосту,  был связан с культом плодородия и призван был таким образом символизировать уничтожение смерти, голода, неурожая.



Предполагаемое месторасположение Свайного моста на Тибре

    Определение местоположения Свайного моста также стало предметом многочисленных дискуссий, которые основывались на различных текстах римских авторов, описывающих подвиг Горация Коклеса и бегство через Тибр Гая Семпрония Гракха (народный трибун 123 г. до н.э.) (Ливий, II, 10, 7; V, 40, 8; Валерий Максим, I, 1, 10; III, 2, 1; IV, 7, 2; Аврелий Виктор. О знаменитых людях, XI, 1-2; Плутарх. Гай Гракх, 17; Аппиан. Гражданские войны, I, 26; I, 58).
    Сейчас считается, что древний мост являлся кратчайшим путём с левого берега Тибра на Яникул – у Бычьего форума (Forum Boarium), и находился на участке спокойного течения реки, за островом Тиберина (Insula Tiberina), ниже того места, где позднее появился Эмилиев мост (Pons Aemilius). В 1918 г. недалеко от этого места был построен новый каменный мост (архитектор М. Пьячентини), также названный Свайным.


Мульвиев мост (?)
    Мульвиев или Мильвиев мост (Pons Mulvius; Pons Milvius) – мост через Тибр, в 2 римских милях (около 3 км) к северу от Города, на древней Фламиниевой дороге (Via Flaminia), соединявшей Рим с городом Аримином (Умбрия) на берегу Адриатического моря. Находясь на стыке между Фламиниевой, Кассиевой (Via Cassia), Клодиевой (Via Clodia) и Вейентанской (Via Veientana) дорогами, Мульвиев мост имел важное стратегическое значение.
    Неизвестно, когда мост был возведён, хотя он упоминается уже в 207 г. до н.э. (Ливий, XXVII, 51, 2). Учитывая, что Фламиниева дорога, на которой находился Мульвиев мост, была проложена в 220 г. до н.э. (Ливий. Периохи кн. ХХ; Страбон, V, 1, 11), можно допустить, что и сам мост был построен примерно в это же время.
    Наиболее вероятным строителем моста, давшим ему своё имя, предположительно называют Марка Мульвия, одного из ночных триумвиров (triumviri nocturni) 241 г. до н.э. (Валерий Максим, VIII, 1, 5); обязанностью этих магистратов было поддержание общественного порядка на улицах в ночные часы и соблюдение противопожарной безопасности в Риме – на время случившихся в этот период опустошительных пожаров (Ливий. Периохи кн. XIX; Орозий, IV, 11, 5-9).
    Мост не раз упоминается в источниках: в том числе, и косвенно. Так в период Второй Пунической войны (218-201 гг. до н.э.) горожане, ожидая нападения Ганнибала, разрушили два моста в Риме (скорей всего, Свайный и Мульвиев) (Ливий, XXII, 8, 7), а при разливах Тибра в 192 г. до н.э. Мульвиев мост был снесён наводнением (Ливий, XXXV, 21, 5); в 45 г. до н.э. обсуждался проект по борьбе с разливами Тибра, по которому речной поток от Мульвиева моста намеревались отвести в новое русло (Цицерон. К Аттику, XIII, 33, 4).
    Мост неоднократно ремонтировался; в 109 г. до н.э. его перестроил (уже из камня) цензор Марк Эмилий Скавр (Аврелий Виктор. О знаменитых людях, LXXII, 9). В 27 г. до н.э., при большом ремонте Фламиниевой дороги, Август восстановил на ней «все мосты, кроме Мульвиева и Минуциева» (Деяния Божественного Августа, 20, 5), так как они, вероятно, находились в удовлетворительном состоянии.
    Находясь на въезде в Город, Мульвиев мост не раз становился местом, где происходили ключевые события римской истории, такие, например, как раскрытие заговора Луция Сергия Катилины: в ночь со 2 на 3 декабря 63 г. до н.э. Цицерон устроил засаду на мосту и захватил послов галльского племени аллоброгов, которые везли собственноручные письма заговорщиков к Катилине; это дало неопровержимые улики и возможность раскрыть весь заговор (Саллюстий. О заговоре Катилины, XLV, 1-4; Цицерон. Против Катилины, III, 5-6).    
    Во времена правления Нерона в окрестностях Мульвиева моста собиралась на ночные забавы развращённая римская молодёжь (Тацит. Анналы, XIII, 47). Именно через этот мост въезжали в Рим с севера, поэтому, как уже было сказано, он имел важное стратегическое значение и в периоды гражданских войн здесь не раз происходили вооружённые стычки и сражения, так как занятие моста давало значительное военное превосходство (Флор, II, 11, 6; Тацит. История, I, 87; II, 89; III, 82). Сообщение Лактанция о том, что в древности с Мульвиева моста сбрасывались в Тибр человеческие жертвы, посвящённые Сатурну (Лактанций. Божественные установления, I, 21, 6), является ошибочным, так как описываемые далее обряды Аргеев (Argei) относятся не к Мульвиеву, а к Свайному мосту (Pons Sublicius).  



Римская империя. Септимий Север, асс 208 г.

    По предположению Ф. Хилла, именно Мульвиев мост был изображён на реверсе ассов Септимия Севера (RIC 786a-c) (Hill, 106-107). Эти монеты Севера датируют 208 г., и можно допустить, что их выпуск мог быть приурочен к 15-летнему юбилею императорской власти (quindecennalia). Мост на ассах Севера представлен однопролётным, а по обе стороны от него установлены арки со скульптурными группами наверху (воины со щитами?), может быть, отмечающие какую-то победу; на самом мосту стоят люди, а под ним проплывает судно.
    Нельзя не заметить явного композиционного сходства реверсов ассов Севера с упомянутыми выше монетами Траяна (RIC 569, 570), изображающих мост; в данном случае та же схема изображения моста насыщена мелкими деталями: прорисован решётчатый парапет, входные арки показаны трёхпролётными, с высоким аттиком, на котором размещены скульптурные группы. Этот мост также имеет крышу, опоры которой условно обозначены штрихами между фигурками людей. Но в отличие от монет Траяна, где мост показан с точки зрения направляющегося к нему человека, для которого дальняя арка на противоположном берегу почти не видна, здесь и она «развёрнута» фасадом к зрителю; художник жертвует перспективной достоверностью ради более полного представления о великолепном декоре постройки.      
    Иконографическое сходство привело некоторых исследователей к выводу, что на монетах Траяна и Септимия Севера изображён один и тот же мост; на этом основании они отказывались от идентификации сюжета реверсов Траяна как моста через Дунай, так как он не мог быть показан и на монетах Севера. Так, А. Донини относит оба типа к Цестиеву мосту (Pons Cestius), соединявшему остров Тиберина (Insula Tiberina) с правым берегом реки. (Donini A. Ponti su monete e medaglie. Roma, 1959. P. 42). Но следует иметь в виду, что композиционные заимствования на монетах эпохи Северов как правило, не означают строгого соответствия сюжетов.
    Как характерный пример можно привести сестерций Траяна (RIC 642), посвящённый завоеванию Армении и Месопотамии c персонификациями великих рек Тигра и Евфрата, реверс которого повторён на монетах Каракаллы (RIC 175), прославляющих его возвращению из британского похода (по другим версиям – из Германии). Очевидно, здесь буквальное сходство триумфальной композиции вызвано не географической привязкой событий, а желанием отождествить собственные свершения с военными кампаниями Траяна. Изображение моста, таким образом, может уподоблять Септимия Севера Траяну в качестве строителя и восстановителя Рима.
    Также не исключено, что, выпуская эти монеты, Септимий Север таким образом особо подчеркнул судьбоносное значение Мульвиева моста, около которого в 193 г. он разбил войска Дидия Юлиана и с победой вступил в Рим (Евтропий, VIII, 17, 1; Аврелий Виктор. О цезарях, XIX, 5; Орозий, VII, 16, 6).



Хризма, заключённая в венок. Фрагмент барельефа римского саркофага 350 г. Рим. Ватиканские музеи

    Но самое знаменитое историческое событие, свидетелем которого стал Мульвиев мост – битва, состоявшаяся в 312 г. между узурпатором Максенцием и претендентом Константином (будущим императором Константином I Великим). Это сражение произошло недалеко от моста, у гористого места на правом берегу Тибра, называемого Красные Скалы (Saxa Rubra) (Ливий, II, 49, 11; Цицерон. Филиппика, II, 3, 1; Марциал, IV, 64, 15-16; Тацит. История, III, 79; Аврелий Виктор. О цезарях, XL, 23).  



Сон Константина Великого и битва у Мульвиева моста. Книжная миниатюра начала VI в. Париж. Национальная библиотека Франции

    Согласно христианской легенде, накануне этой битвы Константин «был предупреждён во сне, чтобы он начертал небесный знак Бога на щитах и лишь тогда начинал сражение. Он сделал, как предписывалось, изобразив на щитах знак Христа загнутой вверху и скрещённой буквой “Х”». Одновременно Константин услышал голос, произносящий слова: «с этим знаком победишь» (Εν Τούτῳ Νίκα; In hoc signo vinces!). Впоследствии этот знак-монограмму (хризму), составленный из двух начальных букв (ΧΡ) греческого написания имени Иисуса Христа (ΧΡΙΣΤΌΣ), Константин носил на своём шлеме и помещал на древко военных штандартов особого рода (labarum) (Лактанций. О смерти гонителей, XLIV, 5; Евсевий. Жизнь Константина, I, 28-31; I, 37; Сократ Схоластик. Церковная история, I, 2; Созомен. Церковная история, I, 3-4; Руфин. Церковная история, IX, 9, 1; Филосторгий. Сокращение церковной истории, I, 6; Пруденций. Против Симмаха, I, 488-489). Христианские авторы также описывают ещё одно «знамение креста», которое относят к более позднему событию – битве между армиями Магненция и Констанция II в Паннонии, в 351 г. (Филосторгий. Сокращение церковной истории, II, 26).



Победа Константина над Максенцием в битве у Мульвиева моста. Барельеф IV в. Рим. Музей Римской цивилизации

    Описывая сражение, состоявшееся под Римом 28 октября 312 г., античные историки-христиане рассказывают о том, что в день этой битвы войско Максенция покинуло неприступные стены Города и, по Божьему провидению, заняло крайне неудобную позицию около Мульвиева моста. Мост, после перехода через него воинов Максенция, был разрушен – видимо, для того, чтобы поддержать их воинский дух и не дать им даже возможности для отступления (Лактанций. О смерти гонителей, XLIV, 9). По рассказам римских историков, день битвы совпал с днём рождения Максенция и 6-летней годовщиной его власти (Аврелий Виктор. О цезарях, XL, 23; Латинские панегирики, IX, 16; Сократ Схоластик. Церковная история, I, 2; Аноним Валезия. Жизнеописание Константина, 12)
    В ходе сражения малочисленная, но хорошо обученная конница Константина обратила в бегство войско Максенция, а сам он, спасаясь от преследования, попытался перейти Тибр по наведённому временному мосту, «но конь его оступился, и он упал в речную пучину, тело его под тяжестью панциря было затянуто илом» (Аврелий Виктор. О жизни и нравах римских императоров, XL, 7; Латинские панегирики, IX, 16-18; Зонара, XIII, 12; Аноним Валезия. Жизнеописание Константина, 12; Евсевий. Церковная история, IX, 9, 5-7). После битвы у Мульвиева моста, которая позднее преподносилась как символическая победа христианства над язычеством, армия Константина вступила в Рим (Евтропий, X, 4, 3; Зосим, II, 15-16; Аврелий Виктор. О цезарях, XL, 23; О жизни и нравах римских императоров, XL, 7; Лактанций. О смерти гонителей, XLIV, 4-10; Евсевий. Церковная история, IX, 9, 2-8; Жизнь Константина, I, 38; Сократ Схоластик. Церковная история I, 2; Аноним Валезия. Жизнеописание Константина, 12; Орозий, VII, 28, 16).



Битва у Мульвиева моста (?) и осада Вероны. Фрагменты барельефа арки Константина 315-316 гг.

    Можно отметить, что на римской арке Константина, возведённой в 315-316 гг. по случаю победы над Максенцием, была выбрана такая формулировка посвятительной надписи, которая не провоцировала возможное возмущение язычников, но и не исключала толкования в христианском смысле, подтверждающего божественное покровительство:
IMPERATORI CAESARI FLAVIO CONSTANTINO MAXIMO PIO FELICI AVGVSTO SENATVS POPVLVSQVE ROMANVS QVOD INSTINCTV DIVINITATIS MENTIS MAGNITVDINE CVM EXERCITV SVO TAM DE TYRANNO QVAM DE OMNI EIVS FACTIONE VNO TEMPORE IVSTIS REMPVBLICAM VLTVS EST ARMIS ARCVM TRIVMPHIS INSIGNEM DICAVIT – лат. «Императору Цезарю Флавию Константину, Величайшему, Благочестивому, Счастливому Августу, Сенат и Народ Рима посвящает эту арку, потому что он благодаря божественному вдохновению и своему величию духа вместе с войском отомстил за город тирану и всей его клике в справедливом бою» (CIL, VI, 1139).
    Евсевий Кесарийский сообщает, что по личному указанию Константина «на самом людном месте Рима» ему была воздвигнута статуя «со спасительным символом в правой руке» и с надписью на пьедестале: «Этим спасительным знамением, истинным свидетельством мужества, я освободил ваш город и спас его от ига тирана, а освободив, вернул сенату и римскому народу прежние блеск и славу» (Евсевий. Церковная история, IX, 9, 10-11).  



Римская империя. Константин I, нуммий 327 г.

    С битвой у Мульвиева моста традиционно связывают несколько монет Константина Великого, хотя интерпретации их сюжетов не являются далеко бесспорными. Так, например, с символической победой христианства над язычеством соотносят аллегорический сюжет позднего нуммия Константина (RIC VII, p. 572, 19), где на реверсе показан лабарум, увенчанный хризмой, который пригвождает к земле извивающуюся змею.
    Ещё один нуммий (RIC VIII, p. 448, 21), выпущенный в Константинополе Константином Великим и его сыновьями в 330 г., вероятно, имеет коммеморативное предназначение. На реверсе этой монеты изображён мост, стоящий над бурным потоком. Как видно, одной из архитектурных особенностей этого моста можно назвать наличие арок, расположенных  по обе стороны от мостового пролёта – подобно аркам предполагаемого Мульвиева моста на ассах Септимия Севера. Крайне соблазнительно определить мост на нуммиях Константина как Мульвиев, а сам выпуск этих монет связать с празднованием 15-летия императорской власти, когда битва Константина с Максенцием уже преподносилась официальной историографией как величайшее свершение императора.  



Римская империя. Константин I, Констанс I, Константин II, нуммий 330 г.

    Мульвиев мост стоял в сохранности и во времена поздней античности (Reg. app.; Not. Reg. app.), в период средневековья всё ещё сохранял своё стратегическое значение, но в 538 г. он был сильно повреждён во время боевых действий между готами и византийским войсками под командованием Велизария (Прокопий. Война с готами, I, 19, 3; II, 24, 32). В 800 г., стремясь к возрождению Западной Римской империи и готовясь к коронации, Карл Великий въехал в Рим через Мульвиев мост.
    В дальнейшем деревянные части моста были утрачены, он перестраивался папами Мартином V (1417-1431 гг.), Николаем V (1447-1455 гг.),  Каликстом III (1455-1458 гг.) и не раз разрушался: особенно сильно,  во время вооружённых стычек между римскими семьями Орсини и Колонна в 1335 г., а также - в 1849 г., когда мост был взорван повстанцами Дж. Гарибальди, чтобы помешать продвижению французских войск. Он был восстановлен из кирпича и камня папой Пием IX в 1850 г., после чего приобрёл современный вид: арочный мост из 6 пролётов (общая длина – 136 м; ширина – 8,75 м).  



Мульвиев мост. Гравюра Дж. Вази 1747 г.

    В 1805 г., после коронации Наполеона I, папа Пий VII принимал на Мульвиевом мосту французского императора, приехавшего в Рим. По этому случаю, средневековая оборонительная башня (Tripizzone), стоявшая в конце моста, была перестроена в неоклассическом стиле, а по обеим сторонам моста архитектор Дж. Валадье восстановил триумфальные арки.  



Мульвиев мост. Современное состояние  

     В 1956 г. Мульвиев мост (Ponte Milvio; Ponte Mollo) был объявлен памятником старины, а с 1978 г. он стал доступен только для пешеходов. После публикации романов Ф. Моччиа «Три метра над небом» (1992) и «Я тебя хочу» (2006) Мульвиев мост превратился в римский «мост влюблённых», где молодожёны приковывают к фонарным столбам так называемые «замки любви» (lucchetti d'amore).



Мост Фабриция
    Мост Фабриция (Pons Fabricius) – каменный мост между левым берегом Тибра и островом Тиберина (Insula Tiberina), названный по имени Луция Фабриция, римского магистрата, отвечающего в 62 г. до н.э. за состояние дорог (curator viarum) (Гораций. Сатиры, II, 3, 35-36; Порфирион. Комментарий к «Сатирам» Горация, II, 3, 36; Дион Кассий, XXXVII, 45, 2).



Мост Фабриция. Графическая реконструкция

    Возведение этого постоянного моста, вероятно, заменившего деревянный, отмечено четырьмя одинаковыми надписями, помещёнными над каждым арочным пролётом, по обе стороны моста: L FABRICIVS C F CVR VIAR  FACIVNDVM COERAVIT  IDEMQVE  PROBAVIT – лат. «Луций Фабриций, сын Гая, куратор дорог, восстановил и также испытал») (CIL, VI, 1305 = 31594).  
    В 23 г. до н.э. мост Фабриция пострадал от наводнения (Дион Кассий, LIII, 33, 5), после чего он был отремонтирован в 21 г. до н.э. консулами Квинтом Эмилием Лепидом и Марком Лоллием, о чём и сообщают дополнительные надписи (M  LOLLIVS  M F  Q  LEPIDVS  M F COS  EX S C PROBAVERVNT) на фасадах арок, помещённые ниже первоначального текста и из-за нехватки места выполненные более мелким шрифтом. Позднее на мосту были сделаны ещё две  небольшие надписи, сообщающие, что он был восстановлен в 1679 г., при папе Иннокентии XI.  



Посвятительная надпись над аркой моста Фабриция

    Изображение моста Фабриция появляется на медальонах Антонина Пия (Coh. Antoninus Pius 17-19; Gnecchi II, 9, 1), изображающих храм Эскулапа (Templum Aesculapii), построенный на острове Тиберина вскоре после 291 г. до н.э.  По римскому преданию, во время чумы  293 г. до н.э. было направлено морское посольство в Эпидавр (Арголида), чтобы привезти в Рим «изображение» Эскулапа для отвращения морового поветрия; послы привезли огромную змею, «в которой заведомо и было божество». Приплыв в Рим, змея бросилась с корабля в воды Тибра и выплыла на остров, где и был основан храм Эскулапа (Ливий, X , 47, 7; Периохи кн. XI; Валерий Максим, I, 8, 2; Овидий. Метаморфозы,  XV, 736-741; Плутарх. Римские вопросы, 94; Плиний, XXIX, 72; Аврелий Виктор. О знаменитых людях, XXII, 1-3; Фест, s.v. In insula).



Римская империя. Антонин Пий, медальон 140-143 гг.

    Сюжет реверса медальонов Антонина Пия (с легендой AESCVLAPIVS), вероятно, выпущенных к грядущему 900-летию Рима (Аврелий Виктор. О цезарях, XV, 3) или по случаю восстановления древнего святилища Эскулапа, представляет основные сцены введения культа Эскулапа в Риме: слева – поднимающийся вверх по Тибру и проплывающий под мостом  (который можно считать мостом Фабриция) корабль, с которого выползает змея, направляясь к берегу острова; на первом плане, справа – возлежащая фигура старца, олицетворение Тибра; на втором плане – три здания (одно из них – храм бога-целителя) и дерево на скале. Сам сюжет на медальонах Пия достаточно условен, далёк от исторической достоверности и, скорей всего, лишь представляет понятные нумизматические образы, связанные с культом Эскулапа: змея, остров, святилище бога, персонификация Тибра. При этом, двухпролётный мост Фабриция показан достаточно точно, представляя собой один из узнаваемых символов острова Тиберина.
         Вскоре после постройки моста Фабриция остров Тиберина был также соединён и с правым берегом Тибра, где находился XIV район Рима «за Тибром» (trans Tiberim), каменным мостом Цестия (Pons Cestius; Pons Gratiani), возведённым одним из представителей рода Цестиев в период между 62 и 27 гг. до н.э. и перестроенным в 369-370 гг. (Reg. app; Not. Reg. app.; Полемий Сильвий 545; CIL, VI, 1175; VI, 1176; Platner, 399-400).
    С этого времени, вероятно, сам остров Тиберина получает наименование «между двумя мостами» (inter duos pontes)  (Плутарх. Попликола, 8; Витрувий, II, 2, 3; Иустин Мученик. Апология, I, 26; Хроника 145).  



Окунь. Фрагмент римской мозаики I-III вв. Нью-Йорк. Бруклинский музей

    Участок реки «между двумя мостами» становится местом рыбной ловли, так как особенно ценилась рыба, пойманная в чистой воде, до впадения Большой Клоаки (Cloaca Maxima) в Тибр (Луцилий, XX, 1176; Гораций. Сатиры, II, 2, 32-35). Римские авторы всячески превозносят отличный вкус и изысканность мяса «волк-рыбы» (lupi pices), которая, как считают, являлась разновидностью окуня и водилась, в основном, около острова Тиберина (Колумелла, VIII, 16, 3-4; Плиний, IX, 61; IX, 168; Макробий. Сатурналии, III, 16, 11-14; III, 16, 17-18).



Мост Цестия, остров Тиберина и мост Фабриция. Гравюра А. Джованньоли 1615 г.

    В период поздней античности и в средние века мост Фабриция всё ещё упоминается под своим именем (Reg. app; Not. Reg. app.; Полемий Сильвий 545; Mirabilia Urbis Romae, 11) или его иногда называют Иудейским мостом (pons Iudaeorum), так как он соединял остров Тиберина с еврейским гетто (Ghetto), располагавшимся в это время у театра Марцелла (Theatrum Marcelli) (Platner, 400).



Мост Фабриция. Анонимная гравюра, после 1485 г.

    Мост Фабриция – наиболее хорошо сохранившийся мост в Риме, относящийся к античному периоду. Он представляет собой двухпролётный арочный мост (общая длина – 62 м; ширина – 5,5 м), построенный из туфа и частично облицованный травертином. Две арки (длина каждой – 24,5 м) моста опираются на центральный пилон, который, в свою очередь, снабжён волнорезом и узким сводчатым проёмом, сделанным для уменьшения напора вод Тибра – при паводке или наводнении. Этот проём обрамлён тонкими пилястрами, придающими изящество строгим фасадам моста.



Гермы на мосту Фабриция. Современное состояние

    Северо-восточный вход на мост Фабриция фланкируют две четырёхликие мраморные гермы (Януса или Геркулеса). Они были перенесены сюда в 1840-х гг. с противоположного берега Тибра, где  с XIV в. лежали перед церковью Сан Грегорио (San Gregorio a Ponte Quattro Capi; San Gregorio della Divina Pieta), находящейся неподалёку. Сами гермы относят к временам античности и от них  производят новое название моста – Понте деи Кваттро Капи (Ponte dei Quattro Capi – итал. «Мост Четырёх Голов»), но изначально они не имели отношения к мосту.
    Пазы на боковых гранях столбов для крепления бронзовых решёток свидетельствуют о том, что гермы располагались на углах ограды вокруг некоего прямоугольного двора – как полагает А. Кларидж, храма Януса (Templum Iani) близ театра Марцелла. Допускают, что количество таких герм было значительно большим: иногда предполагается, что ещё одна из сохранившихся герм была включена в скульптурное оформление памятника поэту Дж. Белли, установленного в 1913 г.  в римском районе Трастевере (Trastevere; Piazza Belli); впрочем, сейчас эту герму считают более поздней копией, исполненной из мрамора.  



Мост Фабриция. Современное состояние

    При папе Евгении IV (1431-1447 гг.) мост Фабриция был вымощен травертином, а в 1679 г. папа Иннокентий IX заменил часть прежней облицовки фасадов на кирпичную и устроил новые парапеты.  Сейчас этот античный мост по-прежнему открыт для пешеходов и носит название Понте Фабричо (Ponte Fabricio).


Элиев мост
    Элиев мост (Pons Aelius) –  мост, построенный перед Мавзолеем Адриана (Mausoleum Hadriani), чтобы облегчить к нему доступ с левого берега Тибра (Дион Кассий, LXIX, 23, 1; Reg. app.; Not. Reg. app.; Полемий Сильвий  545). Название моста происходило от номена императора, хотя в период античности иногда его также называли мостом Адриана (Pons Hadriani) (Жизнеописания августов. Адриан, XIX, 11; Пруденций. Гимны, XII, 61; Полемий Сильвий 545; Mirabilia Urbis Romae, 11).
    Судя по надписи на парапете, скопированной в 1375 г., мост был посвящён в 134 г. императором Адрианом: IMP(erator) CAESAR DIVI TRAIANI PARTHICI  FILIVS  DIVI NERVAE NEPOS TRAIANVS HADRIANVS  AVGVSTVS PONTIF(ex) MAXIM(us) TRIBVNIC(ia) POTEST(ate) XVIII CO(n)S(ul) III P(ater) P(atriae) FECIT (CIL, VI, 973). Несомненно, Элиев мост был призван не только обеспечить беспрепятственный и кратчайший переход через Тибр к  Мавзолею Адриана, но и составлял с ним единый архитектурный комплекс мемориального предназначения, созданный, вероятно, по проекту самого императора, пожелавшего оформить таким образом вход в свою гробницу.  



Элиев мост. Графическая реконструкция

    Так как Мавзолей Августа (Mausoleum Augusti) на Марсовом поле, после захоронения императора Нервы, был переполнен, Мавзолей Адриана, построенный в 135-139 гг., стал новым местом для хранения останков и праха римских императоров и членов их семей: от Адриана до Каракаллы (Дион Кассий, LXIX, 23, 1; LXXVI, 15, 4; LXXVIII, 24, 3; Геродиан, IV, 1, 4; Жизнеописания августов. Адриан, XIX, 1; Антонин Пий, V, 1; VIII, 2; Септимий Север, XIX, 3; XXIV, 1-2; Каракалла, IX, 12; Гета, VII, 2; Макрин, V, 2; CIL, VI, 984-995).
    Первоначально перед входом в Мавзолей находилась арка, а вся его территория снаружи была опоясана решётчатой оградой с бронзовыми павлинами, стоящими на четырёх травертиновых столпах при въезде с моста (2 павлина сохранились; сейчас – в Ватиканских музеях). Подиум здания имел в плане форму квадрата (длина каждой стороны – 86 м; высота – 10 м) из травертина и туфа, облицованного мрамором. Над подиумом стояло цилиндрическое строение (диаметр – 64 м; высота – 24 м) из бетона, украшенное пилястрами и скульптурами, установленными на аттике. Над цилиндром возвышался искусственный насыпной холм (tumulus), обсаженный деревьями, под которым находились погребальные камеры, а вершину украшала бронзовая скульптурная группа на высоком постаменте – квадрига, управляемая императором Адрианом в образе бога Гелиоса (в этом выборе, иногда видят созвучие с номеном императора – Элий).



Мавзолей Адриана и Элиев мост. Фрагмент макета античного Рима

    Элиев мост впервые был изображён на медальоне Адриана (Coh. Hadrianus 1508) – в виде трёхпролётной арочной конструкции с наклонными пандусами, спускающимися к обоим берегам. Пандусы опираются на дополнительные арки меньшего радиуса. На медальоне также видно, что над центральными пилонами моста предполагалось установить колонны: возможно, со статуями наверху. Архитектурное решение моста тесно связано с мавзолеем и подчинено ему: мост ориентирован на центральную ось Мавзолея Адриана, он сделан необычно широким (почти 11 м) в расчёте на торжественные процессии, а диаметр трёх основных арок, напротив, меньше, чем у более ранних мостов, поскольку большепролётные арки увеличили бы его высоту, что в данном случае было бы неуместно.  



Римская империя. Адриан, медальон 134-138 гг.

    К VI в. Мавзолей Адриана уже был приспособлен для обороны и включён в систему укреплений Стены Аврелиана (Muri Aureliani) (Прокопий. Война с готами, I, 22, 12-13). К тому времени его стены были всё ещё украшены многочисленными мраморными статуями, изображавшими «людей и коней», которые значительно пострадали при осаде Рима готами в 537 г., так как были использованы воинами Велизария в качестве метательных снарядов (Прокопий. Война с готами, I, 22, 14; I, 22, 22-23).
    В 589-590 гг., после наводнения, погубившего хлебные запасы, в Риме началась эпидемия, прозванная «паховой чумой» (Григорий Турский. История франков, X, 1; Павел Диакон. История лангобардов, III, 24); полагают, что зародилась она в Египте и в Европу пришла через Константинополь (Прокопий. Война с персами, II, 22, 1-9). Для избавления Рима от страшной чумы папа Григорий I Великий (590-604 гг.) призывал народ к покаянию, организовывая в городе молебны и крестные ходы.
    Раннее церковное предание, изложенное в христианском сборнике «Золотая легенда» (XIII в.),  описывает видение Григория Великого, когда во время одной из таких религиозных процессий, возглавляемой папой, он узрел архангела Михаила, парящего над Мавзолеем Адриана и убирающего пылающий меч в ножны, что сочли благим знамением, говорящем об окончании эпидемии в Риме; после этого мор действительно прекратился. Существуют рационалистические объяснения, по которым, поводом к возникновению легенды послужила статуя какого-нибудь крылатого гения, уцелевшего на мавзолее.
    В память чудесного явления, уже папа Бонифаций IV (608-615 гг.) построил капеллу на вершине античной гробницы и после этого Мавзолей Адриана получает новое название – Замок Св. Ангела (Castel Sant'Angelo). В XI в. на крыше замка установили статую, изображающую архангела Михаила, вкладывающего меч в ножны, которая стала, в итоге, символом всего сооружения; с XI в. по 1798 г. было последовательно заменено, по разным причинам, шесть обветшавших или разрушенных статуй архангела Михаила – из дерева, мрамора и бронзы.
    Замок окончательно перестал быть гробницей, когда папа Лев IV (847-855 гг.) приказал возвести вокруг Ватикана городские стены, частью которых и стал бывший античный мавзолей, к тому времени уже разграбленный. Теперь его стратегическим предназначением стал контроль над Элиевым мостом, который, в свою очередь, был назван мостом Св. Ангела (Ponte Sant'Angelo). После этого Замок Св. Ангела стал летней резиденцией римских пап и хранилищем их ценностей и, одновременно, тюрьмой  для политических заключённых (вплоть до 1901 г.). После 1870 г. постройка недолго использовалась в качестве казармы, а с 1906 г., по окончании основательной реставрации, она становится архитектурным памятником-музеем (Museo Nazionale di Castel Sant'Angelo).



Замок и мост Св. Ангела. Гравюра Э. Дюперака 1575 г.

    В средние века мост Св. Ангела иногда назывался именем Св. Петра (Pons Sancti Petri), так как через него проходил путь паломников, идущих к древней базилике Св. Петра (Basilica di San Pietro) на Ватикане. Данте, описывая восьмой круг Ада, сравнивает шеренги грешников, движущиеся в разные стороны, с паломниками, которые в 1300 г. («в год юбилея») проходили по древнему мосту Адриана, но в разные стороны: в собор Св. Петра и к замку Св. Ангела – по правой стороне моста; в противоположную сторону, к Монте Джордано (Monte Giordano) – по левой стороне:

        Так римляне, чтобы наплыв толпы,
        В год юбилея, не привёл к затору,
        Разгородили мост на две тропы,
        И по одной народ идёт к собору,
        Взгляд обращая к замковой стене,
        А по другой идут навстречу, в гору.

                                              (Данте. Божественная комедия. Ад, XVIII, 28-33)  



Мост Св. Ангела, украшенный статуями апостолов Петра и Павла, и место для казни с внутренней часовней. Фрагмент гравированной карты Рима А. Темпеста 1593 г.

    В 1450 г. парапеты моста не выдержали давки и напора многочисленных паломников и обрушились в Тибр; множество пилигримов погибло. После этого парапеты были заменены, а  древняя арка, которая значительно сужала выход с моста, снесена. Этот ремонт при папе Николае V, вероятно, было отмечен небольшой датированной надписью в архивольте центральной арки моста – N (icolaus) P  P V MCCCCLI. Уже с XVI в. установился обычай: вывешивать на мосту Св. Ангела тела преступников, казнённых на небольшой площади перед ним (Piazza di Ponte).  



Замок и мост Св. Ангела. Вид сверху

    В 1534 г. при входе на мост были воздвигнуты статуи апостолов Петра (работы Лоренцетто) и Павла (работы П. Романо). Короткое время на мосту также стояли статуи четырёх евангелистов (Марк, Матфей, Лука, Иоанн) и четырёх библейских патриархов (Адам, Ной, Авраам, Моисей), но в 1667-1671 гг., при папе Клименте IX, вместо них были поставлены 10 статуй ангелов, держащих атрибуты Страстей Христовых. Мраморные статуи ангелов были исполнены по моделям Дж. Бернини его учениками (А. Радджи, К. Фанчелли, Дж. Лученти, Э. Феррата, Д. Гуиди,  Л. Морелли, П. Нальдини, А. Джорджетти) и установлены на пьедесталах по обе стороны моста.



Мост Св. Ангела. Современное состояние

    Первоначально мост Св. Ангела состоял из ряда разновеликих арочных пролётов (общая длина – 135 м; ширина – 10,95 м). Среднюю часть моста подпирали 3 полукруглые арки (длина каждой – 18,5 м), которые соединялись с берегами наклонными пандусами: пандус, идущий от центра моста к левому берегу Тибра, поддерживался тремя меньшими арками; пандус к правому берегу – двумя арками. После 1892 г., при расширении русла реки, мост был отремонтирован и перестроен: арочные пандусы, соединяющие его с берегами, были снесены, а на их месте построили 2 новые арки (равные по величине трём средним); вследствие этого, мостовой проход стал строго горизонтальным. От античной постройки моста сейчас сохранилось только 3 центральные арки и их несущие пилоны.
Вопрос к коллекционерам с многолетним стажем
 
Цитата
Avitus пишет:
Номер восемь. К чему картинка - угадайте. Заодно проверю узнаваемость иллюстраций относительно текстов )

Красиво! Спасибо.

Чуть-чуть позанудствую. Шеврон с раскрытой книжкой нашивался не на правый, а на ЛЕВЫЙ рукав школьной формы... Насколько помню, вообще носить шеврон было не "комильфо", все мои сверстники его сразу спарывали с формы.

Вопрос к коллекционерам с многолетним стажем
 
Цитата
caracalla пишет:
Это медаль, выпущенная МНО (Московском Нумизматическим Обществом). По-моему, даже у меня есть такая - получил за участие (выставление части своей античной коллекции) - на ежегодной выставке в клубе.

Не совсем так...  ;)  Это медаль работы А. Королюка - к 600-летию Куликовской битвы - выпущенная в 1980 г. У DD1380 - редкая разновидность этой медали.
Выходит книга "Монетарии Древнего Рима (Республика, Август)
 
Продано 43 экземпляра.
Разное интересное, ссылки и текст
 
Цитата
Avitus пишет:
 Бомбардировки Помпей во время WWll

Официальная версия бомбёжки была такая: пилот с высоты принял руины и фундаменты домов в Помпеях за скопления танков. Ну, и отбомбился по полной…

На официальном сайте Помпей можно увидеть целый ряд интереснейших фресок - но в прорисовках или копиях XIX - начала XX вв. Это следствие той самой бомбёжки.

Вообще, американцы, и особенно англичане, в годы войны очень берегли свой личный состав. Поэтому, если было хоть малейшее подозрение, что где-то можно напороться на вражеский отпор, сразу обстреливали предполагаемую территорию дальней артиллерией, ещё на подходах, а уж бомбили просто «ковром». Какие там культурные ценности и памятники мирового значения, что вы…

Под Равенной есть маленький городок Классе (во времена античности – это был порт при Равенне), где в VI в. была возведена великолепная церковь Сан Аполлинаре ин Классе, украшенная роскошными мозаиками, барельефами и саркофагами VI–XIII вв.

При взятии Равенны в ноябре 1944 г. союзниками английскому командованию просто показалось, что на колокольне церкви Сан Аполлинаре МОЖЕТ находить немецкий наблюдательный пункт для корректировки огня. Тут же ближайшему подразделению английских войск поступил приказ – накрыть церковь из всех орудий.

Но британский подполковник, находившейся со своим подразделением неподалёку от Классе, решил всё же сначала проверить информацию и послал к церкви отряд разведчиков. Однако никакого наблюдательного пункта там не оказалось и подполковник взял на себя ответственность и отменил приказ о тотальном артобстреле.

После окончания войны подполковника объявили почётным гражданином Равенны, а в 1952 г. в его честь на стене церкви Сан Аполлинаре ин Классе установили памятную доску со словами огромной благодарности от жителей города.

Имя и фамилия этого подполковника довольно редкая для Великобритании – Владимир Иванович Пенякофф. Интересно, а если бы его звали, скажем, Джон Смит, у этой истории тоже был бы такой счастливый конец?
Бык-андроцефал, вопрос
 
Цитата
Avitus пишет:
Имена их неизвестны?

Не очень понял вопрос. Насколько я знаю, бог реки или источника носил имя реки или ближайшего города. Т.е. бог реки Ахелой - это Ахелой, бог источника в Геле - Гела, бог реки Сарн - Сарн, бог реки Борисфен - Борисфен, бог реки Данубий - Данубий и т.п.

Но штука в том, что зачастую эти реки были значимы именно для местных жителей, хотя это мог быть чахлый ручеёк. Имена этих водных потоков сохранились далеко не всегда. Впрочем, есть довольно подробные исторические атласы Великой Греции, можно, наверное там посмотреть. А вдруг...

Вот "женская ипостась", т.е. нимфы реки или источника иногда могли носить "отдельное" имя. Всё ИМХО.
Бык-андроцефал, вопрос
 
Цитата
Avitus пишет:
Значит, Ахелой.
Вопрос мой возник, когда я хотел посмотреть вот этой описание дидрахмы:

Нашлись слова андроцефал и речной бог Гелы - без имени. Этого мне было мало.

Немножко не так. Ахелой - это бог реки Ахелой в Греции, на границе между Этолией и Акарнанией. Вот монеты этих регионов изображают именно рогатого Ахелоя.

Вот примерно такой Ахелой из Акарнании есть у меня в закромах:



В каждой местности были свои "личные" боги (и нимфы) водных источников - которые иногда изображались в виде человеко-быков. Т.е. в Геле на Сицилии - свой бог реки (см. пост № 1), в Неаполе - свой, в Камарине - свой и т.д.

Что же касается сюжета показанной неапольской дидрахмы, то осмелюсь предположить, что на реверсе изображён либо бог реки Сарн в Кампании, либо рогатое божество тёплого источника близ Неаполя. Виктория с венком может знаменовать какие-то победы местных кумейцев в вечных военных стычках с кампанцами. Или - это символ побед в мусических и гимнастических состязаниях, которые проводились в Неаполе раз в 4 года.

Кстати, в 18 г. до н.э. Август весьма точно повторил сюжет реверса этой дидрахмы. Но, как говорится, это совсем другая история... ;)

Бык-андроцефал, вопрос
 
Если кратко. На мой взгляд, человеко-быки Древнего Востока и человеко-быки эллинистическо-римского времени – это две большие разницы, не считая ещё нескольких маленьких… :)

    Предположу, что человеко-бык для шумеров, вавилонян или ассирийцев – это, прежде всего, дух-охранитель конкретного человека, на всю жизнь дающий ему покровительство и способствующий его человеческому плодородию (=плодовитость). Т.е. что-то вроде римского Гения (для мужчин).

    В греческом мире человеко-бык – это, почти всегда, бог реки или источника. Греческая традиция персонифицировать водную стихию во всех её проявлениях нашла своё выражения и в многочисленных изображениях речных богов — «с лицом быка» (Еврипид. Ион, 1261) или в виде юноши (Цицерон. Против Верреса, IV, 96; Филострат Старший. Картины, I, 1, 2).

    Наиболее подробно подобные статуи и скульптуры рек описывает Клавдий Элиан (около 175 — около 235 гг.): «Мы своими глазами видим реки, однако люди, которые обоготворяют их и воплощают в статуях, представляют себе реки в человеческом облике или усваивают им обличие быка. Стимфалийцы, например, уподобляют быку реку Эрасин и источник Метопу, лакедемоняне — Еврот, сикионцы и флиасийцы — Асоп, аргивяне — Кефис. Другие представляют себе реки в человеческом облике, например, псофидийцы — Эримант, герейцы — Алфей, жители Херсонеса Книдского — тот же самый Алфей. Афиняне ставят поясные изображения реки Кефиса; они представляют его мужчиной, однако с рогами, сиракузяне уподобляют сицилийскую реку Анап мужу, а источник Киану чтят в облике женщины, эгестийцы поклоняются Порпаку, Кримису и Тельмессу, которых они представляют себе в виде мужчин, жители Акраганта приносят жертвы соименной городу реке, представляя Акрагант цветущим отроком; они посвятили в Дельфийское святилище статую слоновой кости, на которой написали название своей реки. Статуя изображает отрока» (Элиан. Пёстрые рассказы, II, 33).

    Олицетворения различных рек, — представленные в виде быка с человеческим лицом или мужской головы, украшенной рогами (одновременный символ изобилия и речных притоков) (Страбон, X, 2, 19; Ликофрон. Александра, 1408), — становится одним из узнаваемых иконографических типов в греческой монетной чеканке периода классики и эллинизма. Наиболее часто так изображали Ахелоя, но и кроме него было немало подобных изображений. Еврипид называл царя Ахелоя старейшим богом как реки, так и воды вообще (Макробий. Сатурналии, V, 18, 11–12), сообщая также и о других древних олицетворениях водной стихии (Еврипид. Ифигения в Авлиде, 273; Плакальщицы, 6).

    Латинские авторы продолжили эту изобразительную традицию, описывая в своих произведениях «бычью личину» речных божеств, голова которых часто была украшена венком из тростника как символа прибрежных растений (Вергилий. Георгики, IV, 371; Энеида, VIII, 34; VIII, 77; Овидий. Наука любви, I, 223; Метаморфозы, XI, 763; XIII, 894; XIV, 602; Скорбные элегии, IV, 2, 41–42; Письма с Понта, III, 4, 107; Марциал, X, 7, 6; Стаций. Фиваида, II, 217–218; Валерий Флакк. Аргонавтика, I, 105–106).



Деянира, бой Геракла с богом реки Ахелой
Деталь вазописи краснофигурного кратера, 475–425 гг. до н.э.
Париж. Лувр



Бог реки
Фрагмент барельефа из Кампании;
терракота, около 450 г. до н.э.
Лондон. Британский музей



Бог реки и нимфа
Деталь вазописи краснофигурной амфоры,
350–325 гг. до н.э.
Лондон. Британский музей
Titus 80-81, Judaea Capta Sestertius, подлинный или падуанец?
 
Цитата
Avitus пишет:
я как раз затаился как удав, жду пока (и если) монета станет великолепной или, в крайнем случае  очень интересной ))

Ждите... Поздние реплики "падуанцев" это не насущный хлеб, а экзотический салатик "на любителя": можно заказать (если цена кажется приемлемой), а можно и не заказывать и обойтись чашкой кофе.
Titus 80-81, Judaea Capta Sestertius, подлинный или падуанец?
 
Цитата
Avitus пишет:
Я как раз присматриваюсь к вот этому, из темы.

Иногда красота монеты напрямую связана с её ценой. Страшненькая, но не без шарма, монета за 900 (чего-нибудь), становится за 300 очень интересной, а за 150 - великолепной! ;)
Titus 80-81, Judaea Capta Sestertius, подлинный или падуанец?
 
Если не упираться в покупку именно "авторских" медалей самого Дж. Кавино, а брать чуть более поздние (конец XVI - XVII вв.) реплики, то можно за весьма небольшие денежки купить себе некоторое количество "падуанцев".

А так и поступил лет 15 назад, до сих пор нравятся. Вот несколько наиболее приятных (для меня) приобретений из закромов:



Гальба



Отон

Радует и то, что, вообще-то, Отон бронзы не чеканил, а тут целый "сестерций"!  :)
Выходит книга "Монетарии Древнего Рима (Республика, Август)
 
Продано 27 экземпляров.
К. Чуковский V.S. Divus Vespasianus
 
Чисто для аналогии. Грекам и римлянам была известна амфисбена, двухголовая змея (каждая голова – на конце туловища), к которой нельзя была подобраться: когда одна голова спала – другая бодрствовала. Обычно считается, что эта тварь имела мифологическое происхождение – типа родилась из крови убитой горгоны Медузы.

Марк Анней Лукан в своей поэме «Фарсалия» рассказывает, что «страшные, с поднятой вверх двойной головой амфисбены» питались трупами римских солдат, когда войско Катона Младшего проходило через Ливийскую пустыню.



Ну и, до кучи… Был в древнекитайской мифологии такой зверюга – двухголовый кабан Бинфэн.

В китайском трактате «Книга гор и морей» (около II в. до н.э.) о нём кратко упоминается: «Бинфэн живёт к востоку от Богини-Прорицательницы на горе Усянь. Он похож на кабана, но у него и спереди и сзади по чёрной голове».

Выходит книга "Монетарии Древнего Рима (Республика, Август)
 
Добрый день!

Ответил в личку.
Разное интересное, ссылки и текст
 
Цитата
Avitus пишет:
Для фламинов существовал специальный головной убор, называемый апекс (лат. apex — вершина).
Это небольшая шапочка из коры оливкового дерева.

Это не совсем правильное описание апекса. Когда-то уже обсуждали эту шапку фламина: https://www.staraya-moneta.ru/forum/forum71/topic153530/
Нумизматические загадки., Для гимнастики ума и наблюдательности.
 
Цитата
Avitus пишет:
Хотя искал я не Камилла (полководца), а камиллов - юношей, подающих патеру

    Тут, как мне кажется, стоит сначала, хотя бы примерно, обозначить все этапы обычного, «стандартного» жертвоприношения. Позднее я нашёл целую кучу серьёзных научных публикаций на эту тему, но пока, думаю, можно обойтись и моим любительским обзором:

    Перед совершением любого жертвоприношения у алтаря жрец начинал обряд предварительного освящения (immolatio). Под звуки флейты или лиры (заглушающих возможные посторонние звуки) голова животного поливалась смесью ключевой воды с вином, которую жрец пробовал сам и давал пробовать присутствующим при этом обряде (libatio) (Овидий. Фасты, II, 653; Лукан. Фарсалия, I, 609-610). На голову жертвы высыпалась священная мука с солью (mola salsa), а часть волос на лбу выстригалась и, в качестве символической жертвы (libamina prima),  бросалась в огонь (Вергилий. Энеида, IV, 133; VI, 245; Сервий. Комментарий к «Буколикам» Вергилия», VIII, 82; Гораций. Сатиры, II, 3, 200-201; Лукан. Фарсалия, I, 610; Фест, s.v. Immolare). Затем жрец взмахивал жертвенным ножом от головы к хвосту, условно изображая заклание, и словами «животное освящено» (macta est) обряд освящения заканчивался.

    После этого к жрецу приближался особый служитель (cultrarius), который задавал вопрос: «начинать ли мне?» (agone?). Получив ответ «совершай это» (hoc age!), служитель топором или жертвенным молотом (malleo) убивал животное, а затем разрезал ему горло ножом (Сервий. Комментарий к «Энеиде» Вергилия, XII, 120; Светоний. Калигула, 32, 58; Плутарх. Нума, 14). Кровь собиралась в чаши и, смешанная с вином и солью, выливалась на алтарь и вокруг него. После снятия шкуры, туша убитого животного возлагалась на жертвенный стол (anclabris), поливалась вином и посыпалась священной мукой.

    Внутренности (extra), разделяемые на печень (lecur), желчь (fel), сердце (cor) и лёгкие (pulmones), осторожно вынимались длинным остроконечным ножом (secespitae) (Светоний. Тиберий, 25, 3; Сервий. Комментарий к «Энеиде» Вергилия, IV, 262; Лукан. Фарсалия, I, 617-629; Фест, 348) и гаруспики (haruspices, extispices) их внимательно осматривали. Если внутренности были нормальными, без отклонений, то жертва считалась благоприятной (litare) и совершение обрядов продолжалось. При неблагоприятных толкованиях могло закалываться второе, и даже третье животное (succidanea hostia), всегда бывшие наготове   – и так, до получения благоприятных указаний гаруспиков (Цицерон. О дивинации, II, 36; II, 38; Светоний. Божественный Юлий, 81, 4; Ливий, XXV, 16, 1-4; Сервий. Комментарий к «Энеиде» Вергилия, IV, 50; V, 95).

    Пока гаруспики осматривали внутренности, жрец приносил благовония и жертвенный пирог (libum) (приготовленный из сыра, пшеничной муки, яиц, масла и мёда), которые сжигались на алтаре, где произошло заклание. В этот момент жрецу прислуживал юноша из почтенной семьи (camillus), держащий ларец с благовониями (accera) и маленький кувшин (urceus) (Варрон. О латинском языке, VII, 34; Макробий. Сатурналии, III, 8, 6-7; Сервий. Комментарий к «Энеиде» Вергилия, XI, 543; Фест, s.v.v. Camillus, Cumera,  Flaminius Camillus), и флейтист (tibicen, spondaules), непременно присутствующий при каждом жертвоприношении, в обязанности которого входило музыкальное сопровождение обряда – дабы придать ему торжественность и, одновременно, заглушить посторонние, мирские звуки.  



Бескровные жертвы на алтаре
(в центре – камилл с ларцом благовоний)
Римский барельеф; мрамор, II-III вв.
Рим. Палаццо Массимо

    Осмотренные и извлечённые в должном порядке внутренности клались в корзины, поливались вином, посыпались благовониями и обносились трижды вокруг алтаря, а затем сжигались на нём (Вергилий. Энеида, VI, 251-254; XII, 214-215). Из туши жертвенного животного вырезались желчный пузырь, жир и отдельные кости, снималась шкура. Желчный пузырь закапывался у алтаря и от каждого органа отрезались небольшие куски сырого мяса. Их вместе с жиром возлагали на бедренные кости и хвосты, сложенные на алтаре, символизируя таким образом цельность убитой жертвы, предназначенной для последующего поглощения очищающим огнем.

    Жрец призывал богов к милостивому участию в жертвоприношении и, если дым поднимался столбом прямо кверху, то не было сомнения, что принесённая жертва угодна богам (Лукиан. О жертвоприношениях, 9, 13). Шкуры принесённых в жертву животных впоследствии использовали для храмовых нужд или продавали.

    Священный обряд заканчивался поклонением (adoratio): жрец, обходя алтарь с поднятыми руками, прославлял богов и просил их об охране и помощи. При этом, он сперва обращался к Янусу как к богу всяческого начала, затем к богам, которым жертва приносилась, и, наконец, к Весте, покровительствующей благодетельному огню (Катон. Земледелие, 132, 134). По окончании молитвы жрец кланялся народу и, положив палец правой руки на уста (в знак священного молчания), садился. После небольших жертвенных возлияний (libatio) народ отпускался громким выкриком: «идите», «можно» (ilicet, ire licet).

    Умилостивительные жертвы (hostiae piaculares) или целиком сжигались, или предоставлялись жрецам, а мясо животного (viscera) съедалось или раздавалось народу (visceratio)  (Ливий, VIII, 22, 2; XXXI X, 46, 2; XLI, 28, 11; Светоний. Божественный Юлий, 38, 2; Фест , s. v.Aulae). Если жертвы предлагались богам рек или моря, то внутренности не сжигали, а бросали в воду (Ливий, XXIX, 27, 5; Вергилий. Энеида, V, 235-238; V, 774-776; Макробий. Сатурналии,III, 2, 3-5). Окончанием священнодействий был жертвенный пир (epulae sacrificales), который при общественных жертвоприношениях устраивался особыми жрецами (septemviri epulones), при частных – жертвоприносителем и его родными (Тертуллиан. К язычникам, I, 10; Апологетик, XXX, 5-6).

    При жертвоприношениях в честь подземных богов сам обряд и некоторые его ритуалы были изменены: жрец и служители были одеты в чёрные одежды, а все жертвенные животные были чёрной масти. При заклании им держали головы, наклонив к земле, и горло вспарывали ножом снизу вверх (а не сверху вниз) – так, чтобы кровь сливалась не в чашу, а в яму или ров, вырытые около алтаря. Все внутренности и мясо обязательно сжигались – ничто не шло в пищу (Сервий. Комментарий к «Энеиде» Вергилия, VI, 244), причём, счастливыми при обряде считались зловещие знамения, «так как при этом жертвоприношении лучшим знаком считалось обратное» (Светоний. Отон, 8, 3). Во время проведения этих жертвенных ритуалов жрецы молились, опустив руки и топая ногой в землю, как бы призывая подземных богов.

    Все описываемые жертвоприношения животных делались на больших алтарях, стоящих отдельно или находившихся перед храмом – обычно по оси главного входа или на ступенях. Меньшие алтари, на которых сжигался ладан, благовония и приносились бескровные жертвы (пироги и особые жертвенные лепёшки), могли стоять и внутри святилища, прежде всего, перед статуей божества, кому они были посвящены. Алтари этого типа (чаще прямоугольные, иногда круглые) делались из мрамора, но могли быть переносными или имели форму треножника, наполненного углями (Цицерон. О своём доме, 123, 124; Плутарх. Красс, 16).

    Проводимые на них жертвы состояли из сжигания на алтаре первин урожая (primitiae, praemetium), священных пирогов (liba, placentae), кушаний (dapes), а также из возлияний на жертвенник вина (libatio) из особой чаши (patera), которое обычно смешивалось с мёдом, молоком и маслом, и из курений и возжиганий благовоний, ладана, ароматических пород деревьев (odores, tus). Священные пироги и лепёшки обычно были двух видов: пирог из ячменя, масла и мёда (fertum) и пирожки (strues), испечённые в форме руки (Фест, s.v.v. Strues, Strufertarii). В храмах вместо алтаря также мог использоваться «священный стол» (mensa dicata), на котором располагались кушанья, возлияния и пожертвования богам (Макробий. Сатурналии, III, 11, 5-6). Римское предание приписывает учреждение бескровных жертв царю Нуме Помпилию (715-673 гг. до н. э.)  (Дионисий, II, 74, 4; Плиний, XVIII, 7; Плутарх. Нума, 8).

    В 351 г., после окончательной победы христианства, были отменены ночные жертвоприношения (Кодекс Феодосия, XVI, 10, 5), а в 391 г. попали под запрет любые жертвоприношения в храмах и на алтарях (Кодекс Феодосия, XVI, 10, 10; XVI, 10, 11).
Нумизматические загадки., Для гимнастики ума и наблюдательности.
 
Просто занудство ради занудства, заранее извиняюсь.

Попытка провести аналогию между сюжетом реверсе на монете Квинта Аррия и событиями IV в. до н.э. (когда полководец Камилл во время боя бросил штандарты в гущу врагов, чтобы сплотить свои войска) – красивая, но совсем не обязательная.

Есть ещё несколько римских республиканских денариев (Минуция Терма, Нумония Ваалы, Лициния Нервы и др.), сюжеты которых, несомненно, изображают военные подвиги предков, но сами батальные сцены не имеют хоть какого-то внятного объяснения или толкования.

Да и саму позу обоих воинов нельзя толковать так уж однозначно. Существует версия, что первый воин с копьём – это сам претор Аррий, предок монетария, а в его руке изображено не просто копьё, а «чистое копьё» (hasta pura), высокая воинская награда, полученная им за первые победы во время подавления «рабской войны». При таком толковании сюжет реверса уже не может считаться батальным, т.к. с церемониальным вооружением в бой, вроде как, не ходили.

Лично для меня этот сюжет на денарии Аррия пока не имеет объяснения и не факт, что у нас появятся какие-то новые сведения, которые что-то однозначно разъяснят.
Символы на республиканских денариях, вопрос
 
Среди наиболее традиционных объяснений, почему на поле республиканских денариев изображались контрольные символы и буквенные дифференты, обычно приводят аж две версии:

– либо таким образом отмечалась смена монетного штемпеля

– либо таким образом фиксировалось поступление на монетный двор новой партии металла.

Обе версии не бесспорные – но, чем богаты…


Что касается показанных выше символов, позволю себе слегка уточнить:

– «снова неизвестно» – это ступня ноги

– «черепах» – это лягушка. ;)
Выходит книга "Монетарии Древнего Рима (Республика, Август)
 
Продано 11 экземпляров.
Выходит книга "Монетарии Древнего Рима (Республика, Август)
 
Уважаемые члены Форума!

Получил весь тираж книжки "Монетарии Древнего Рима".

Стоимость 1 экземпляра – 3 000 руб.

Отправка заказной бандеролью  по России составит + 300 руб.

Отправка заказной бандеролью в дальнее зарубежье + 1 800 руб.

Оплата: наличные при встрече в Москве, перевод на карту Сбербанка РФ, перевод Western Union.

Продажи начал.  

С уважением.
Разное интересное, ссылки и текст
 
Если не возражаете, запощу здесь кусочек своей старой статейки о Квирине, которая, как мне кажется, дополнит Ваш пост об этом интереснейшем боге.

КВИРИН (Quirinus – сабинск. «копьеносный») – один из древнейших италийских и римских богов сабинского происхождения. Почитался в триаде богов Юпитер-Марс-Квирин, соединение которых делало общество полноценным; считался ипостасью «мирного Марса», Марса в покое (в отличие от Марса военного) (Сервий. Комментарий к «Энеиде» Вергилия», I, 292; III, 35). Первоначально считался земледельческим богом, покровителем производительных сил природы, в дальнейшем – бог военных действий, народного собрания. Часто назывался Отцом Квирином (Лактанций. Божественные установления, IV, 3, 12).
    Впоследствии Квирин отождествлялся с царём Ромулом – учредителем важнейших институтов римской гражданской общины.

    КУЛЬТ В РИМЕ.  
    Подобно тому, как Марс считался отцом Ромула, Квирин почитался как родитель основателя сабинской общины Модия Фофидия (Варрон. О латинском языке, V, 74). Имя Квирина традиционно производят либо от названия сабинского города Куры (Cures), либо от сабинского слова «копьё» (quiris) и позднее Ромул был отождествлён с Квирином «как бог-воитель или же бог-копьеносец», что связано с символикой копья в римской мифологии (Овидий. Фасты, II, 475-480; Плутарх. Ромул, 29; Римские вопросы, 87) и со славой самого Ромула, хорошо владевшего копьём (Фест, , s.v. Curis ; Арнобий, IV, 3). Как и Марс, культ Квирина имел два аспекта: военный и земледельческий.
    Причём, иногда Квирина соотносят с Эниалием (Ἐνυάλιος – греч. «воинственный»), которого считают одним из эпитетов греческого Ареса (Гомер. Илиада, V, 333; V, 592; Иоанн Цец. Хилиады, XII, 793). Известно, что греческие воины вступали в бой с победным криком «алала», посвящённом Эниалию (Ксенофонт. Анабасис, V, 2, 14; Киропедия, VII, 1, 26), а уже в период Империи римские воины устрашали врага «кличем Эниалию» (Арриан. Диспозиция против аланов, 25; Цезарь. Гражданская война, III, 92; Аппиан. Иберийско-римские войны, 27).
    Под именем Эниалия Квирин был включён в римский пантеон после заключения Ромулом мира с царём сабинян Титом Тацием (Дионисий, II, 48, 1-2; II, 50, 3), а в дальнейшем, «Отцу-Квирину», как и Марсу Градиву, были посвящены «священные щиты» (ancile) и трофеи при триумфе (Ливий, V, 52, 7; Вергилий. Энеида, VI, 859; Овидий. Метаморфозы, XV, 862-863).
    Как бог народного собрания Квирин дал полное наименование римлян – «римский народ квиритов» (Populus Romanus Quirities) или просто «квириты», которыми назывались все римские граждане, не служащие в армии (Страбон, V, 3, 1; Дионисий, II, 46, 2; Ливий, XLV, 26, 3; Плутарх. Ромул, 19, 29; Цезарь, 51; Светоний. Божественный Юлий, 70; Аппиан. Гражданские войны, II, 93; Полиэн, VIII, 23, 15; Тацит. Анналы, I, 42; Лукан. Фарсалия, V, 355-358; Жизнеописания августов. Александр Север, LII, 3; LIII, 10-11; LIV, 3). По другой версии, именование «квириты» римляне получили в честь сабинского города Куры (Ливий, I, 13, 5; Страбон, V, 3, 1; Плутарх.  Нума, 3; Аврелий Виктор. О знаменитых людях, II, 10).
    Марс и Квирин стали впоследствии восприниматься как боги-покровители двух разных племён, объединившие путём синойкизма латинские и сабинские поселения и образовавшие Рим.
    При царе Нуме Помпилии (715–673 гг. до н. э.) Квирина полностью отождествили с обожествлённым Ромулом, «как явившего величие свыше смертной природы», к жрецам Юпитера и Марса был добавлен «фламин Квирина» и были сооружены святыни Рима – «хижина Ромула» (Casa Romuli) и «гробница Ромула» (Sepulcrum Romuli) (Дионисий, II, 53, 3-4; Плутарх. Ромул, 28; Нума, 7; Плиний, VII, 120; Августин. О граде Божием, II, 15; Platner, 101-102, 482-484).
    Кроме Ромула также была обожествлена его жена Герсилия (Плутарх. Ромул, 14; Ливий, I, 11, 2), которой, по преданию, Юнона позволила последовать за мужем, дав ей имя Гора Квирина (Hora Quirini) (Овидий. Метаморфозы, XIV, 829-851; Авл Геллий, XIII, 23, 2). Возможно, в Риме был её храм или святилище (Плутарх. Римские вопросы, 46).
    Взаимообусловленность долга римлян как воинов и как граждан нашла также отражение в связи Квирина с Янусом, храм которому под именем Януса Квирина как богу, ведавшему войной и миром, посвятил царь Нума Помпилий (Сервий. Комментарий к «Энеиде» Вергилия, VII, 610). Связь с Янусом, возможно, отражает взаимосвязь земного (регулировавшегося Квирином) и небесного порядка (регулировавшегося Янусом). Призыв к Квирину включался в формулу объявления войны, произносившуюся главой коллегии фециалов (Ливий, I, 32, 12-13), а также в формулу обряда, когда римские полководцы во имя победы посвящали себя подземным богам (devotio) (Ливий, VIII, 9, 6).
    Фламин Квирина (flamen Quirinalis), наряду с фламинами Юпитера и Марса, принадлежал к высшему рангу в иерархии жрецов и участвовал в культе Робиго, божества, защищавшего урожай (Овидий. Фасты, IV 910-942); в культе Акки Ларенции как благодетельницы римского народа (Авл Геллий, VI, 7, 7); в культе Конса, бога добрых советов и охранителя зерновых запасов (Тертуллиан. О зрелищах, 5). Кроме того, фламину Квирина дозволялось касаться «общественных святынь», хранившихся в храме Весты (Ливий, V, 39, 11; V, 40, 7-8), но при этом он был связан рядом ритуальных запретов (Ливий, XXXVII, 51, 1).
    В период Республики образ Квирина становится символом обожествления правителя. Так в одном из своих писем Цицерон пишет о Гае Юлии Цезаре, якобы претендующем на царскую власть (намекая на Ромула, растерзанного сенаторами): «Предпочитаю, чтобы он жил в одном храме с Квирином, а не с Благоденствием» (Цицерон. К Аттику, XII, 45, 3). В других письмах, продолжая свои ироничные пожелания о скорейшем посмертном обожествлении, Цицерон называет Цезаря не иначе как «этот лагерный товарищ из сопровождения Квирина» (Цицерон. К Аттику, XIII, 28, 3).
    В 27 г. до н.э. Октавиан, которому предлагали принять имя обожествлённого Ромула, «как второму основателю Рима», отказался, «решив, что лучше ему именоваться Августом» (Светоний. Божественный Август, 7; Дион Кассий, LIII, 16, 7; Сервий. Комментарий к «Георгикам» Вергилия, III, 27). В одной из своих речей император Тиберий говорит, «что лучшие среди смертных всегда искали самого высокого: так, Геркулес и Либер у греков, а у нас Квирин сопричислены к сонму богов» (Тацит. Анналы, IV, 38).
    Однако, в поздний период Республики сам культ Квирина почти заглох, что, возможно, объясняется упадком древних комиций, а затем и народного ополчения, а также связано со значительным увеличением числа римских граждан, уже перестававших ощущать себя как некое единое целое. В период Империи культ Квирина, оттеснённый культом Юпитера и Марса, особой роли не играл.    

    ХРАМЫ В РИМЕ.
    Храм Квирина был посвящён на Квиринальском холме 29 июня 293 г. до н.э. (возле старинного святилища этого бога) Луцием Папирием Курсором (консул 293, 272 гг. до н.э.) по обету его отца диктатора Луция Папирия Курсора (консул 326, 320, 319,315, 313 гг. до н.э.), данному в 325 г. до н.э.  
    Сын диктатора «освятил его и украсил вражескими доспехами, которых было столько, что не только убрали ими храм и форум, но даже уделили часть их союзникам и соседним поселениям для украшения храмов и общественных мест» (Ливий, X, 46, 7-9). Тогда же, вероятно, у храма были поставлены первые в Риме солнечные часы (Плиний,VII, 213; Цензорин, XXIII).
    Витрувий (I в. до н.э.) относит храм Квирина к типу «диптер» – «по восьми колонн и с передней и с задней стороны храма, но он опоясан двойными рядами колонн» (Витрувий, III, 2, 7), а Марциал упоминает «портик» (Марциал, XI, 1, 9). По указаниям источников, храм находился на Квиринале, напротив «капища Санга» (Ливий, VIII, 20, 8), т.е. храма Семона Санка (Semo Sancus Dius Fidius), бога земли и неба, а также рядом с храмом Флоры и мастерскими по производству киновари (Витрувий, VII, 9, 4).  
    По легенде, инициативу основания храма приписывают патрицию Юлию Прокулу, якобы встретившего царя Ромула уже после его смерти, который повелел называть его Квирином и приказал воздвигнуть ему храм на Квиринале (Цицерон. О государстве, II, 20; О законах, I, 3; Овидий. Фасты, II, 511; Аврелий Виктор. О знаменитых людях, 2, 14; Флор, I, 1, 18; Лактанций. Божественные установления, I, 15, 29-33).
    Считается сомнительным упоминание о заседании Сената в «храме Квирина» в 435 г. до н.э. (Ливий, IV, 21, 9), хотя, возможно, речь идет о древнем святилище Квирина на том месте, где росли два священных мирта: один связанный с Сенатом, а другой с плебсом, причём, первый процветал до, а второй – после Союзнической войны 90–88 гг. до н.э. (Плиний, XV, 120-121).
    По преданию, в 390 г. до н.э., во время нашествия галлов на Рим, под «храмом Квирина» были закопаны святыни из храма Весты (Плутарх. Камилл, 20), хотя сообщение Ливия уточняет, что речь идет о «часовне поблизости от жилища фламина Квирина, там, где теперь священный обычай запрещает плевать» (Ливий, V, 40, 8).
    В храм не раз ударяла молния: в 206 г. до н.э. (Ливий, XXVIII, 11, 4) и в 49 г. до н.э., когда храм был сильно разрушен (Дион Кассий, XLI, 14, 3), но почти сразу восстановлен и в 45 г. до н.э. и по решению Сената в нём была воздвигнута статуя Юлия Цезаря (Дион Кассий, XLIII, 45, 2-4; Цицерон. К Аттику, XII, 45, 3; XII, 47, 3). Окончательное восстановление храма было завершено при Августе в 16 г. до н.э. (Дион Кассий, LIV, 19, 4).
    День основания храма праздновался не 29 июня (Овидий. Фасты, VI, 795-796), а 17 февраля (реставрация 16 г. до н.э.), хотя, по данным эпиграфики, упоминается ещё один праздник, посвящённый Квирину – 23 августа (Platner, 439).
    Ещё одно святилище Квирина находилось у Квиринальских ворот (Porta Quirinalis) (Platner, 438).

    ПРАЗДНИКИ.
    17 февраля в честь Квирина отмечался праздник Квириналии (Quirinalia), в ходе которого приносились жертвы, а фламин умащал благовониями «священное копьё». Римский грамматик Фест (II в.) сообщает, что этот обряд совершал фламин Портуна с помощью сосновой смолы (Фест, s.v.Persillum).
    В этот же день справлялись Форнакалии (Fornacalia) – праздник в честь Форнаксы, богини огня и печей для сушки зерна. Форнакалии отмечались в каждой курии в свой особый день и были связаны с Днем дурака (Stultorum feriae), когда, по преданию, вывешивалось расписание празднования по куриям, но «глупцы своих собственных курий не знают» и ждут до последнего дня – 17 Февраля (Овидий. Фасты, II, 475-532; Плутарх. Римские вопросы, 89; Фест, Павел, s.v.Quirinalia dies).



Апофеоз Гая Юлия Цезаря (?), в образе Квирина (?)
поднимающегося на квадриге в небо
Барельеф алтаря Ларов Августа; мрамор, 12–2 гг. до н.э.
Рим. Ватиканские музеи, Григорианский светский музей
Разное интересное, ссылки и текст
 
Цитата
Avitus пишет:
Квирин в коринфском шлеме

Как то не очень согласен с такой аукционной атрибуцией. Тем более, что сам аукцион Dr. Busso Peus в своём описании монеты ссылается на Сайденхема и Крауфорда, классиков республиканской нумизматики, которые однозначно определяют бородатого мужика в военном шлеме как Марса, а не Квирина.

Голова Марса и конская протома, изображённые на аверсе и реверсе на романо-кампанских дидрахмах и литрах 280–276 гг. до н.э. и на римских дидрахмах, драхмах и литрах 241–235 гг. до н.э., скорей всего, намекают на праздник Эквирии (Equiria), посвящённый Марсу, где наградой была отрубленная голова коня-победителя.

Так как конь – помощник человека на войне и «любит Марсово дело», то естественно, что Марс также был покровителем конских состязаний (Плутарх. Римские вопросы, 97). 27 февраля и 14 марта в его честь праздновались Эквирии (Equiria) (Овидий. Фасты, II, 859–860; III, 519–520). 15 октября, в ходе третьих Эквирий, проходивших по окончании военных действий, Марсу приносился в жертву правый конь из победившей на бегах биги. По одной из версий, это делалось «в память падения Трои» (Полибий, XII, 4b–4c).

Затем голову коня-победителя и его хвост отрубали и за право обладания ими дрались между собой городские кварталы Священной дороги (Via Sacra) и Субуры (Subura). В зависимости от исхода борьбы, голова «октябрьского коня», украшенная хлебами, водружалась либо в Регии (Regia), либо на башне Мамилия (Turris Mamilia) в Субуре (Плутарх. Римские вопросы, 97; Фест, 190L).

С другой стороны, описываемые романо-кампанские монеты, отчеканенные в годы военного противостояния Карфагена и Рима, явно перекликаются с дизайном более ранних серебряных и медных карфагенских монет, на реверсе которых также изображена протома коня, видимо, связанная с пунийскими преданиями. Римские авторы знали и не раз излагали миф о том, что Юнона, покровительствуя карфагенянам, послало им символ будущего главенства и воинских побед – голову коня (Вергилий. Энеида, I, 443–445).

Веточка дуба, – на которую в аукционном описании ссылаются как на бесспорный атрибут Квирина, – на самом деле, не такой уж «бронебойный аргумент». В римской мифологии дуб был также посвящён Юпитеру, Вейовису, Юноне, Клеменции, Ларам.

Кстати, и Марсу дуб был также посвящён! Это было связано с таким важным военным отличием как дубовый венок – за спасение римского гражданина в бою. За совершение подобного подвига, который считался высшим проявлением воинской доблести, и вручался дубовый венок (corona civica) (Авл Геллий, V, 6, 13).

Мне кажется более логичным такое объяснение сюжета приведённой дидрахмы: аверс – воинственный Марс в военном шлеме и ветвь дуба, ему посвящённая; реверс – протома коня-победителя в Эквириях, играх Марса, украшенная хлебами, т.е. пшеничным

Всё ИМХО.
Выходит книга "Монетарии Древнего Рима (Республика, Август)
 
Добрый день!

Ответил в личку.
Выходит книга "Монетарии Древнего Рима (Республика, Август)
 
Всем привет!

Провалялся 3,5 недели в двух госпиталях с модной нынче болезнью, но ласты склеить не удалось. Теперь буду потихоньку восстанавливаться – лёгкие, сатурацию, просто былую физическую форму и т.п.

Тираж книжки давно отпечатан, но доставку я пока отменил, т.к. чисто физически ещё не могу ворочать и таскать тяжёлые коробки (даже на очень небольшие расстояния).

Как только чуть-чуть оклемаюсь и стану способен на трудовые подвиги – получу тираж и сразу об этом сообщу. Пока – беру малюсенькую паузу.

С уважением, Никто.:)
Выходит книга "Монетарии Древнего Рима (Республика, Август)
 
Всем привет!

Сегодня был готов сигнальный экземпляр книжки. За ним не поехал – одобрил заочно. Весь тираж пошёл в печать. Сроки выхода примерно те же – конец марта – начало апреля с.г.

И немножко вестей с полей. Последние три дня никак не могу сбить температуру – держится, гадина, больше 38 градусов. Сегодня была врач (о-о-очень милая барышня, кстати). Сегодня уже не успел, завтра еду на мазок и КТ. Если всё более-менее – буду лечиться дома, а вот, если фигово – положат в стационар.:)

На всякий пожарный, сообщаю свой план «Б». Если (вдруг) склею ласты – будущая книжка будет продаваться в онлайн-магазине «Старинные монеты Андрея Пятыгина». При сайте есть эл. адрес для связи. Предварительная договорённость с Андреем имеется. Только нужно будет самим проявить инициативу.  Цена будет та же – 3 000 руб. + почта.

При любых раскладах, всем, кому обещал встретиться в ближайшие 2-3 недели – вынужден категорически отказать.

Большая просьба – не звоните, пожалуйста, мне на телефон, т.к. сейчас собеседник из меня довольно фиговый.

Всем удачи, успехов и приятных открытий – и в нумизматике, и в жизни!!! :hi: :drinks:
Выходит книга "Монетарии Древнего Рима (Республика, Август)
 
Привожу примеры некоторых страниц:  

                   

Примерный срок выхода книги из печати — конец марта с.г.

О выходе тиража сразу сообщу. :hi:
Выходит книга "Монетарии Древнего Рима (Республика, Август)
 
Уважаемые члены Форума!

Сегодня сдал в печать очередную книжку:  

 

МОНЕТАРИИ ДРЕВНЕГО РИМА (Республика, Август).
М.: ООО «Сам Полиграфист», 2021. — 368 с.; 70х100/16.
— (Библиотека античной истории и нумизматики).

Книга представляет собой краткий биографический словарь, посвящённый монетариям Древнего Рима — выпускавшим от своего имени монеты в период Республики и в правление императора Августа. В выходящем издании приводятся сохранившиеся биографические сведения о каждом известном монетарии (около 450 биографий), указываются его генеалогические связи, а также занимаемые им магистратские должности. В конце книги помещён хронологический список монетариев и ряд вспомогательных указателей. Издание может быть полезно коллекционерам и нумизматам-исследователям, а также всем, кто интересуется историей, генеалогией и просопографией Древнего Рима.

В каждой словарной статье, кроме полного имени (преномен, номен, когномен, имена предков, триба, № по RE) и перечисления всех магистратских должностей монетария, по возможности, приводятся сохранившиеся биографические сведения по каждой персоналии: год и место рождения и смерти, имена родителей, братьев и сестёр (включая сводных), жён и детей (включая усыновлённых).

Следует добавить, что в словарь монетариев Республики включены также биографии монетариев-италиков, в период Союзнической войны 90–88 гг. до н.э. выпускавших монеты для восставших италийских племён.

Не хотелось исключать из рассмотрения и небольшую группу так называемых «флотских» монет Марка Антония, чеканившихся для триумвира его префектами флота и прочими магистратами, подвластными ему. Хотя М. Крауфорд в своём классическом каталоге монет Республики игнорирует эту «флотскую» серию, Э. Бабелон, Г. Грубер, Э. Сайденхем и Д. Сир однозначно относят её к республиканской чеканке.

Сразу предупреждаю: книжка получилась конспективная, довольно скучная и сухая, без иллюстраций, поэтому, если кто-то рассчитывает получить увлекательное чтиво, занимательно и подробно рассказывающее об интересных людях периода Республики и начала Империи — увы, не советую её покупать. Может, когда-нибудь и выйдет развёрнутый обзор биографий монетариев Древнего Рима, сделанный настоящими специалистами по римской генеалогии и просопографии, но пока, как говаривали чиновники в мрачный период царизма: «за неимением гербовой — пишем на простой».


Тираж книги — 55 экземпляров.

Стоимость 1 экземпляра — 3 000 руб.

Стоимость почтовых расходов сообщу позднее.
Эстетика античных монет. Новые приобретения, красивые монеты из личных коллекций.
 
Ну и, раз пошла такая пьянка, покажу несколько своих любимых Августов. Состояние - разное, но сюжеты - любопытные.



(с атрибутами авгурата)  



(с "щитом доблести")  



(храм Божественного Юлия)  



(курия Юлия)



(храм Марса Мстителя)



(Тарпея)  



(дочь Юлия (?) в образе Дианы)
Эстетика античных монет. Новые приобретения, красивые монеты из личных коллекций.
 
Цитата
Avitus пишет:
Caligula and Augustus, Denarius

Классный Калигула! Поздравляю!

У меня денарик Калигулы более притёртый, с мамкой - Агриппиной Старшей. Когда-то думал улучшить состояние, но сейчас уже не смогу - пупок развяжется... :)  

К истории античного нумизматического портрета (для замечаний и дополнений)
 
Большое спасибо за замечания.

Предисловие к первой книжке – это только предисловие, точнее, его часть. Сама книга «Правители античного мира на монетах и в портретах» состоит из 3-х томов, где 1-й – это собственно биографические данные о правителях и их изображения (около 900 страниц и более 1200 картинок).

Разумеется, там есть и перечисленные Вами династы Ликии (кстати, кроме монет существует ещё и барельеф с предполагаемым изображением Перикла), и Филипп II. Хотя лично для меня версия о всаднике в кавсии как о царе Филиппе кажется крайне сомнительной.

В своё время уже приводил предварительный список правителей, которые удостоились портретных изображений на монетах:
https://www.staraya-moneta.ru/forum/messages/forum71/topic198276/message2104067/#message2104067

Ещё есть список как бы «портретных» монет античного периода, которые я не включил, по разным причинам. Об этом тоже есть несколько страниц в предисловии, но не хотелось перегружать ветку избыточной информацией.

Что же касается беглого упоминания об Эгине как об одном из центров первой чеканки, то я всего лишь руководствовался популярным мнением об этом вопросе, приведённым в античных источниках (Паросский мрамор, 30; Страбон. География, VIII, 3, 33; VIII, 6, 16; Поллукс. Ономастикон, IX, 83).

Пытаться же самому написать хоть какой-то современный обзор о ранней монетной чеканке, выверенный по новейшим исследованиям, мне, честно говоря, было бы слабо. Меня больше портреты и нумизматические сюжеты интересуют… :)

С уважением.
К истории античного нумизматического портрета (для замечаний и дополнений)
 
Благодарю за добрые слова!

И спасибо за замечание. Прошло довольно много времени с тех пор, как я делал этот список-перечисление. Насколько помню, у меня под каждый пункт были примеры «подложены». Если надо – могу поискать.

Как раз античные настенные фрески и граффити сохранились и дошли до нас в немалом количестве. И ещё мозаики, конечно.

А вот почти по всем остальным пунктам известно буквально по паре примеров.

Говоря о «живописи на различных поверхностях», я в эту условную группу включал как раз НЕстенную роспись, т.е. у меня речь идёт о совершенно отдельном виде изображений: о станковой живописи на мраморе, на деревянных плитах, дощечках и даже на холсте (например, колоссальный портрет Нерона высотой в 120 римских футов!).

Разумеется, ничего такого не сохранилось, но об этом есть довольно многочисленные упоминания у Плиния Старшего, Павсания и Филострата.

Что же касается моих доморощенных градаций, то позволю напомнить, что при написании этой статейки у меня не было намерения сбацать некую полную, поэтапную историю античного искусства.

Я лишь попытался дать весьма приблизительную систематизацию ТОЛЬКО памятников римской иконографии (и ТОЛЬКО за определённый период) – разделив их на две группы: изобразительные (т.е. двухмерные) и пластические (т.е. трёхмерные). О «пластических искусствах» я ничего не говорил. Кажется. :)
К истории античного нумизматического портрета (для замечаний и дополнений)
 
             


Пока всё. Большое спасибо за внимание. Очень надеюсь на критику. :hi:
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 ... 14 След.

© 2005-2021. Все права защищены. Пользовательское соглашение



Нумизматический аукцион "Русское наследие"



  Маркетъ-плейсъ СМ:

● Монеты России до 1917 ● Монеты РСФСР, СССР 1918-1991, монеты Новой России с 1992 ● Медали, награды до 1917, знаки, жетоны России ● Подарочные и коллекционные наборы монет и медалей ●  Боны ● Антиквариат ● Литература по коллекционированию. Книги и каталоги ● Аксессуары для хранения и работы с коллекцией ●