Тема Монеты России 1700-1917 золото — статьи в библиотеке

Реклама. NRG слабирование монет. ИП Краснов Алексей Валерьевич ИНН 772980294956

Реклама. ИП Былинский Алексей Эдуардович ИНН 771889590898

Главная

О клубе

Форумъ

Маркетъ-плейсъ СМ

Скупка и оценка

Драгметаллы и золотые монеты

датские кроны банкноты

Биографiи

Библiотека

Книга Гостей

Журналъ «Старая монета»

Монеты в слабахъ NGC

На главную страницу Библиотеки

Начало | Пред. | 1 2 3 4 5 | След. | Конец

Реформа С.Ю. Витте. Сидоров В.Ю.
Выпускавшаяся для обращения в Российской империи монетная линейка в эпоху правления императора Всероссийского Николая II стала прямым следствием денежной реформы, проведенной министром финансов С.Ю. Витте. Основными ее задачами Сергей Юльевич видел переход к золотомонетному стандарту и создание устойчивого курса кредитного рубля, он убедил Николая II в преимуществах золотого денежного обращения.

Прочитано 54 раза Поблагодарили: 1 раз

Некоторые размышления о новодельных золотых монетах Павла I. Факты, гипотезы, рекомендации. Петрунин Ю.П.
Отношение классиков отечественной нумизматики к новодельным монетам хорошо известно -- оно крайне отрицательное. Достаточно напомнить слова И.Г. Спасского: «Среди всех «ненастоящих» монет, с которыми может иметь дело нумизматика, самые ненастоящие - антикварные подделки и новоделы: они не «бывшие деньги», а лишь призрачное подобие их, порожденное собирательной страстью, и могут представлять интерес лишь для истории собирательства» (цит. по [11]). С позиций критической оценки рынка монет сегодняшнего дня представляется практически важным осуществление скрининга на предмет выявления новоделов. На примере золотых монет Павла I сделана попытка показать, к каким результатам может привести такое исследование.

Прочитано 222 раза Поблагодарили: 1 раз

Мотивы отказа Павла I от чеканки своего портрета на монетах. Иконологический анализ (переработанный и дополненный вариант). Петрунин Ю.П.
Доступные документы, регламентировавшие изготовление павловских монет, весьма противоречивы. История монетного передела дебютировала с того, что генерал-прокурор граф Самойлов предложил Монетному департаменту изготовить штемпели для серебряной монеты. Сопроводительный документ, датированный 12 ноября 1796 г. (на шестой день воцарения), озаглавлен «О высочайше одобренных рисунках для серебряной монеты с портретом императора Павла I с одной стороны» [5, док. 1]. Документ свидетельствует, что монетчикам велено изготовить штемпели с крестом для одной стороны и портретом Его Величества - для другой. А также представить абдруки (т.е. оттиски. - Ю.П.). Из контекста названия следует, что Павел ознакомлен с рисунками и одобрил оформление монет с его портретом.

Прочитано 579 раз Поблагодарили: 5 раз

Золотые 5 рублей 1798-1801 гг. Императора Павла I: «НЕ НАМЪ, НЕ НАМЪ, А ИМЯНИ ТВОЕМУ». Национальный нумизматический реестр (ННР)
При Императоре Павле I монеты Российской Империи почти сразу подверглись изменению. С 1796 года производится чеканка золотой банковой монеты 94 2/3 пробы, вместо червонцев 94 пробы. Внешний вид монет кардинально меняется - император отменяет портретную чеканку, возможно, из-за комплекса по поводу своей внешности.

Прочитано 444 раза Поблагодарили: 1 раз

Золотые монеты «для использования в дворцовом обиходе». Рзаев В.П.
Дворцовые» монеты (разг., мет.) — термин, возникший из версии И.Г. Спасского (см. книгу «Русская монетная система») и успевший стать традиционным. «В XVIII дважды предпринималась чеканка золотых монет наименьшего достоинства — в полтину (1756 и 1777—1778) и рубль (1756—1758 и 1779) — более для внутреннего дворцового обихода, чем для широкого обращения». (В профессиональном лексиконе используют жаргонный термин «дворцовки»).

Прочитано 850 раз

О поддельных (для обращения) русско-финских денежных знаках. Часть 1. Монеты. Гладцын В., Имппола Й.

В нашей статье, посвященной истории золотого обращения на территории Финляндии, мы отметили, что появление фальшивых банкнот иногда даже влияло на выпуск продукции монетного двора тогдашнего Гельсигфорса.
Однако, с момента начала чеканки русско-финских монет проблема фальшивомонетчиков оказалась даже более серьезной. Кроме того, неожиданно мягкие приговоры, вынесенные судами в результате первых расследований, а также достаточно лояльное отношение населения к распространителям фальшивых денег, безусловно, способствовали тому, что ситуация оказалась в весьма плачевном состоянии.

Прочитано 2249 раз Поблагодарили: 2 раза

О русско-финских монетах, атрибутируемых как «пруф». Гладцын В., Имппола Й.
Сразу хотим отметить, что данный очерк не претендует на статус научного исследования или какое-то неопровержимое открытие, связанное с доказательством фактов. Это лишь ряд гипотез, снабженных мнениями специалистов, личными наблюдениями, а также иллюстрациями действительно красивых монет, часть из которых предоставлена их нынешними или прошлыми владельцами.

Прочитано 946 раз Поблагодарили: 1 раз

О монетах Финляндии, отчеканенных в другом сплаве. Гладцын В., Имппола Й.

Прочитано 707 раз Поблагодарили: 1 раз

Монетный двор Финляндии. Краткий обзор его деятельности в 1864-1924 гг. Сунделль И.Г. (перевод с финского, правки и комментарии Вадима Гладцына)

Исак Густаф Сунделль (1878-1964), заняв в 1912 г. должность директора Гельсингфорсского монетного двора в достаточно молодом возрасте, сыграл очень заметную роль в монетном деле Финляндии. На годы его руководства пришлись Первая мировая война, революция и становление новой финской государственности, включая и возобновление собственной монетной системы бывшего Великого княжества. Не будет преувеличением, если мы назовем его одним из отцов финансовой системы даже и современной Финляндии.
После того, как утихли все военные и революционные бури, в 1924 году, он подготовил отчет, посвященный 60-летию деятельности монетного двора уже Хельсинки. Отчет содержит много исторических, ранее не известных широкому читателю, сведений. Я посчитал, что аудитории журнала «Петербургский коллекционер» (особенно – интересующимся финскими монетами) будет любопытно ознакомиться со многими, ранее не публиковавшимися, подробностями финской монетной чеканки.
Письмом от 14.11.1972 № VM 141/19-27/72 Министерство финансов Финляндии разрешило открытую публикацию данных материалов.

Прочитано 1039 раз Поблагодарили: 4 раза

Клад российских монет рубежа XIX-XX вв. в собрании Музея Москвы (клад николаевского золота). Таценко С.Н.
В собрании Музея Москвы хранится клад российских золотых монет рубежа ХIХ-ХХ вв. Сохранившаяся документация позволяет полностью восстановить картину его находки*.
Клад был обнаружен 27 ноября 1987 г. в подвале дома № 1 по Сущевской улице тремя проходчиками СМУ-6. По всей видимости, клад не имел вместилища или находчики не обратили на него внимания. Во всяком случае, никаких сведений о находке иных предметов кроме монет, в Музей не поступало. Первоначально было найдено 22 монеты, каждая достоинством в 10 рублей, затем находчики собрали еще 88 монет, из которых 4 экземпляра имели достоинство в 5 рублей. Монеты были сданы в 64-е отделение милиции города Москвы. 2 декабря 1987 г. все содержимое клада было передано на хранение в Музей истории Москвы.

Прочитано 1182 раза Поблагодарили: 1 раз

Начало | Пред. | 1 2 3 4 5 | След. | Конец

По итогам реформы бумажно-кредитный рубль был девальвирован в 1,5 раза, что соответствовало реалиям того времени, но получил реальное золотое содержание 0,774 г. Серебряная монета стала вспомогательной, ее свободная чеканка была отменена, в том числе правительство запретило чеканку серебряной монеты из металла, принесенного частными лицами, «единственно изъ металла, принадлежащего казнь» [4]. Объем выпуска серебряной монеты ограничивался «по расчету трехъ рублей на каждую душу общаго числа населениія Имперіи» [4]. Использовать серебряную монету можно было только для платежей на сумму до 25 рублей. С 1897 года в стране началась массовая чеканка золотой монеты в новой стопе, ее линейка была расширена до четырех номиналов: 5 рублей, 7 рублей 50 копеек, 10 рублей и 15 рублей. В денежное обращение также вводились кредитные билеты, банковые монеты, разменные серебряные и медные монеты, которые свободно разменивались на золото. К 1904 году на долю золотых монет приходилось почти две трети общей массы в денежном обращении России. Как результат политики С.Ю. Витте введение золотого стандарта в стране привело к превращению рубля в одну из наиболее устойчивых валют. До начала Первой мировой войны в 1914 году он прочно занимал место в первой мировой пятерке.

Стабильный рубль облегчил кредитование, устранив спекулятивную неопределенность. Создал предпосылки для благоприятного инвестиционного климата, экономика России активно рассматривалась для вложения капитала, причем как со стороны отечественного бизнеса, так и международного. Активно развивалось строительство железных дорог, что облегчало логистику во многих вопросах экономической деятельности. До 1900 года их общая протяженность выросла на 40%, в том числе за счет инициированного С.Ю. Витте проекта Транссибирской магистрали.

По итогам реформы Российская империя стала одной из ведущих промышленных мировых держав.

[4]. Устав Монетный : Высочайше утвержденное мнение Государственного Совета от 7 июня 1899 г. № 17120 // Полное собрание законов Российской империи: третье собрание (1881-1913). T. XIX (1899), ч. 1. - C. 665-671 . - URL: http://elib.shpl.ru/ru/ nodes/3597#page/672/mode/inspect/zoom/5 (дата обращения: 08.10.2024).
[8]. Витте С.Ю. Избранные воспоминания, 1849-1911 гг. Т. 2. - М. : Терра, 1997. - С. 39.

Источники: Николай II. Каталог монет. Сидоров В.Ю. Издание 2026 г.

Золотые монеты реформы С.Ю. Витте в проекте Маркетъ-плейсъ СМ

[~DETAIL_TEXT] => Выпускавшаяся для обращения в Российской империи монетная линейка в эпоху правления императора Всероссийского Николая II стала прямым следствием денежной реформы, проведенной министром финансов С.Ю. Витте. Основными ее задачами Сергей Юльевич видел переход к золотомонетному стандарту и создание устойчивого курса кредитного рубля, он убедил Николая II в преимуществах золотого денежного обращения. В разработке параметров и основных шагов денежной реформы в разных плоскостях общественной жизни участвовали видные ученые и государственные деятели того времени: профессор П.П. Цитович, профессор И.И. Кауфман, доктор уголовного права, товарищ министра внутренних дел Н.А. Неклюдов, директор департамента окладных сборов министерства финансов Н.Н. Кутлер и др. При этом в приоритетные цели входило проведение реформы таким образом, чтобы девальвация рубля прошла незаметно для населения, и они были достигнуты. Номинального изменения в ценах, налогах, различного рода бухгалтерских расчетах не произошло. Вот как оценил реформу сам С.Ю. Витте: «Я совершил реформу так, что население России совсем и не заметило ее, как будто бы ничего, собственно, не изменилось» [8].

По итогам реформы Российская империя стала одной из ведущих промышленных мировых держав.

Источники: Николай II. Каталог монет. Сидоров В.Ю. Издание 2026 г.

Золотые монеты реформы С.Ю. Витте в проекте Маркетъ-плейсъ СМ

Рис. 1. Гайд. Портрет великого князя Павла Петровича. Гравюра

Отношение классиков отечественной нумизматики к новодельным монетам хорошо известно -- оно крайне отрицательное. Достаточно напомнить слова И.Г. Спасского: «Среди всех «ненастоящих» монет, с которыми может иметь дело нумизматика, самые ненастоящие - антикварные подделки и новоделы: они не «бывшие деньги», а лишь призрачное подобие их, порожденное собирательной страстью, и могут представлять интерес лишь для истории собирательства» (цит. по [11]).

С позиций критической оценки рынка монет сегодняшнего дня представляется практически важным осуществление скрининга на предмет выявления новоделов. На примере золотых монет Павла I сделана попытка показать, к каким результатам может привести такое исследование.

Вполне понятно, что одной из причин изготовления новоделов является редкость определенных экземпляров. Первые месяцы правления Павла I характеризовались лихорадочным поиском решения многих проблем в денежном хозяйстве России, включая монетный передел. Наметившиеся реформы коснулись как медных монет, так и экземпляров, чеканенных в благородных металлах.

В 1796 и 1797 гг. осуществлялся выпуск золотых червонцев (рис. 2 и 5). В первый год объем выпуска был небольшим и составил 2530 экз. [7]. В рамках темы настоящей работы такой показатель эмиссии породил как минимум два соображения.

Рис. 2. Червонец Павла I, 1796 г. Золото, 21 мм. Вес 3,44 г. Штемпельный вариант идентичен таковому в каталоге великого князя Георгия Михайловича.

Рис. 5. Червонец Павла I, 1797 г. Золото, 21 мм. Вес 3,44 г. Штемпельный вариант идентичен таковому в каталоге великого князя Георгия Михайловича.

Во-первых, для изготовления указанного числа монет вполне достаточно одного комплекта штемпелей. Напомним, что пара штемпельных инструментов (пуансон аверса в сочетании с пуансоном реверса) в среднем до разрушения выдерживают чеканку 10-15 тыс. экземпляров. Логично полагать, что изготовление червонцев меньшего диаметра из более мягкого металла предполагает чеканку большего числа экземпляров.

Во-вторых, малый объем выпуска объективно предполагает редкость монеты и порождает желание заинтересованных лиц как-то восполнить недостаток и удовлетворить коллекционную потребность собирателей.

Таким образом создаются условия для появления новоделов. «Новодельные монеты (или новоделы) согласно их названию являются монетами, заново сделанными в значительно более позднее время по сравнению с обозначенной на них датой», - пишет В.В. Уздеников [9].

Великий князь Георгий Михайлович в описании монет Павла I новоделы вынес в особые дополнительные таблицы, тем самым подчеркивая их полную изоляцию от монет регулярной чеканки [1]. Важное замечание: в перечне новодельных монет червонцы 1796 г., впрочем, как и золотые монеты последующих годов, в каталоге Георгия Михайловича не указаны.

Современные авторы новоделы помещают в один ряд с общегосударственными монетами, выделяя их особым образом.

В.В. Уздеников указывает на существование новодельного червонца 1796 г., обозначенного БМ, СМ-ГЛ [8]. Уважаемый автор, однако, иллюстрирует данный экземпляр, отсылая читателя к изображению общегосударственной монеты.

В.В. Биткин каталогизирует два новодельных варианта, датированных 1796 г. (оба БМ, СМ-ГЛ), ссылаясь на каталоги Adolph Hess 1913, 1931 и 1932 гг. Причем один из новоделов, как указывает сам автор, является пьефором (пьетфортом). Х. Фенглер дает определение: «Пьефор (франц. pied-fort, нем. Dickmunze), назв. монет, предназначавшихся для подарков, чеканились с сохранением ч.в. и о.в. известных мон. типов, но на толстом мон. кружке» [12]. Другими словами, экземпляр, по существу, является сувениром.

Рис. 4. Две обычные французские монеты рядом с пьедфортом. Фото из Wikipedia

Возникает вопрос - кто-нибудь из отечественных нумизматов видел новодельный червонец в оригинале? Нельзя исключить, что таковыми были А. Ильин и граф И. Толстой, которые в 1910 г. указали на его существование в Практическом руководстве для собирателей [2]. Любопытно, что авторы отметили редкость новодела точкой - монета не совсем обыкновенная (низшая категория по шкале степени редкости). Точкой помечен и подлинник, однако стоимость новодела оценили ниже - 25 руб., в то время как червонец регулярной чеканки - в 30 руб.

Великий князь Георгий Михайлович опубликовал VIII том Корпуса русских монет, посвященный монетам Павла I и Александра I, в 1891 г. Следовательно, новодельный червонец был изготовлен на Монетном дворе в Петербурге в период с 1891 по 1910 г.

На рис. 3В представлена монета, описание которой не найти в торговых справочниках дореволюционных изданий, а также в серьезных каталогах научного характера как авторов прошлых веков, так и наших современников. Лицевая сторона данного экземпляра подобна аверсу новодельного червонца (рис. 3А): в оформлении внешнего вида обоих экземпляров присутствуют точки после даты 1796 и слова ГОДА. Другие детали оформления монет также совпадают. Различия легко обнаруживаются при сравнении оборотных сторон. На экземпляре, представленном на рис. ЗВ, отсутствуют буквы СМ - ГЛ. Это обстоятельство, а также сопоставление мелких подробностей рисунка картушей позволяют считать, что реверс искомой монеты изготовлен штемпелем, использованным при чеканке серийного червонца.

Рис. 3 А. Новодельный червонец БМ, СМ-ГЛ. 1796 г.

Рис. 3. В. Фантазийный червонец, датированный 1796 г.

Нет указаний на существование такой монеты и в популярном каталоге «Редкие русские монеты 1699-1915» И.В. Мигунова [4]. Профессиональный торговец монетами не упустил бы шанс продемонстрировать свою компетентность в области нумизматических раритетов. Показательно, что Мигунов умудрился допустить ошибку в описании новодельного червонца БМ, СМ - ГЛ, в частности неверно указал инициалы минцмейстера Григория Львова. Каталог Мигунова подвергнут жесточайшей критике В.П. Рзаевым, который опубликовал блестящую работу по ревизии контента указанного справочника [6]. Вместе с тем дата публикации данного каталога позволяет предположить, что фантазийный червонец был изготовлен после 1915 г. Любопытно, что указанный экземпляр периодически появляется на отечественных и зарубежных аукционах монет и успешно продается за миллионы рублей и десятки тысяч долларов.

В 1797 г. на Петербургском монетном дворе изготовлено некоторое количество червонцев (точный объем неизвестен) с теми же физическими характеристиками, что и аналоги предыдущего года [7]. Современные каталогизаторы единодушно указывают на единственный известный вариант червонца, датированного 1797 г. (рис. 5).

Однако в каталоге А. Ильин и И. Толстой описывают два штемпельных варианта:
1) 1797 — ГОДА ближе к краю монеты (15 р);
2) " " " " дальше от края" " " (15 р)».

Действительно, скрининг червонцев этого года позволяет убедиться в правоте наших предшественников. Первый вариант показан на уже упомянутом рис. 5, второй - на рис. 6. Собирателям, знакомым с поштемпельным анализом монет, нетрудно обнаружить и другие различия в оформлении искомых экземпляров. Штемпельные варианты второй группы встречаются значительно реже.

Рис. 6. Червонец Павла I, 1797 г. Штемпельный вариант

Новоделы червонцев 1797 г. неизвестны. И это вполне объяснимо, так как значительный объем чеканки делает монету, с точки зрения А. Ильина и И. Толстого, обыкновенной. В.В. Уздеников увеличивает редкость до знака в виде точки, а В.В. Биткин присваивает червонцу степень R1.

Казалось бы, ситуация с чеканкой червонцев 1797 г. ясна, но это не совсем так, поскольку появляются новые обстоятельства. В декабре 2019 г. на торгах Аукционного дома «Александр» был выставлен необычный червонец Павла I (рис. 7). Организаторы аукциона идентифицировали экземпляр как поздний новодел: «Данный экземпляр отчеканен на ровной монетной заготовке с использованием оригинальных штемпелей с подполированным полем. Эти признаки указывают на вероятность изготовления монеты на Санкт-Петербургском монетном дворе в более позднее время» [3].

Рис. 7. Новодельный червонец Павла I, 1797 г. Золото, вес 3,69 г.

Внимательное изучение оформления монеты позволяет усомниться в том, что экземпляр отчеканен на каком-либо монетном дворе. Обращают на себя внимание короны на лицевой стороне - они все разные по рисунку и размерам. Создается впечатление, что они резаны кустарным образом, причем каждая корона изготавливалась отдельно. В условиях монетного двора используют пунсоны, которые обеспечивают унифицированное начертание. Такие же претензии можно предъявить к рисунку букв П, составляющих монограмму.

Монета попала на отечественный аукцион после ее проходов на аукционах «Bank Leu AG» № 29 в октябре 1981 г. и «WorldWide Coins of California James F. Elmen» в феврале 1985 г. Авторитет известных аукционных фирм призван легитимизировать нумизматический объект и убедить потенциального покупателя в уникальности раритета. В итоге монета продана за 72 тыс. долларов.

На рынке монет периодически «всплывает» червонец, также датированный 1797 г., оформление которого вызывает вопросы (рис. 8).
Фальшивый червонец Павла I с датой 1797 г.

Рис. 8. Фальшивый червонец Павла I с датой 1797 г.

Примитивизм рисунка и гравировки выдает непрофессионализм резчика, изготовившего штемпель, как говорится, «на коленке». Монета впервые обозначилась в 90-х гг. прошлого столетия и вскоре была идентифицирована коллекционерами как монета неподлинная. Несмотря на явные признаки кустарного изготовления, она продолжает появляться на отечественных и зарубежных аукционах. Рис. 8 иллюстрирует экземпляр, выставленный на торги фирмой Heritage World Coin Auctions 6 и 7 января 2019 г. и проданный за 11 тыс. долларов. Как тут не вспомнить пушкинские строки:

«…Ах, обмануть меня нетрудно!
Я сам обманываться рад!»

Золотые монеты достоинством 5 рублей, датированные 1798 г., циркулирующие на современном нумизматическом рынке, также преподносят некоторые сюрпризы.

Для начала разберемся в структуре пятирублевиков этого года. Великий князь Георгий Михайлович и В.В. Уздеников классифицируют два вида указанных монет: 1) СП - ОМ и 2) СМ - ФЦ. В каталоге В.В. Биткина к этим двум вариантам добавлен новодел СП - ОМ. Оригинальные иллюстрации можно увидеть только у Георгия Михайловича. Они воспроизведены на рис. 9 и 12.

Рис. 9. 5 рублей Павла I, С.М-Ф.Ц, 1798 г. Золото, вес 6,08 г. Диаметр~23 мм

Рис. 12. 5 рублей Павла I, С.П.-О.М 1798 г.

Ильин и Толстой среди монет с аббревиатурой СМ - ФЦ выделяют два штемпельных варианта:

а) после слова ТВОЕМУ точка и б) после слова ТВОЕМУ точка отсутствует. (рис. 9 и 10).

Рис. 9. 5 рублей Павла I, С.М-Ф.Ц, 1798 г. Золото, вес 6,08 г. Диаметр~23 мм

Рис. 10. 5 рублей Павла I, С.М.-Ф.Ц. Штемпельный вариант, 1798 г.

Соответствующий скрининг на современном рынке монет позволил выявить еще одну группу пятирублевиков, которые не отражены в перечисленных каталогах, Георгий Михайлович и последующие авторы которые использовали таблицы с иллюстрациями из Корпуса русских монет, приводят рисунки экземпляра СМ-ФЦ, на аверсе которого располагается точка после слова ГОДА (рис. 9). Вместе с тем регистрируются монеты СМ-ФЦ с точкой после слова ТВОЕМУ в картуше, на лицевой стороне которых точка проставлена после цифр даты 1798 (рис. 11). А. Ильин и И. Толстой, которые внимательно отслеживали все мельчайшие нюансы надписей, включая точки, на существование таких экземпляров не указывали. Можно предположить, что они были отчеканены в более поздний период. Если эта гипотеза верна, то пятирублевики СМ-ФЦ с точкой на аверсе после цифр 1798 в сочетании с точкой после слова ТВОЕМУ являются не чем иным, как новоделами.

Рис. 11. 5 рублей Павла I, С.М.-Ф.Ц. Штемпельный вариант. 1798 г.

Возникает вопрос: зачем размещать точку в необычном месте, если создатели новодела имели цель воссоздать давно ушедшую из обращения монету? Ответ на этот вопрос может быть следующим: история отечественной нумизматики знает примеры, когда изготовители новоделов на монетных дворах ставили специальные знаки с целью отличить воспроизведенные экземпляры от оригинальных монет [5]. В этом одно из коренных отличий новоделов, отчеканенных на монетных дворах, от жульнической продукции фальшивомонетчиков, изготовленных в частных мастерских.

Еще один новодел пятирублевика, датированный 1800 г., периодически встречается в нумизматических кругах. Штемпельная пара скомпонована из пуансона лицевой стороны обычной монеты регулярного чекана 1800 г. и штемпеля предыдущего года с обозначением СМ-АИ. За право обладать таким рукотворным чудом коллекционеры готовы платить сотни тысяч и даже миллионы рублей.

Отечественные коллекционеры без особого труда распознают фальшивые монеты. Организаторы аукционов оберегают свою репутацию и в подавляющем большинстве случаев отбраковывают такого рода монеты, поэтому они редко попадают на торги. Обмануть иностранного владельца аукционного дома проще, поскольку он реже сталкивается с российским нумизматическим материалом. Видимо, поэтому нередко в каталогах западных торговых организаций можно встретить низкого качества подделку российской монеты. Примером тому может явиться неподлинный экземпляр пятирублевика, выставленный на аукционе Münzenonline, состоявшемся в Берне в 2017 г. и проданный за 20 000 швейцарских франков (около 1 млн 150 тыс. рублей) (рис. 13).

Рис. 13. Неподлинная монета 5 рублей, датированная 1800 г.

Годом ранее монета, изготовленная той же штемпельной парой, была рез лизована за 9500 фунтов стерлингов (около 830 тыс. рублей по курсу 2016 г.). В том, что указанная монета фальшивая, легко убедиться даже непрофессионалу если сравнить ее с подлинным экземпляром (рис. 14).

Рис. 14. 5 рублей Павла I С.М.-О.М 1800 г.

В заключение необходимо напомнить определение новоделов, которое сформулировал В.В. Уздеников: «Новодельными монетами называются специфические неподлинные монеты, отчеканенные в монетных металлах (золоте, серебре, меди) на государственных монетных дворах подлинными или специально изготовленными для этого штемпелями, а также отчеканенные вне монетных дворов с использованием подлинных комплектов штемпелей» [10].

Проблема новодельных монет исследована в нашей предыдущей работе, в которой рекомендовано к фундаментальному определению В.В. Узденикова добавить следующее: «Штемпельный оттиск новодела должен быть идентичен таковому, воспроизведенному в классических дореволюционных каталогах, которые снабжены иллюстрациями, выполненными в технике фотографии» [5]. Рекомендация распространяется в равной мере на золотые монеты и остается актуальной.

Список использованной литературы.

1. Георгий Михайлович, великий князь. Монеты царствований Павла I и Александра I. - СПб., 1894. С. 40.

2. Ильин А., гр. И. Толстой. Русскія монеты, чеканенныя съ 1725 по 1801 г. Практическое руководство для собирателей с четырьмя фототипическими таблицами. C.-Петербургъ, 1910. С. 30.

3. Каталог Аукционного дома «Александр» Коллекционные монеты и медали России, 14 декабря 2019 г. Аукцион № 45, лот № 97.
4. Мигунов И.В. Редкие русские монеты. Медные, серебряные, золотые и платиновые. С 1699 до 1915 г. 7-с издание. - М., 1915. С. 64.
5. Петрунин Ю.П. Поставить заслон на пути новоделов // Монеты императора Иоанна III. Таллин, 2013. С. 147-153 .
6. Рзаев В.П. Редкие русские монеты 1699-1915. Комментарии к каталогу И.В. Мигунова. - М., 2017.
7. Уздеников В.В. Объем чеканки российских монет на отечественных и зарубежных монетных дворах. 1700-1917. - М., 1995. С. 38.
8. Уздеников В.В. Монеты России. 17001917. Изд. 3-е, переработанное и дополненное. - М., 2004. С. 24.
9. Уздеников В.В. Монеты России XVIII начала ХХ века. Очерки по нумизматике. Факты, предположения, рекомендации. М., 2004. С. 493.
10. Там же. С. 494
11. Там же. С. 496.
12. Фенглер Х., Гироу Г., Унгер В. Словарь нумизмата, 2-е изд., переработанное и дополненное. - М., 1993. С. 274.
69

Источники: Монеты императора Павла I. Монетная иконография и монетная иконология. Каталог монет Павла I. Петрунин Ю.П. Издание 2025 г. с автографом автора!

Обсуждение статьи на форуме

[~DETAIL_TEXT] =>

Рис. 1. Гайд. Портрет великого князя Павла Петровича. Гравюра

Современные авторы новоделы помещают в один ряд с общегосударственными монетами, выделяя их особым образом.

Рис. 4. Две обычные французские монеты рядом с пьедфортом. Фото из Wikipedia

Рис. 3 А. Новодельный червонец БМ, СМ-ГЛ. 1796 г.

Рис. 3. В. Фантазийный червонец, датированный 1796 г.

Рис. 6. Червонец Павла I, 1797 г. Штемпельный вариант

Рис. 7. Новодельный червонец Павла I, 1797 г. Золото, вес 3,69 г.

Рис. 8. Фальшивый червонец Павла I с датой 1797 г.

«…Ах, обмануть меня нетрудно!
Я сам обманываться рад!»

Рис. 9. 5 рублей Павла I, С.М-Ф.Ц, 1798 г. Золото, вес 6,08 г. Диаметр~23 мм

Рис. 12. 5 рублей Павла I, С.П.-О.М 1798 г.

Ильин и Толстой среди монет с аббревиатурой СМ - ФЦ выделяют два штемпельных варианта:

а) после слова ТВОЕМУ точка и б) после слова ТВОЕМУ точка отсутствует. (рис. 9 и 10).

Рис. 9. 5 рублей Павла I, С.М-Ф.Ц, 1798 г. Золото, вес 6,08 г. Диаметр~23 мм

Рис. 10. 5 рублей Павла I, С.М.-Ф.Ц. Штемпельный вариант, 1798 г.

Рис. 11. 5 рублей Павла I, С.М.-Ф.Ц. Штемпельный вариант. 1798 г.

Рис. 13. Неподлинная монета 5 рублей, датированная 1800 г.

Рис. 14. 5 рублей Павла I С.М.-О.М 1800 г.

Список использованной литературы.

1. Георгий Михайлович, великий князь. Монеты царствований Павла I и Александра I. - СПб., 1894. С. 40.

Обсуждение статьи на форуме

Рис. 1. Чарльз Тоунлей. Портрет Павла I

Доступные документы, регламентировавшие изготовление павловских монет, весьма противоречивы. История монетного передела дебютировала с того, что генерал-прокурор граф Самойлов предложил Монетному департаменту изготовить штемпели для серебряной монеты. Сопроводительный документ, датированный 12 ноября 1796 г. (на шестой день воцарения), озаглавлен «О высочайше одобренных рисунках для серебряной монеты с портретом императора Павла I с одной стороны» [5, док. 1]. Документ свидетельствует, что монетчикам велено изготовить штемпели с крестом для одной стороны и портретом Его Величества - для другой. А также представить абдруки (т.е. оттиски. - Ю.П.). Из контекста названия следует, что Павел ознакомлен с рисунками и одобрил оформление монет с его портретом. Очевидно, имелась в виду пробная монета, изображенная на рис. 2.

Рис. 2. Рубль Павла I, 1796 г. Пробный. Портрет работы К. Леберехта

Но уже 24 ноября появляется новый документ «О битии банковой монеты без показания цены ея», а на следующий день -- еще один, уточняющий - «О приготовлении по доставленным рисункам штемпелей, а по ним банковой монеты» [5, док. № 3 и 4].
Из документов следует, что к ним приложены рисунки с новым оформлением монет. Чеканка портрета императора не предусматривалась, зато впервые на российских монетах повелевалось выбить надпись «Не намъ, не намъ, а имяни Твоему». По всей видимости, речь идет о рублевике с гербовым орлом (рис. 3). Причины столь скоропалительной метаморфозы до сих пор остаются загадкой.

Рис. 3. Рубль Павла I, 1796 г. Без обозначения номинала (банковый рубль)

Но это еще не все. 8 декабря 1796 г. рождается новый документ - письмо князя А. Куракина, адресованное президенту Берг-Коллегии А.А. Нартову, озаглавленное «О достоинстве, весе и внешнем виде российской монеты». В документе, в частности, говорится, что автор письма получил от «Его Императорского Величества повеление, чтобы … стемпель монеты серебряной большой, разумея рубль, полтину и четверть, должны быть с изображением на одной стороне портрета Его Величества, а на другой Московского герба с надписью цены и года … прошу приказать заготовить монету противу писанного рисунка и доставить ко мне для поднесения к Высочайшему утверждению» [5, док. № 7]. Получается, что проектировался еще один вариант оформления серебряных монет с портретом императора и московским гербом. Сведений о существовании таких экземпляров в настоящее время нет.

Создается впечатление, что чиновничий аппарат находился в лихорадочном поиске монетного типа, который бы удовлетворил императора. Как бы то ни было, но от чеканки своего портрета на государственной монете Павел Петрович отказался. На вопрос «Почему?» в работах классиков отечественной нумизматики ответа мы не нашли. На различных форумах в интернете и в частных беседах с коллекционерами по этому поводу высказываются различные версии. Одна из самых распространенных заключается в том, что Павел якобы стеснялся своей внешности. В связи с этим он будто бы не хотел тиражировать свой портрет и таким образом порождать кривотолки о дурной наружности нового царя. Ведь многие судят по внешности.

Такая легенда имеет право на существование. В свое время муссировались слухи о том, что императрица Елизавета Петровна стеснялась своих больших, по ее мнению, ушей, и потому на живописных портретах, равно как и на предметах малой пластики, включая монеты, она изображалась с прической, закрывающей объект стеснения. Якобы, знаменитый Ж.А. Дасье пренебрег этой деталью (или его не предупредили) и в итоге потерпел фиаско: монета с замечательным портретом его работы не получила высочайшего одобрения.

Екатерина Великая также болезненно реагировала на то, как она изображалась на монетах. С 1762 г. портрет несколько раз менялся, в том числе и по причине возрастных изменений ее внешности. Последний раз смена произошла в 1783 г., когда Екатерине было 54 года, после чего портрет просуществовал без изменений 13 лет - императрица не желала видеть профиль дряхлеющей старушки.

Павла Петровича трудно назвать красавцем. Отлично знающий предмет польский историк Казимир Валишевский так описывает внешность государя: «Павел был очень некрасив: курносый, с большим ртом, длинными зубами, толстыми губами, сильно выдвигающимися вперед челюстями. Он рано облысел, и его лишенное всякой растительности лицо напоминало мертвую голову. У него был большой и круглый череп и короткое неуклюжее туловище, которому он напрасно старался придать достоинство и изящество в движениях. «Курносый чухонец с движениями автомата», будто бы сказал про него Чичагов» [4]. Описанный персонаж больше подходит для карикатур, но не для размещения на государственной монете.

Рис. 4. Английская карикатура на Павла I

Несмотря ни на что, Павел спокойно относился к своей наружности. Приведем пару примеров. Вот как описывает современник Павла и очевидец событий Л. Башомон пребывание цесаревича Павла Петровича во Франции в 1782 г.: «На каждом шагу до слуха его доходили отзывы, в роде этого: «Ах, какой дурнышка!» Все это он сносил спокойно и по-философски. Однако раз, обратясь к кому-то из свиты, он заметил довольно громко, но весьма сдержано: «Конечно, если бы я ранее не был убежден, что дурен собою, то узнал бы это от этого народа» [2].

Поучительный эпизод приводится иа сайте «История Российской империи». Цитируем: «Император Павел I не обладал привлекательной наружностью: невысокий рост, курносый короткий нос… Он об этом знал и мог при случае пошутить и над своей внешностью, и над своими приближенными: «Мои министры… о, эти господа очень желали вести меня за нос, но к несчастью для них у меня его нет» [7].

Таким образом, можно полагать, что Павел не страдал комплексом неполноценности, связанным с его внешностью, и толерантно относился к мнению окружающих, включая и негативные оценки, попросту их не замечая.

Важным аргументом в пользу того, что не «карикатурная» (в исторической литературе встречается и такая характеристика) наружность повлияла на выбор императора в пользу оформления монет без его портрета, является сам пробный рублевик, созданный К. Леберехтом. Экземпляр был изготовлен в рамках исполнения упомянутого предложения генерал-прокурора Самойлова от 12 ноября 1796 г. (рис. 2).

На монете можно увидеть идеализированный портрет императора, вполне достойный для репрезентации августейшей особы. В.В. Уздеников назвал портрет «очень выразительным» [6].

Художнику, будь то живописец либо медальер, обладающему мастерством и способностью подчеркнуть или микшировать отдельные черты портретируемого, не составляет особого труда придать персонажу те или иные свойства, отвечающие первоначальному замыслу.

Кстати, портрет работы Леберехта на коронационной медали, аналогичный таковому на пробной монете, вполне устроил императора и разошелся большим тиражом. Наконец, Павел мог бы ограничиться чеканкой коронационных жетонов, которые на примере Петра II, не имели портрета. Значит, Павла удовлетворяло его собственное изображение, воплощенное Леберехтом в миниатюре. Отсюда напрашивается вывод о том, что отказ Павла Петровича от своего портрета на государственных монетах носит иной, особый характер.

Рис. 5. К. Леберехт. Коронационная медаль Павла I

Предположения о причинах чеканки беспортретных рублевиков Павла могут быть дополнены красивой легендой, пришедшей в Россию из революционной Франции. В кратком изложении она выглядит следующим образом. В 1789-1799 гг. в несколько этапов произошла Великая французская революция, в результате которой абсолютная монархия прекратила свое существование и была провозглашена Французская республика. В 1791 году члены королевской семьи во избежание расправы вынуждены были тайно покинуть Париж. Однако попытка бегства не удалась. Якобы обнаружение и задержание беглецов произошли при следующих обстоятельствах.

Рис. 6. Портрет Людовика XVI

Слух о том, что Людовик и королева с детьми покинули Париж и пытаются скрыться за границей, быстро разошелся по стране. Революционно настроенное население жаждало поимки и наказания монарха. Тем временем беглецы мчались во весь опор, меняя по дороге лошадей. Очередной раз экипаж остановился в деревушке Варенн, чтобы осуществить смену лошадей. Когда наступил момент оплаты, почтмейстер обратил внимание, что на полученном им луидоре профиль изображенного на нем короля подозрительно напоминает пассажира, сидящего в карете. Почтмейстер по имени Друэ поднял тревогу, и Людовик XVI был схвачен. Судьба его трагична: 21 января 1793 г. король был обезглавлен на гильотине.

Рис. 7. Луидор Людовика XVI

Павел Петрович познакомился с Людовиком XVI в 1781 г., когда, будучи цесаревичем, вместе с великой княгиней Марией Фёдоровной посещал Париж. Трагическая весть потрясла Павла. Опасаясь, и не безосновательно, влияния Французской революции, Павел I ввел жесточайшую цензуру для печати и запретил все частные типографии. Особый надзор был установлен за литературой, поступавшей из-за рубежа. Прекращались и отменялись поездки для учебы за границу. Запрещалось все, что напоминало Павлу о Французской революции. Круглые шляпы, башмаки с лентами, фраки и жилеты тоже попали под запрет, так как эту моду ввела в обиход Великая французская революция, залившая кровью всю страну.

Легенда о роковом луидоре, который способствовал аресту Людовика, переросла у Павла в фобию к портретам на монетах. В итоге император распорядился чеканить на лицевой стороне рублевиков и других монет крупного достоинства монограмму.

Павел Петрович хорошо понимал ту важную роль, которую играло оформление государственной монеты. Это понимание подкреплялось его интересом к нумизматике, о чем свидетельствуют данные современной научной литературы*. Каковы же мотивы рождения нового монетного типа, лишенного императорского портрета?

По всей видимости, наиболее вероятной причиной являются психоэмоциональный настрой императора, искусственно созданная атмосфера, которой он себя окружил, сконструированная им же романтическая модель рыцарства с ее манерами, атрибутами, знаками и т.д. Появилось даже такое понятие, как «павловский стиль в искусстве».

Известный историк Н.Я. Эйдельман, называя рыцарство Павла «извращенным», пишет, что «царь сознательно повышает общественную роль знака, эмблемы, этикета», и мы в итоге видим «в этом безумии систему». Эйдельман приводит яркие примеры: «26 февраля 1797 г. на месте снесенного Летнего дворца Павел самолично кладет первый камень Михайловского замка. Обрядность, символика здесь максимальные: возводится окруженный рвом замок странного, средневекового образца, цвета перчатки прекрасной дамы (Анны Лопухиной-Гагариной), которой царь-рыцарь поклоняется…» … «Рыцарство», «царь-рыцарь» - об этом в ту пору говорили и писали немало. Нейтральные наблюдатели (Лагарп, Саблуков) не раз толкуют о причудливом совмещении «тирана» и «рыцаря» «Идея рыцарства - в основном западного средневекового (и оттого претензия не только на российское -- на вселенское звучание «нового слова»), рыцарства с его исторической репутацией благородства, бескорыстного служения, храбрости, будто бы присущей только этому феодальному сословию» [9].

Кстати, любовь Павла к Анне Лопухиной также имеет романтическое рыцарское развитие. Вот как описывает события дореволюционный российский историк немецкого происхождения А.Г. Брикнер: «Эти дела могли бы принять крайне опасный оборот как для императрицы, так и для наследника, если бы Анна Лопухина не была просто красивым и привлекательным ничтожеством. Она не поддавалась страстным ухаживаниям императора и в конце концов призналась ему, что любит молодого князя Гагарина, который в то время был в походе с Суворовым в качестве его адъютанта. В порыве великодушия (что не было ему чуждо до самого конца) Павел вызвал молодого офицера из армии в Петербург и обвенчал его 8 февраля 1800 г. со своей возлюбленной» [3].

По мнению Н.Я. Эйдельмана, «рыцарственность» Павла I чуть ли не определяла все его миросозерцание и повлияла на его внутреннюю и внешнюю политику [9].

Немудрено, что погруженный в искусственно созданный им же мир средневековой романтики Павел распоряжается поместить на государственной монете девиз рыцарского ордена тамплиеров: «NON NOBIS, DOMINE, NON NOBIS, SED NOMINI TUAM DA GLORIA» - традиционный девиз тамплиеров дословно означает: «Не нас, Господи, не нас, но и Имя Твое покрой славой». Являющийся фрагментом девятого стиха 113-го псалма в павловском варианте надпись на монете приобрела вид «Не намъ, не намъ, а имяни Твоему» (рис. 8).

Рис. 8. Рубль Павла I, 1797 г.

Показательно, что надпись помещена в декоративное обрамление, именуемое картушем. Последний встречается на многих монетах и медалях эпохи Возрождения [8]. То есть и в этом декоративном элементе присутствует ореол романтизма.

Картуш с соответствующей надписью на одной стороне монеты автоматически сделал проблематичной чеканку портрета императора на другой. В противном случае слова надписи невольно ассоциировались бы с изображением и титулатурой коронованной особы, а не с Господом. Для «царя-рыцаря» подобное было недопустимо. Более логичным следовало бы пролонгировать идею романтического «павловского стиля». Видимо, поэтому выбор остановился сначала на гербовом орле, а вскоре -- на крестообразной монограмме. Кресты - неотъемлемый элемент средневековых рыцарей. Он располагался на рясах и плащах, а также на знаменах.

Рис. 9-1. Мальтийский рыцарь

Широко известно, что Павел принял под свое покровительство Мальтийский орден. «Таким образом, на невских берегах появляются мальтийские кавалеры, мальтийские кресты, орден Св. Иоанна Иерусалимского», - пишет Н.Я. Эйдельман. Павел избирается великим магистром Мальтийского ордена. На российском гербе появляется изображение мальтийского креста. На гербовом орле банковой монеты мальтийский крест отсутствует, возможно, поэтому рисунок орла не устроил Павла, и его заменили крестом. Последний, к счастью, не оказался мальтийским. Однако утвержденный Павлом крест по форме весьма напоминает таковой, располагавшийся на знамени островного государства Мальты - территории, где находился Мальтийский орден.

Рис.9-2. Флаг и герб Мальтийского ордена

Рис. 9-3. Российский герб с мальтийским крестом

Крестообразную монограмму можно увидеть и на монетах Петра I и Петра II. Однако крест на монетах Павла построен по другому принципу. Видимо, для того, чтобы приблизить форму креста к дизайну такового на мальтийском знамени, литеры «П» (начальная буква имени императора) образуют монограмму не путем соединения верхних перекладин (как на монетах Петра I и Петра II), а посредством соединения в одно целое нисходящих составляющих. В итоге возникло необычное для российских монет оформление павловского серебра, которое ласкало взор императора и отражало его мировоззрение.

B рамках настоящего исследования нельзя исключить влияние еще одного фактора - масонства. Н.Я. Эйдельман указывает: «Другим источником рыцарских теорий Павла были, вероятно, определенным образом интерпретированные масонские идеи, образы, масонские контакты великого князя» [9]. Упомянутый автор не одинок в этих предположениях. Обратимся к труду русского публициста, исторического писателя Б. Башилова под названием «Рыцарь времен протекших. Павел I и масоны». Вот цитата из указанной работы: «Отданный матерью в полное распоряжение главного воспитателя графа Никиты Панина, Павел с раннего детства оказался среди видных русских масонов. Люди, с которыми чаще всего встречался Павел в дни своего детства, в дни юности и позже, которым он доверял, с которыми дружил, которые высказывали ему свое сочувствие, были все масоны высоких степеней. Это был Никита Панин, вовлекший Павла в члены масонского братства. Брат Никиты Панина Петр Панин. Родственники графов Паниных, князья А.Б. Куракин и Н.В. Репин. Князь Куракин был одно время русским послом во Франции. В Париже его завербовал в ряды ордена Мартинистов сам Сен-Мартен. Вернувшись в Россию, Куракин завербовал в члены ордена Новикова. После И.П. Елагина Куракин стал главой русских масонов. Князь Н.В. Репин, по свидетельству современников, был предан идеям масонства «до глупости» [1].

Показательно, что взаимосвязь избранной Павлом библейской надписи «Не нам…» и масонского знака «Всевидящее око» впоследствии прослеживается и на российских наградах (рис. 10).

Рис. 10. Медаль в память Отечественной войны 1812 года

Таким образом можно полагать, что в основе оформления серебряных монет Пав. ла I лежит воплощенная им в металле тема рыцарства с его исторической репутацией благородства и средневековыми понятиями справедливости, причудливым образом совмещенная с масонскими идеями.

Список использованной литературы.
1. Башилов Б. История русского масонства / Рыцарь времен протекших… Павел I и масоны.
2. Башомон Л. Записки. Цесаревич Павел Петрович во Франции в 1782 г. Русская старина. : Ежемесячное историческое издание 1882 г. Том XXXVI. № 11. С. 321-334 .
3. Брикнер А.Г. Смерть Павла I. Штутгарт, 1897.
4. Валишевский К. Сын Великой Екатерины. Император Павел I. Репринт. воспр. изд. А.С. Суворина. - М. : Совмест. сов.фин. предприятие «ИКПА», 1990.
Рис. 1. Пс
5. Георгий Михайлович, великий князь. Монеты царствований Павла I и Александра I. - СПб., 1894.
6. Мельникова А.С., Уздеников В.В., Шиканова И.С. Деньги России. История русского денежного хозяйства с древнейших времен до 1917 г. - М., 2000.
7. Сайт «История Российской империи». www.rosimperija.info/post/84.
8. Фенглер Х., Гироу Г., Унгер В. Словарь нумизмата. - М., 1993.

9. Эйдельман Н.Я. Грань веков. Политическая борьба в России. Конец XVIII -- начало XIX столетия. - М. : Мысль, 1986.

*См . Лепехина Е.В., Потин В.М. Альбертусталер 1753 года и нумизматические интересы императора Петра II// Труды Государственного Эрмитажа XXXI. Материалы и исследования Отдела нумизматики. - СПо. Изд. Гос. Эрмитажа, 2006. С. 74 80.

Обсуждение статьи на форуме

[~DETAIL_TEXT] =>

Рис. 1. Чарльз Тоунлей. Портрет Павла I

Рис. 2. Рубль Павла I, 1796 г. Пробный. Портрет работы К. Леберехта

Рис. 3. Рубль Павла I, 1796 г. Без обозначения номинала (банковый рубль)

Рис. 4. Английская карикатура на Павла I

Рис. 5. К. Леберехт. Коронационная медаль Павла I

Рис. 6. Портрет Людовика XVI

Рис. 7. Луидор Людовика XVI

Рис. 8. Рубль Павла I, 1797 г.

Рис. 9-1. Мальтийский рыцарь

Рис.9-2. Флаг и герб Мальтийского ордена

Рис. 9-3. Российский герб с мальтийским крестом

Рис. 10. Медаль в память Отечественной войны 1812 года

9. Эйдельман Н.Я. Грань веков. Политическая борьба в России. Конец XVIII -- начало XIX столетия. - М. : Мысль, 1986.

Обсуждение статьи на форуме

Золотой пятирублевик Павла I чеканился с 1798 по 1801 гг. Монеты чеканили из 986-й пробы золота. При диаметре 23 мм нормативный вес составляет 6,08 г. Даже в среднем состоянии золотые 5 Рублей Павла представляют нумизматическую редкость и являются желанной типовой монетой для любого коллекционера. В качестве (MS) золотые 5 рублей Павла I встречаются крайне редко.

[~DETAIL_TEXT] => При Императоре Павле I монеты Российской Империи почти сразу подверглись изменению. С 1796 года производится чеканка золотой банковой монеты 94 2/3 пробы, вместо червонцев 94 пробы. Внешний вид монет кардинально меняется - император отменяет портретную чеканку, возможно, из-за комплекса по поводу своей внешности.

На аверсе изображается крестообразная монограмма из четырех букв «П», посредине римская цифра I. Концы образованного буквами креста увенчаются императорскими коронами.

На реверсе монеты в квадратной рамке-картуше помещается надпись «НЕ НАМЪ, НЕ НАМЪ, А ИМЯНИ ТВОЕМУ». Её источником является фраза из Псалтиря: «Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему дай славу, ради милости Твоей, ради истины Твоей» (Пс. 113:9). В западной культуре аналогом является латинская фраза «Non nobis Domine, non nobis, sed nomini tuo da gloriam». В сокращенной форме «Non nobis» стало названием христианского гимна, который упоминается, в частности, в пьесе Шекспира «Генрих V». Орден тамплиеров сделал фразу своим девизом. Павел I, увлечённый идеями средневекового рыцарства и ставший Великим магистром Мальтийского ордена с 29 ноября (10 декабря) 1798 года, поместил русский перевод фразы на аверсе монет, заменив традиционный монарший профиль, что было вызовом для существовавших в ту эпоху представлений. Девиз выглядит как посвящение монеты Богу, а не кесарю. Надпись чеканилась на золотых червонцах и золотых 5-рублёвых монетах, а также на серебряных рублях, полтинах, полуполитнниках и ефимках.

«Дворцовые» монеты (разг., мет.) — термин, возникший из версии И.Г. Спасского (см. книгу «Русская монетная система») и успевший стать традиционным. «В XVIII дважды предпринималась чеканка золотых монет наименьшего достоинства — в полтину (1756 и 1777—1778) и рубль (1756—1758 и 1779) — более для внутреннего дворцового обихода, чем для широкого обращения». (В профессиональном лексиконе используют жаргонный термин «дворцовки»). В дореволюционных нумизматических источниках его нет (как и самого понятия, введенного Спасским). Документы из «Корпуса русских монет» свидетельствуют о вполне обычном статусе «дворцовых» рублевиков Елизаветы, ничем не выделявшихся из всего комплекса золотых монет правления. Проба та же, что и у 5-рублевиков, масса — пропорционально меньше. Некоторое уменьшение фактической массы против теоретически рассчитанной требовалось для покрытия задельных денег. Двухрублевики Елизаветы и Екатерины II в связи с предположением об использовании их в дворцовом обиходе Спасским не упомянуты, они включены в одну группу с золотыми рублевиками и полтинами лишь В. В. Уздениковым (см. «Монеты России»). О выпуске полтин Елизаветы, 2-рублевиков, рублевиков и полтин Екатерины II документов нет (об этом пишет и Великий князь Георгий Михайлович, ссылаясь на труд И.А. Шлаттера и А.А. Нартова). Слова Спасского, отсутствие документов, санкционировавших выпуск монет, их малые размеры (не слишком-то удобные для денежных знаков, предназначенных к обращению) надолго закрепили за младшими золотыми номиналами Елизаветы и Екатерины II статус «монет, предназначавшихся для использования в дворцовом обиходе». Ситуация полностью не прояснена. По крайней мере, преждевременно объединять все подобные монеты в какую-либо одну категорию.

В 1753 прекратили чеканку червонцев, в 1755 из оборота планомерно изымали 2-рублевики 1718-1728. Недостаток золотой монеты на внутреннем денежном рынке и для внешних операций (червонцы) очевиден. В Именном Указе 21 июня 1756 года о выпуске 2-рублевиков и рублевиков читаем: «…Объявляем во всенародное известие… во всей Нашей Российской Империи ходить…» В Указе Монетной Канцелярии Московской Монетной Конторе от 4 июля 1756 года сказано: «…монет обоих сортов по десять тысяч рублев сделав, прислать сюда, в С. Петербург, а достальные употреблять в расход…» (то есть 2-рублевиков: 53 тысячи — 5 тысяч = 48 тысяч, рублевиков: 30,8 тысячи — 10 тысяч = 20,8 тысячи). В народное обращение в 1756 направлено почти 76% московского тиража «дворцовых» монет. Петербургский тираж намного скромнее: 8712 и 5655 штук (чеканка золотых монет там только разворачивалась). По Сенатскому Указу предписывалось Московской Монетной Конторе отослать в Ригу генерал- фельдмаршалу С.Ф. Апраксину для обеспечения войск, расквартированных в прибалтийских провинциях, достаточное количество империалов, полуимпериалов и рублевиков.

За 5 лет, с 1755 по 1759-й, на двух монетных дворах отчеканили 140 435 штук 10- и 5-рублевиков на 1 036 515 рублей. В 1756—1758 золотых монет младших номиналов отчеканено на 317 816 рублей (сумма в три с лишним раза меньше). Но тираж, 254 388 штук, за вдвое более короткий срок превышал тираж старших номиналов почти в два раза. В 1757 тираж 2-рублевиков и рублевиков резко снизился, видимо, из-за втягивания России в Семилетнюю войну. Выпуск более 800 тысяч ливонезов (монет для прибалтийских провинций) на сумму около 100 тысяч рублей подкрепили выпуском 120 680 червонцев (равноценных примерно 270 тысячам рублей). В 1758 червонцы не чеканили и выпуск мелких золотых номиналов вновь возрос.

У 2-рублевиков и рублевиков Елизаветы и Екатерины II внешнее оформление, в целом, как у общегосударственных монет. Однако размер полтин почти не позволял разместить на их монетном поле по качеству изображение гербового орла, поэтому даны вензеля императриц (то же и у русско-прусского солида 1759-1761 и «потемкинского» 2-копеечника 1787). Отсутствие термина «дворцовые монеты» в дореволюционных документах, размещение сведений об этих монетах на страницах «Корпуса русских монет» в единой ведомости чеканки золотых монет Елизаветы, ограничение чеканки самого мелкого номинала (полтины) начальным годом убеждает меня в общегосударственном статусе 2-рублевиков и рублевиков, не определяя пока окончательно статуса полтин. (О серьезном отношении к выпуску и 2-рублевиков, и рублевиков свидетельствует наличие пробных монет обоих номиналов 1756). Некоторые номиналы использовались чаще для одних целей, а попутно — и для других. Двухрублевики и рублевики — отчасти для денежного обращения Санкт-Петербурга, Москвы и губернских городов европейской России, отчасти — для выплат жалованья в войсках, расквартированных в провинциях, и меньше — для дворцового обихода. Полтины — отчасти для дворцового обихода в Санкт-Петербурге (и, возможно, в Москве), для подарков, изготовления медальонов и т.п. Номинал, мало отличавшийся размером от проволочных монет, вряд ли мог быть полноценным средством денежного обращения. (Потеря золотой «чешуйки» была бы чувствительной для бюджета многих россиян). Встречаются все номиналы с любой степенью сохранности, от отличной (видимо, бывшие подарками, из коллекций и т.п.) до средней (равномерно потерты — явно от длительного обращения; И.Г. Спасский: «…встречаются они довольно часто и притом в значительно потертом виде…»).

Менее ясен статус полтин Екатерины II; документы о выпуске 1777 и 1778 не известны (как и тиражи младших золотых номиналов 1766, 1785, 1786; 1779). Лишь выпуск 2-рублевиков 1766 отчасти логически обоснован. По изъятии из обращения 10- и 5-рублевиков Елизаветы, Петра III и «тяжеловесных» (1762—1763) Екатерины II, андреевских 2-рублевиков 1718—1728 (и, возможно, двойных андреевских червонцев) образовался золотой запас, необходимый для самой крупной за все правление Екатерины II эмиссии золотых монет. Отчеканили 10-, 5-, 2-рублевики и червонцы.

Двухрублевики, рублевики и полтины Екатерины II, отчеканенные позже аналогов Елизаветы, видимо, не подверглись такому же рассеянию за рубежом и переплавке в самой России. Но монеты Екатерины II встречаются пореже монет Елизаветы: видимо, заметно уступают тиражами. Разброс значений фактической массы у екатерининских монет немного больше, чем у елизаветинских, что свидетельствует о менее строгом контроле при их чеканке. Все номиналы Екатерины II тоже бывают с разной степенью сохранности. Возможно, в несколько большей степени ориентированные на использование в дворцовом обиходе, чем на другие цели, они, конечно, попадали и в широкое денежное обращение, но в отличие от монет Елизаветы играли гораздо меньшую роль в формировании структуры денежного обращения в Российской империи.

Рзаев В.П. "Монеты «для использования в дворцовом обиходе".

Источник: Загадки российской нумизматики. Факты. Исследования. Версии». Том I. Рзаев В.П. Издание 2010 г.

[~DETAIL_TEXT] =>

Рзаев В.П. "Монеты «для использования в дворцовом обиходе".

Источник: Загадки российской нумизматики. Факты. Исследования. Версии». Том I. Рзаев В.П. Издание 2010 г.

Однако, с момента начала чеканки русско-финских монет проблема фальшивомонетчиков оказалась даже более серьезной. Кроме того, неожиданно мягкие приговоры, вынесенные судами в результате первых расследований, а также достаточно лояльное отношение населения к распространителям фальшивых денег, безусловно, способствовали тому, что ситуация оказалась в весьма плачевном состоянии.

Фальшивым банкнотам будет посвящена следующая часть нашего исследования, а пока поговорим о монетах. Вопреки ожиданиям, в рассматриваемом отношении металлические деньги не были более «безопасными», скорее даже наоборот. Если производство фальшивых банкнот, за редким исключением, было в основном результатом нескольких «домашних» или зарубежных «фабрик», то подделка монет, по-видимому, была домашним промыслом гораздо более широкого класса людей.

Многим из увлекающихся русско-финской нумизматикой знакомы более или менее грубые и неуклюжие отливки подделок одномарочных монет. Монеты достоинством в две марки также довольно усердно подделывались, как и 50-пенниевики. Вероятно, подделывались и самые мелкие серебряные номиналы – 25 пенни – но авторам такие фальшивки пока не попадались, неизвестны они и по публикациям.

Чаще всего подделка изготавливалась методом грубого литья с использованием форм, изготовленных на основе подлинных монет (илл. 1). Подделки обычно изготавливались из какого-нибудь дешевого металла, плавящегося при относительно низкой температуре, например, из свинца, олова или их сплавов. Это придает таким подделкам очень характерный размытый и темный вид. И, конечно же, эти подделки не имели характерного для серебряных монет четкого гуртового оформления.

Илл. 1. Литьевая форма и изготовленная в ней подделка.

Далее будут представлены цитаты из финской периодики исследуемого периода, а также наши комментарии и иллюстрации монет из собственных коллекций авторов.

Итак, как же этот вопрос был представлен в газетах? Создадим небольшой обзор газетных статей той эпохи.

16.04.1879 Tampereen Sanomat № 30
Фальшивые деньги.
Прошлой ночью полиция поймала фальшивомонетчика. Мужчина пошел ночью купить орехи и расплатился за них монетой 2 марки (илл. 2), которую продавец счел поддельной. Подозреваемый, Матти Вялимяки, из хутора Паркано в деревне Куйвасъярве, кузнец. У него были также найдены ещё одна монета достоинством 2 марки, четыре монеты по 1 марке и одна 50-пенниевая монета (илл. 3), т.е. всего 6 ½ марок. Вопрос будет рассмотрен судом до 23-го числа сего месяца.

Илл. 2. Фальшивая монета 2 марки 1870 г. (из коллекции авторов, масса монеты 7,66 г).

Илл. 3. Фальшивая монета 50 пенни 1890 г. (из коллекции авторов, масса монеты 2,37 г).

Здесь профессионал по металлообработке применил свои навыки менее «благородным» образом. Был ли он достаточно обеспеченным и профессиональным рабочим? Или возможность сделать легкие деньги превратила его в вора казны, фальшивомонетчика? По крайней мере, в лени его не упрекнешь. Более ленивый человек удовлетворился бы изготовлением только одного номинала после изготовления хороших форм, как, к примеру, на илл. 4.

Илл. 4. Наиболее часто встречающаяся фальшивка – 1 марка 1866 года (из коллекции авторов, масса монеты 4,30 г)

23.04.1879 Tampereen Sanomat № 32
Фальшивые деньги.
Три искусно сделанные из латуни золотые монеты достоинством в десять марок были найдены женщиной на рынке и со свидетелями доставлены в Северный акционерный банк для ознакомления. После освидетельствования монеты и правда оказались подделкой. Осталось установить, от кого и с какой целью они попали на рынок.

Вот и наступил период ввода золотого обращения в Великом княжестве! Не прошло и года, после введения золотого стандарта, как «мастера» взяли в оборот новые образцы продукции! История нашедшего звучит немного надуманно, и многое остается неясным, в том числе – куда попали обнаруженные подделки. Банк ли конфисковал их, стало ли это делом полиции, или предполагаемый «нашедший» деньги покинул банк с деньгами и свидетелями? История умалчивает, равно как и авторам до сих пор не попадались поддельные золотые монеты Великого княжества.

26.02.1880 Ahti № 8
Монеты, судя по всему, не отчеканенные на монетном дворе, были обнаружены в нашей округе в течение недели, причем все они происходили из одного источника. Судя по всему, образец был сделан из воска, поэтому получившиеся монеты очень чистые на вид и хорошо отполированные. При этом, они весят на 5½ грана больше, чем настоящие.

Вот пример значительно лучшего технического качества, и кажется, что фальшивые деньги были именно отчеканены. Жаль, что в ранее приведенной статье не указан год, указанный на монетах. Может быть, это одна из немногих известных отчеканенных в очень хорошем качестве серийных подделок, которые датированы 1867 годом? (илл. 5).
Фальшивая 1 марка 1867 г.

Илл. 5. Фальшивая 1 марка 1867, очень высокого качества

18.03.1880 Suomalainen Wirallinen Lehti № 33
Фальшивые 20 марок.
В Хельсинки была обнаружена предъявленная в качестве финской 20-марочной монеты российская 20-копеечная: она была позолочена, как золотая. Монета была предъявлена в винном магазине. На первый взгляд было легко ошибиться.

Согласитесь, неопытным продавцам, которые редко сталкивались с недавно введенным в обращение золотом, было легко ошибиться! Взгляните на илл. 6, как ослепительна золотая 20-копеечная монета, особенно для тех, кто никогда не держал в руках подлинных золотых монет!!

Илл. 6. Позолоченный 20-копеечник, который пытались выдать за 20 марок, и его прототип.

14.04.1880 Päijänne № 15
Фальшивые марки можно найти уже в Хельсинки.
Недавно, в числе прочей мелочи, получил фальшивку наш писатель S.W.L. Экземпляр довольно хорошо отлит, но видно, что он сделан из другого металла, хотя, если приглядеться повнимательнее, то сразу заметишь, что он неправильный. Если бросить его на стол, сразу слышно, что он не издает серебряного звука. Так что будьте начеку!

07.10.1880 Ahti № 40

Оловянные «серебряные» монеты были обнаружены в обращении в нашем городе (Кристина) базарный день. Говорят, что на рынке видели 5-6 штук таких монет. Фальшивые деньги были изъяты у группы мальчиков, жителей Исойоки. Их взяли под стражу по подозрению в мошенничестве.

15.10.1880 Helsingfors № 239
Распространение фальшивых денег.
Эмиль Парккинен, бухгалтер городской компании по продаже спиртных напитков, обвинил г-на Кнута Терво из Оулу в суде по делам о банкротстве в том, что он дал ему фальшивые деньги (марки) в качестве оплаты, когда он купил полпинты огненного вина в городском винном магазине 2 августа. Согласно приговору, вынесенному 14 числа того же месяца, который был признан надлежащим Апелляционным судом Ваасы 25 сентября, Терво, зная, что деньги были ненадлежащими, был приговорен к двенадцати дням тюремного заключения с водой и хлебом.

Итак, мы видим, что подделка серебра и продажа этих подделок уже стала серьезной проблемой. В результате, встал вопрос, насколько безопасно для себя можно было без тщательного изучения принимать к оплате крупное серебро….

23.04.1881 Uusi Suometar no 92
14-го числа этого месяца в пекарне г-на Лильяндера (в Хельсинки) в доме № 24 по Фредрикинкату была оставлена в качестве оплаты негодная марка. Судя по всему, деньги происходят из той же партии, что и 12 марок, украденных 1 числа этого месяца у русского солдата Филиппа Шухова. Такие же марки недавно появились и в Рауме. они очень хорошо сделаны и отмечены 1866 годом. До сих пор нет сведений о монетном дворе, из которого были изготовлены эти, по-видимому, оловянные изделия.

02.07.1881 Tampereen Sanomat no 52
Вчера и позавчера в нашем городе было обнаружено существенное количество фальшивых монет достоинством в две марки, при этом один человек арестован как подозреваемый в их распространении. Он говорит, что родом из Лапварти, называет себя Хескиас Суутари (кстати, дом, записанный на это имя, находится там же). У того же человека изъяли лошадь, хорошие седла, медные обручи и старинные двухколесные телеги. Более 80 штук этих денег было найдено на его квартире, и, кроме того, около двадцати были найдены то здесь, то там по городу (вероятно, когда они уже участвовали в торговых сделках).

09.07.1881 Tampereen Sanomat no 54
Упоминаемый в последнем сообщении о фальшивых монетах признал себя виновным в этом в среду и сказал, что он сделал 110 штук двухмарочных монет, из которых 102 были найдены в Тампере.

Здесь уже работает профессионал! Это уже промышленное производство, а распространение надо уже считать почти налаженным!

10.08.1881 Keski-Suomi no 63
Рабочий Каллиокоски нашел поддельные деньги в доме № 70 в нашем городе под фундаментом, когда его ремонтировал. Это были русские рубли из олова, в основном так называемые «кайсанские рубли», и 20 копеек, по несколько штук. По виду денег можно предположить, что они пролежали в заначке какое-то время, но как долго – сказать сложно. Одна монета номиналом 20 копеек датирована 1853 годом.

Хотя приведенная выше газетная статья и касается фальшивок, но легко догадаться, что тут дело не о русско-финских монетах. Какая интересная история скрывается за этим «сокровищем»? Получил ли кто-то в качестве оплаты фальшивые деньги, которые затем спрятал, или фальшивомонетчику самому стало стыдно от совершенного греха? Упомянутый в статье "кайсанский рубль", должно быть, был фальшивым рублем времен Екатерины Великой (они тоже встречаются на территории Финляндии, см. илл. 7).
Фальшивый рубль Екатерины II, найденный на территории Финляндии.

Илл. 07. Фальшивый рубль Екатерины II, найденный на территории Финляндии.
Понятно, что екатерининский рубль, даже и подлинный, может вызвать оторопь у обывателя XIX века. Но у них были и более насущные проблемы, причем ареал распространения фальшивок все разрастался.

19.09.1881 Waasan Lehti № 71.
Говорят, что в магазинах нашего города появились фальшивые монеты в 2 и 1 марку. В связи с этим городской налоговый инспектор г-н Ф. Тандефельт призвал общественность быть бдительными, быть более осторожными при получении таких денег и, в случае получения поддельных денег, немедленно сообщать об этом в отделение полиции.

10.11.1881 Helsingfors № 260
Введение золотого обращения в Финляндии открыло новые горизонты для предприимчивых людей! Чтобы получить драгоценный металл, некоторые из них придумали подпиливать внешний край денег настолько глубоко, что защитные гребни полностью исчезают. Таким образом, монеты значительно теряют свой вес и уже не могут рассматриваться как полноценное платежное средство. Говорят, что из-за этого банк планирует выпустить новые банкноты достоинством в 12 марок, но они совершенно непрактичны, в первую очередь из-за того, что их стоимость не подходит для десятичной системы. Возможно, они призваны лишь заменить так распространившиеся фальшивые 10-марочные банкноты.

А вот это очень интересная статья! Как помнит наш читатель из прошлых наших публикаций, Банк Финляндии, после изъятия из обращения фальшивых 10-марочных банкнот, был вынужден заменить их в денежном обращении, выпустив большое количество 10-марочных золотых монет. Это как раз и объясняет большой тираж золотой монеты 10 марок 1882 года. Но, согласно вышеприведенной статье, народ спиливал золотые монеты на куски, так что во многом терялся смысл изъятия бумажных «десяток» – обилие золотых монет вызвало к жизни новое «озорство».

С нумизматической точки зрения очень интересной деталью в вышеуказанной статье была ссылка на появившиеся в обращении банкноты номиналом 12 марок. Поскольку подделки 10-марочной банкноты 1878 года и пришедшей ей на смену десятимарочной монеты 1882 года сильно повлияли на денежное обращение, естественно было придумать что-то взамен. Когда в 1875 году в обращение поступила модель новых банкнот номиналом 10 марок, производство и выпуск банкнот номиналом 12 марок было прекращено: последняя партия из 162 000 заготовок для банкнот номиналом 12 марок была импортирована из Берлина в 1875 году, а самая последняя партия из 1000 банкнот (C169001 - C170000) была подписана и выпущена в обращение в ноябре 1877 г. Однако на складе еще имелись неподписанные бланки банкнот. Из-за проблем, вызванных поддельными банкнотами номиналом 10 марок, в 1882 году было подписано и пересчитано в общей сложности 27 000 (номера C167001 - C168000, C170001 - C196000) банкнот номиналом 12 марок образца 1862 года, помимо золотых монет. Впрочем, к вопросу поддельных (и не только) банкнот авторы надеются вернуться во второй части исследования.

Пока же вернемся к фальшивкам монет. Они распространялись все шире, разного качества, и номиналов.

25.02.1882 Sanomia Turusta № 32
Арестован фальшивомонетчик.
В четверг полиция арестовала бывшего землевладельца, пытавшегося пристроить несколько фальшивых марок на рыночной площади. У него было найдено четыре таких фальшивых монеты с датой 1866 на каждой.

06.05.1882 Ilmarinen № 53
Поддельные деньги.
В ресторане общественного питания № 7 в минувшее воскресенье в копилке была обнаружена оловянная монета. Монета была изготовлена в высоком качестве, и в настоящее время находится в распоряжении полиции, Предмет, должно быть, был передан каким-то мошенником из-за невнимательности слуг ресторана, о человеке, который это сделал, или о распространителе ничего не известно.

11.09.1882 Helsingfors Dagblad № 246
В торговом зале винного магазина Nääs обнаружена фальшивая монета в 10 марок. Фальшивые деньги были из цинка и сделаны так хорошо, что их недействительность можно было заподозрить только по нескольким более светлым пятнам на позолоте.

13.09.1882 Aamulehti № 73
В редакцию принесли для ознакомления образец, похожий на 1 марку, сделанный из несоответствующего металла. «Монета» была получена при торговле на рынке деревенской девушкой, которая, в свою очередь, отдала ее на сдачу городской покупательнице, которая также ничего не заподозрила. Только позже она почуяла неладное. Можно с уверенностью сказать, что у нас в обращении есть и другие фальшивые монеты, и есть причина опасаться их.

16.09.1882 Satakunta № 72
Фальшивые монеты достоинством в две марки каждая, всего три штуки, в прошлый четверг взяли у местного сапожника Юхо Амми. Деньги, которыми он расплатился в здешнем ресторане, были настолько хорошо изготовлены, что их едва ли можно было отличить от настоящих. Однако, они были липкими на ощупь. Сапожник показал, что нашел кошелек, в котором и были данные монеты.

Судя по публикациям, можно сделать вывод, что простые люди в те времена достаточно просто относились к монетам, которые хотя бы немного были похожи на настоящие. Известна история женщины, которая нашла на рынке не менее трех золотых монет достоинством в десять марок, которые уже впоследствии при осмотре оказались неподлинными. Судя по публикациям того времени и по полицейским делам, иногда даже попадались целые кошельки, набитые фальшивками. Можно подумать, что так могли орудовать и отдельные «шутники», пытавшиеся подставить соседей… Впрочем, это могла быть и удобная отговорка. И что именно «нашедшие» кошелёк люди и были либо изготовителями, либо распространителями данных изделий.

11.10.1882 Satakunta № 79
В нашем городе можно довольно часто встретить поддельные монеты номиналом в одну марку. К примеру, на прошлой неделе одна женщина получила на рынке сдачу, в числе которой были фальшивки, которые она распознала только придя домой. В одном из магазинов также выдали фальшивые марки, которые были распознаны не сразу. Мы призываем общественность быть осторожными при ведении дел. Фальшивки легко отличить по тому факту, что они кажутся липкими, когда вы держите их в руках, и что они легче по весу настоящих монет.

14.10.1882 Borgåbladet № 80
Фальшивые деньги.
В базарный день был арестован мужчина, который хотел сбыть фальшивую купюру в 20 марок.
Кассир на телеграфе выявил поддельную монету в 50 пенни, сделанную из олова.

28.10.1882 Satakunta № 84
Фальшивый двухмарочник.
Однажды в начале этой недели торговцу дровами из Ууденхёйрисаха в Исонранте дали фальшивую двухмарочную монету, сделанную из олова. Это уже третий случай за короткое время, когда в магазине в Пори появились фальшивки: ранее уже попадались монеты достоинством в две и одну марку. Таким образом, создается впечатление, что где-то в Пори находится литейный «завод» по производству фальшивых денег. Было бы неплохо, если бы полицейские и в городе, и в близлежащей сельской местности тщательно выискивали тех жуликов, которые мешают денежному обращению своими махинациями.

11.11.1882 Aamulehti № 90
Вчера в лавку купца Блома принесли фальшивую марку, а приказчик принял ее, не заметив. Она сделана достаточно искусно, но вес и звон (вернее, его отсутствие) ясно показывают, что это подделка. Предполагается, что монета была получена от человека из Тейско. Было бы целесообразно внимательно следить за правильностью монет и в нашем городе, и в стране, а соответствующие лица должны получить необходимые объяснения от монетного двора.

15.11.1882 Aamulehti № 91
Поддельная марка появилась в магазине алкогольной компании в доме торгового советника Хаммарена, а на прошлой неделе такую же принесли в бакалейную лавку в районе Ууси Каупунки. Рекомендуем всем быть осторожными при получении сдачи, возможно, это поможет отследить распространителей.

23.12.1882 Sanomia Turusta № 199
На днях некий Сякюляйнен получил от незнакомого покупателя фальшивую монету в две марки для оплаты купленного мяса. Фальшивка выяснилась, когда получатель попытался ее использовать для покупки спиртных напитков в винном магазине. Виновник происшествия сообщил, что намеревается передать подделку местной полиции.

09.04.1889 Wiborgsbladet № 83
Монету в одну марку, сделанную из олова, купец Ю. Сергеев получил при обмене в своей лавке в Котке в прошлую среду вечером в темноте у неизвестного несовершеннолетнего мальчика.

09.04.1889 Wiipurin Sanomat no 83
Осужден за торговлю фальшивыми деньгами.
Суд округа Сортавала приговорил Тахво Паавилайнена, жителя региона из деревни Кантойнен, к двадцати дням тюремного заключения за распространение фальшивых монет, решение было передано в апелляционный суд для расследования, а осужденный отправлен в Выборгскую окружную тюрьму до рассмотрения апелляции. У осужденного было 7 монет по одной марке и 10 пятидесятипенниевиков, которые он пытался использовать для покупки вина у контрабандиста.

Спиртное, похоже, было излюбленным товаром для сбыта фальшивых монет. Но в данном случае «награда нашла героя» и контрабандист спиртного получил фальшивые деньги в качестве оплаты за свою незаконную продукцию.

10.11.1889 Wiborgsbladet № 263
Фальшивая монета в одну марку была вчера предъявлена для оплаты неизвестным лицом в мясной лавке на рыбацкой пристани. Образец, который мясник отнес в полицейский участок, как только понял, что это подделка, сделан довольно хорошо.

26.11.1889 Wiborgsbladet № 276
В Кякисалми (ныне Приозерск – авт.) в обращении попадаются фальшивые марки 1866 года. Полиция идет по следу распространителя.

30.11.1889 Wiborgsbladet no 280

Распространение фальшивых денег
Городской инспектор Кякисалми отправил пять поддельных серебряных монет достоинством в одну марку уездной управе. Он получил их от местного предприятия по производству спиртных напитков, где они были оставлены в качестве оплаты за алкоголь человеком, назвавшимся «Вартиайненом из Куркийоки».

14.12.1889 Wiborgsbladet № 292.
В Кякисалми ходят фальшивые монеты номиналом в одну марку. Так, хозяйка конторы пивоваренной компании «Вуокса» получила от мужчины три таких монеты. Мы идем по следу человека, которому удалось сбежать до того, как деньги были признаны фальшивками. Говорят, что эти марки, все как одна датированы 1866 годом, и довольно хорошо сделаны, но имеют неровные края и мягче и темнее, чем подлинные марки. Там же один купец недавно получил оловянную монету в 20 копеек. Это связано с тем, что русской мелочи в обращении в городе больше, чем финской.

Итак, мы видим, что в течение всего периода обращения русско-финских монет, проблема фальшивок стояла достаточно остро: подделки попадаются в большом количестве и на всей территории Великого княжества, как вблизи метрополии, так и в достаточно отдаленных регионах. Выявление очагов сбыта, хотя и происходит, но не меняет общую картину…

Отметим, что наиболее часто встречающимися являются монеты в 1 марку. Они обычно датированы 1866, 1874 (илл. 08), 1892 (илл. 09) и 1907 (илл. 10) годами.

Илл.08. Поддельная монета достоинством в 1 марку 1874 года (масса – 4, 36 г).

Илл. 09. Поддельная монета достоинством в 1 марку 1892 года (масса – 4,40 г).

Илл. 10. Поддельная монета достоинством в 1 марку 1907 года (масса – 4,95 г).

Двухмарочники встречаются реже, они чаще всего датированы 1870 (см иллюстрацию 2), 1874 и 1906 годами. Самый редкий гость этой серии - 50-пенниевики. Нам известны такие монеты с датировками 1874 и 1890. Чаще всего их можно выявить по меньшей массе, грубости отделки мелких деталей, а также гуртовому оформлению.
Авторы будут благодарны за присланные фотографии фальшивок, находящихся в коллекции читателей, а также истории их появления. А следующую публикацию мы планируем посвятить поддельным банкнотам.

[~DETAIL_TEXT] =>

Илл. 2. Фальшивая монета 2 марки 1870 г. (из коллекции авторов, масса монеты 7,66 г).

07.10.1880 Ahti № 40

30.11.1889 Wiborgsbladet no 280

Илл.08. Поддельная монета достоинством в 1 марку 1874 года (масса – 4, 36 г).

Илл. 09. Поддельная монета достоинством в 1 марку 1892 года (масса – 4,40 г).

[DETAIL_TEXT_TYPE] => html [~DETAIL_TEXT_TYPE] => html [PREVIEW_TEXT] =>

[~PREVIEW_TEXT] =>

Сразу хотим отметить, что данный очерк не претендует на статус научного исследования или какое-то неопровержимое открытие, связанное с доказательством фактов. Это лишь ряд гипотез, снабженных мнениями специалистов, личными наблюдениями, а также иллюстрациями действительно красивых монет, часть из которых предоставлена их нынешними или прошлыми владельцами.

Итак, как известно «пруф» (англ «proof») – это не состояние или сохранность монеты, а особенности её чеканки. Они характеризуются тремя основными составляющими:
1. Специальная подготовка монетных кружков;
2. Изготовление штемпелей по особой технологии «травление, полировка поверхности и т.д.);
3. Чеканка в два удара.

Таким образом, наиболее характерными отличиями большинства монет, изготовленных по данной технологии, являются матовый рельеф выступающих деталей и их высокая четкость, глянцевое поле и, где это возможно, полированный гурт.
Многие нумизматы видели своими глазами или в аукционных каталогах русско-финские монеты, отмеченные продавцами (прежде всего – грейдинговыми конторами, такими как NGC, PGCS и др.) как PF и даже «PF САМЕО» (илл. 01), некоторые из них получают «красивые» буквы DPL («deep prooflike», илл. 02):
25 пенни 1875 г. S NGC PROOF 65 CAMEO.

Илл. 01. Пример 25 пенни, атрибутированной как «PF CAMEO».

20 марок 1913 S NGC MS 64 DEEP PROOFLIKE

Илл. 02. Пример золотого 20-марочника 1913 года, отмеченного как «DPL».

Кроме того, каждый, кому посчастливилось увидеть или подержать в перчатках такие монеты, особенно чеканенные в меди, навсегда запомнили красоту этих прекрасных памятников нумизматики, "морозные" выступающие элементы, зеркальную поверхность (илл. 03):
10 пенни 1889 г. PROOF

Илл. 03. 10 пенни 1889 г. (происходит из собрания Нильса Линдберга).

Казалось бы, чеканка монет по технологии «proof» на Гельсингфорсском монетном дворе не должна вызывать сомнений. Однако, сами финны на аукционах осторожно отмечают такие монеты как, в лучшем случае, «prooflike» (илл. 04):

Илл. 04. Фрагмент финского аукционного каталога с монетой «prooflike».

Более того, один из авторитетнейших финских нумизматов, проф. Т. Талвио в ответ на заданный ему вопрос дал вполне однозначный ответ, что (цитирую в переводе с финского) «первые официально выпущенные по технологии «пруф» финские монеты были отчеканены в 1991 году. Более ранние выпуски, относящиеся ко временам Великого Княжества, не являлись специальными выпусками, это просто монеты, отчеканенные ранее неиспользованными, свежими и блестящими штемпелями».

Далее проф. Талвио делает замечание о том, что высокопоставленные нумизматы того времени (такие, как Вел. Кн. Георгий Михайлович или гр. И.И Толстой) почти всегда делали заказ (и получали положительный ответ) на получение партий таких свежеизготовленных монет без малейших следов хождения. Такая же практика распространялась и на музеи, как российские (прежде всего – Эрмитаж), так и зарубежные.

Аналогично размещались заказы и на изготовление новодельных монет, таких как 25 пенни 1872 г. (илл. см. в статье «25 пенни 1872 г.: «тип одного года» или множество разновидностей», ПК, № 1/2021), анахронистические 25 пенни 1898 г. (илл. 05, с орлом образца 1906 г.):

Илл. 05. Фантастический (анахронизм) новодел монеты 25 пенни 1898 г.
и 50 пенни 1889 года (илл. 06):

Илл. 06. Новодел монеты 50 пенни 1889 г. с орлом, несоответствующим году.
у которых тип аверса не соответствует по времени датировке на реверсе, а также все монеты достоинством 2 марки 1867 г. (см. статью «О коллекционировании русско-финских двухмарочников 1865-1908 гг.», ПК №3/2020).

По поводу чеканки анахронистических 50 пенни есть вполне достоверные сведения. Ханну Мяннистё в статье, посвященной этим монетам, сообщает, что в 1894 г., когда образцы монет, отчеканенных в 1883-94 гг., были переданы в коллекцию Хельсинкского университета, некоторые из них были изготовлены для этой цели ретроспективно (об этом свидетельствует наличие редких вариантов данной серии). Предположительно, каждая монета была изготовлена сразу в нескольких экземплярах, и некоторые из них, похоже, попали в частные коллекции. При этом, данный тип монет ещё находился в обращении.

Подобные наборы образцов затем поступили не только в собрание Университета, но и в очень известную частную коллекцию – собрание графа И.И. Толстого, который был не менее известен в среде нумизматов, чем упомянутый ранее Великий князь Георгий Михайлович, и с 1893 года до начала 20 века заказывал по пять комплектов финских монет каждого года. Все формальности проходили через Государственное казначейство Финляндии. В заказах не упоминаются предыдущие годы чеканки, но появление штемпельных монет XIX века как в его коллекции (серебряные и медные монеты которой сейчас находятся в Национальном музее США в Вашингтоне), так и при распродаже коллекции графа (аукцион А. Гесса 1913 г.) свидетельствует, что знаменитым коллекционерам в свое время удавалось получать финские монеты непосредственно на Монетном дворе. По крайней мере, для более редких годов, это, вероятнее всего, – новодельная чеканка (см. E. Borg, Rahan väärti, стр. 38-40). Заметим, что при продаже ряда монет из коллекции гр. И.И. Толстого на аукционе Hess’a в 1913 году их состояние отмечено как «polierte Platte», что сегодня трактуется как «proof».

Несмотря на то, что Т. Талвио неоднократно подчеркивает, что все эти новоделы являются тем, что называется «proof-like» и лишь изготовлены свежими штемпелями, не можем не отметить, что те "пруфы" или "псевдо-пруфы", которые мы видели в меди и серебре, выглядели существенно лучше, чем "первые удары".

Приведём ещё несколько примеров красивейших монет из известных коллекций, отмеченных аукционистами как «proof». В частности, 1 и 10 пенни 1898 года из коллекции Нильса Линдберга (илл. 07, 08):

Илл. 07. 1 пенни 1898 из собрания Н. Линдберга.

Илл. 08. 10 пенни 1898 из собрания Н. Линдберга.

или 5 пенни 1908 года из собрания Л. Сёдермана (илл. 09), причем последние заметно отличаются по общему восприятию и, предположительно, были отчеканены в другой временной период.

Илл. 09. 5 пенни 1908 года из собрания Л. Сёдермана.

Тем не менее, несмотря превосходное качество представленных на фото и других, виденных лично авторами (в том числе примеры из собственных коллекций, представленные на иллюстрации 16, к сожалению, не позволяющей в полной мере оценить ее посредством непрофессиональной фотографии) монет, невзирая на аукционные отметки (причем аукционов исключительно не финских), можно отметить несколько характерных отличий рассмотренного материала от монет, действительно отчеканенных по особой технологии, особенности которой приведены в начале данного очерка.
25 пенни 1871 г. S prooflike, 10 пенни 1876 г. prooflike

25 пенни 1871 г. S prooflike, 10 пенни 1876 г. prooflike

Илл. 10. Монеты «proof-like» из коллекций авторов.

Особенно отличия эти проявляются в определенных фрагментах, где небольшие детали поля находятся в тесном соприкосновении с выпуклыми элементами изображения. Равно как нельзя однозначно сказать о полированности гурта. Единственное, с чем можно согласиться, это гипотеза, что монеты отчеканены все-таки не просто «свежими», но улучшенными, специально подготовленными для заказной чеканки штемпелями. Причем штемпели эти могли ранее уже какое-то непродолжительное время использоваться для регулярной чеканки – после чего их «подновили» и улучшили, например, как для чеканки монеты в 50 пенни из собрания Р. Джулиана (илл. 17):

Илл. 11. 50 пенни 1892 г. из собрания Р. Джулиана.

Резюмируя сказанное, с большой вероятностью приходится прийти к выводу, что так называемые «финские пруфы» были весьма условны:
1) специальных штемпелей для чеканки «пруф» не изготавливалось;
2) чеканка проводилась «усовершенствованными» штемпелями (травление, полировка), изготовленными ранее в качестве обычных, но, вероятно, не
использовавшихся или ограниченно использовавшихся для чеканки;
3) чеканка производилась обычным методом, в один удар, а не в два;
4) в годы, которыми датированы монеты, их чеканка, судя по всему, не производилась;
5) как следствие – то, что мы называем «финскими пруфами», является примером заказных новоделов, причем, в нескольких случаях, описанных выше (как серебро 1889 и 1898 гг.) – фантастических (анахронистических).

Осталось ещё как минимум два нерешенных в данной теме вопроса:
1) период этой чеканки – до революции или в середине ХХ в.? Вероятнее всего, незадолго до 1917 года, вернее – между 1906 и 1917 гг., (хотя, возможность
того, что часть экземпляров, которые сейчас принимаются за «proof», особенно те, что так или иначе связаны с именем Л. Сёдермана, изготовлены и в начале 1950 г., вполне реальна);
2) по имеющимся источникам или самим монетам невозможно со стопроцентной точностью определить, делалась ли какая-то предварительная подготовка монетных кружков перед их чеканкой "доработанными" штемпелями.

Надеюсь, читатели помогут разобраться в этих вопросах, а также поделятся своей информацией по затронутым авторами темам.

[~DETAIL_TEXT] =>

Илл. 01. Пример 25 пенни, атрибутированной как «PF CAMEO».

20 марок 1913 S NGC MS 64 DEEP PROOFLIKE

Илл. 05. Фантастический (анахронизм) новодел монеты 25 пенни 1898 г.
и 50 пенни 1889 года (илл. 06):

Илл. 07. 1 пенни 1898 из собрания Н. Линдберга.

В разных странах и самых разных периодах нумизматам встречаются монеты, отчеканенные не в штатном для них металле. Это могут быть пробные экземпляры, ошибка мастера или заказная чеканка «раритетов» для состоятельных коллекционеров.

Не является исключением и Финляндия. Например, хорошо известны отчеканенные в белом металле (предположительно, в серебре) 5 пенни 1918 года, как «белого» (илл. 01):

Илл. 01. 5 пенни 1918 года «Белого правительства» в белом металле.

так и «красного» (илл. 02) правительств (об истории появления этой монеты нами было подробно рассказано здесь):

Илл. 02. 5 пенни 1918 года «Красного правительства» в белом металле.

Встречаются подобные казусы и в русско-финской нумизматике царского периода, к примеру – отчеканенные в никеле 1 пенни 1883 года и 10 пенни 1890 года (илл. 03):

Илл. 03. 1 пенни 1883 и 10 пенни 1890, изготовленные в никеле.

Среди финских нумизматов бытуют две основные версии их происхождения, на данный момент не имеющие документального подтверждения: либо это пробы работы с новым монетным металлом, выполненные в тот же период, что и опыты на Санкт-Петербургском монетном дворе (вспомним серии пробных монет 1911 и 1916 годов), либо частная инициатива сотрудников монетного двора Хельсинки, предпринятая в 1950-е гг. под руководством директора П.У. Хелле.

Самым известным «достижением» Хелле в части чеканки в другом металле, является медная марка 1949 года (илл. 04). Им была изготовлена пробная партия в 250–260 экземпляров, которые попали в обращение через Банк Финляндии без разрешения Минфина. Кроме этого, несколько экземпляров было передано коллекционерам.

Илл. 04. 1 марка 1949 года, отчеканенная в меди.

Следует принять во внимание, что общая номинальная стоимость этих медных марок, на современные деньги, составила примерно 10 евро, и по внешнему виду это были вполне обычные медные марки, подобные выпускавшимся в Финляндии в 1940-43 гг. и 1950-51 гг. Однако вскоре за ними началась настоящая «погоня» - и до сих пор они вызывают непонятный ажиотаж среди коллекционеров, цена доходит до 14.000 евро.

Однако, один из наиболее интересных предметов данного рода в финской нумизматике – монета 10 пенни 1867 года, отчеканенная в золоте.
Впервые она была описана в 1974 году в статье Айми Линкосалми (Aimi Linkosalmi), опубликованной в № 6/1974 журнала Numismaatikko по результатам прошедшего 09-10.11.1974 г. аукциона «B. Ahlstöm Mynthandel Ab», где и был выставлен лот № 1103: «10 пенни 1867 г., отчеканены в золоте. Вес 26,95 грамм. Уникум. Состояние 01, оценка –100 000 шведских крон». Реальная цена продажи монеты составила 81 000 шведских крон.

Как известно (и мы писали об этом в предыдущих статьях), официальное разрешение чеканить золотую монету для Финляндии было издано 9 августа 1877 г., первые легальные монеты в 10 и 20 марок выпущены в обращение в 1878 году. Таким образом, согласно каталожному описанию, получается, что представленные на аукционе 10 пенни – первая золотая монета Финляндии, причем, значительно превосходящая по весу и размеру монеты стандартных выпусков.

Некоторое время считалось, что это был пробный, опытный выпуск золотого передела, сделанный в рамках подготовки последующей золотой чеканки. Однако, об этом «пробнике» нет никаких упоминаний ни у Вел. Кн. Георгия Михайловича, ни в списках гр. И.И. Толстого и др. В своей статье Линкосалми опровергает данное предположение, приводя аргументы, что это – не проба, а тот самый так называемый «off-metal strike», то есть специальная чеканка, выполненная на заготовке из несоответствующего металла.

Линкосалми, также сообщает, что ранее подобная (с высочайшей вероятностью – та же самая) монета была продана на аукционе Schulman в Амстердаме в конце 1950-х годов финскому покупателю. В таком случае, эта монета и оказалась, через некоего «посредника», на аукционе Альстрёма в ноябре 1974 года.
В статье Линкосалми также упоминает один старый слух о том, что франко-австрийский граф Филипп Арнольд ла Ренотьер фон Феррари (1850-1917), известный в то время филателист и коллекционер, в 1867 году отправил золото на все европейские монетные дворы с просьбой перечеканить его в монеты всех достоинств, чеканившихся в данном году. В таком случае следует, что должны быть и другие номиналы 1867 года, отчеканенные в золоте.
Ещё одним предположением является заказная чеканка монеты в начале 20 века.

Айми Линкосалми дополняет историю в следующей статье, опубликованной в Numismaatikko № 5/1988, согласно которой монета проходила на аукционе Schulman 1-4 мая 1962 г. под номером 2023 с описанием: «Александр II, 10 пенни 1867 г. Золото, 27 гр. Высшая редкость, вероятно - уникум. Состояние EF. Стартовая цена 2750,- гульденов». Линкосалми связался с аукционным домом и выяснил, монета на самом аукционе осталась непроданной и была выкуплена после его окончания за 450 долларов. Поскольку в то время 1 доллар США составлял около 3,6 голландского гульдена, цена соответствовала примерно 1 600 гульденов, то есть значительно ниже старта.

В той же статье 1988 года Линкосалми пишет, что по мнению Т.Талвио монета была отчеканена и преподнесена в качестве подарка на день рождения от монетного двора и его сотрудников директору монетного двора Августу Фридриху Сольдану, которому 13 июля 1867 года исполнилось 50 лет. Это вполне правдоподобная теория.

Однако, сам Т. Талвио позднее говорит в своей статье «Ещё немного информации о 10-пенниевике 1867 г. в золоте», опубликованной в Numismatic Magazine № 2/2000, что существует письмо небезызвестного Леонида Сёдермана от 27 ноября 1973 года, (копию письма видел Ханну Мяннистё), которое, помимо прочего, содержит утверждение: «У меня есть золотые 10 пенни 1867 г., единственная в своем роде штуковина, уникум. Состояние 1 + / 01. Монета, вероятно, и даже вполне определенно, отчеканена на Гельсингфорсском монетном дворе, по заказу знаменитого коллекционера прошлого века из рода Ferrari. Он имел обыкновение заказывать медные монеты в золоте. Цена - SFR. 45 000,-».

Таким образом, «посредником», упомянутым Линкосалми в его статье 1974 года, по всей вероятности, является как раз Л. Сёдерман, который, согласно статье Т. Талвио, мог выкупить монету у Schulman’a в 1962 году. Происхождение теории Феррари, представленной в начале статьи, также нашло свой источник. Ценник в 45 000 швейцарских франков, упомянутый в письме, в то время составлял 67 000 шведских крон, в свете чего «эстимейт» аукциона Ahlstöm’a в размере 100 000 шведских крон и цена продажи в 81 000 шведских крон кажутся вполне естественными.

Вполне реальной является теория, что как раз небезызвестный Леонид Сёдерман и являлся «первоисточником» данной монеты – в ранних исторических источниках ничего не сообщается о чеканке 10 пенни в золоте, более того, ее первое появление «на свет» совпадает с пребыванием Сёдермана в Финляндии и падает на период управления Монетным двором П.У. Хелле, который известен изготовлением фантастических новоделов монет и медалей. Более того, Сёдерман как раз впервые озвучивает и легенду про «итальянского графа». Может быть, таким образом, он пытался «легализовать» свой частный заказ и заработать на очередном «раритете»!? Кто знает?..

Так или иначе, в следующий раз эта монета всплыла на аукционе Heritage NY Signature Sale № 296 летом 2002 г. под номером 11903. Описание предмета: «Александр II 1867 г. 10 пенни. Отчеканена в золоте, монограмма с короной / дата и номинал в венке, KM-Pn7, 26,99 г, XF (следы чистки) с неровностями обода. Единственный известный образец. Отчеканена под господством России и выпущена за 11 лет до выпуска любых других финских золотых монет. Большая скандинавская редкость» (илл. 05):
10 пенни 1867 в золоте.

Илл. 05. 10 пенни 1867 в золоте (иллюстрация из аукционного каталога).

Цена ухода на тот раз составила, с учетом аукционных сборов, 7762,50 долларов США, и тому есть живые свидетели (в том числе – авторы статьи). Интересно то, что при этом в статистике онлайн-аукционов Heritage лот помечен как НЕ проданный! С тех пор монета не появлялась в «публичном контексте» и никакой информации о ней больше найти не удалось.

Напоследок, немного технической информации. Для 10-пенниевиков 1867 года известны три основные особенности реверса (илл 06):

Илл. 06. Штемпельные варианты аверса 10 пенни 1867 года.

Крайне интересно, где и за какие деньги в следующий раз появится (или уже появлялась) эта 154-летняя (???) редкость…

[~DETAIL_TEXT] =>

[DETAIL_TEXT_TYPE] => html [~DETAIL_TEXT_TYPE] => html [PREVIEW_TEXT] =>

[~PREVIEW_TEXT] =>

Предисловие переводчика:

После того, как утихли все военные и революционные бури, в 1924 году, он подготовил отчет, посвященный 60-летию деятельности монетного двора уже Хельсинки. Отчет содержит много исторических, ранее не известных широкому читателю, сведений. Я посчитал, что аудитории журнала «Петербургский коллекционер» (особенно – интересующимся финскими монетами) будет любопытно ознакомиться со многими, ранее не публиковавшимися, подробностями финской монетной чеканки.

Письмом от 14.11.1972 № VM 141/19-27/72 Министерство финансов Финляндии разрешило открытую публикацию данных материалов.

Вадим Гладцын

Введение.

В конце 1924 года Монетный двор отметил свой 60-летний юбилей. В связи с этим необходимо вкратце взглянуть на проделанную работу, особенно когда прошедшая эпоха уже так или иначе сформировала определенный исторический пласт: финские монеты в их прежнем виде перестали быть полновесным средством платежа в стране после того, как финская марка потеряла большую часть своей первоначальной стоимости.

Зарождение собственных денег и первая чеканка.

Финская национальная валюта была учреждена императорским манифестом 4 апреля 1860 года, когда в Финляндии была введена новая валюта под названием «Марка» (разделенная на 100 частей, называемых «пенни»), которая была приравнена по весу и стоимости к 1/4 российского серебряного рубля. Медная монета чеканилась таким образом, чтобы по весу и стоимости металла она была равна русской медной монете. Окончательно сформированная денежная система состояла из полноценных серебряных монет достоинством 2 и 1 марки, разменных серебряных монет 50 и 25 пенни и разменных медных монет 10, 5 и 1 пенни.

Денежная реформа потребовала создания монетного двора. Он был построен в Хельсинки и оборудован станками и другим оборудованием в 1862-1864 гг. Установленное в то время техническое оборудование до сих пор является составной частью технических средств монетного двора, в том числе 2 черновые плавильные печи для 100 и 200 килограммовых тиглей, прокатный стан c 4 вальцевальными машинами для полос 110 мм от J. C Freund & Co в Берлине, для которых было закуплено 6 пар валиков Fried. Krupp в Эссене, два резака Uhlhorn (Grevenbroich), 2 обрезных станка Fr. Muller в Берлине и два чеканочных пресса, изготовленных Uhlhorn (Grevenbroich), Кельн: один среднего размера, другой – большего. Ещё один большой пресс был приобретен у J. C. Freund & Co. в Берлине для производства штемпелей, медалей и т. д., его привод работал от паровых двигателей высокого давления мощностью около 25 лошадиных сил, построенных Osberg & Bade в Хельсинки.

Первая чеканка состоялась во второй половине 1864 года, серебро было впервые выплавлено 13 августа, а медь - 6 сентября. 25 октября в Банк Финляндии было доставлено 300 финских марок монетами по 1 пенни. 14 декабря была выпущена первая партия серебра - 27 000 монет достоинством 1 марка, которые не передавались в банк до 20 января следующего года, за ними последовали еще 48 000 монет в 1 марку и 52 000 монет по 50 пенни.

Чеканка монет активно продолжалась в 1865-1867 годах, так что на конец 1867 г. было изготовлено монет на общую сумму 7 962 310 финских марок в серебре и 569 480 финских марок - медью, что, вероятно, удовлетворило насущную потребность в первых монетах для обращения. С 1868 по 1875 год было отчеканено несколько относительно небольших партий на сумму 5 231 500 финских марок в серебре и 235 010 финских марок в меди, а в 1876 году еще 50 150 марок монетами в 10 и 1 пенни. После этого чеканка меди была возобновлена с 1881 года, а чеканка серебра - только с 1889 года.

Следует отметить, что, хотя регламенты предусматривали изготовление монет с использованием российских мер веса, Монетный двор, несмотря на действовавшую в то время в стране старую шведскую систему мер и весов, с самого начала использовал французские (т.е. метрические) единицы измерения как для чеканки, так и для учёта запасов металла. Данный вопрос поднимался ещё в 1862 году и так и не был решён окончательно, за исключением того, что Монетному двору было негласно разрешено использовать свою учётную политику до вступления в силу нового устава, который был введен в действие в 1877 г.

Переход на золотой стандарт и продолжение чеканки.

Падение цен на серебро еще в конце 1860-х годов сделало невозможным постоянное поддержание необходимых запасов серебра в большинстве стран: в Финляндии переход к золотому стандарту также оказался необходимым и был реализован в соответствии с Законом о денежном обращении от 9 августа 1877 года, который предусматривал, что золото является основой денежного обращения, а основной единицей меры веса является французский грамм. Было утверждено, что новые золотые монеты достоинством 10 и 20 марок будут полностью соответствовать французской монетной системе. Ранее отчеканенные серебряные и медные монеты будут использоваться в качестве размена, и данную чеканку следует продолжать в соответствии с ранее установленными нормами.

После необходимых приготовлений, в частности, например, закупки автоматических сортировочных весов Bunge в Гамбурге, к чеканке монет приступили в начале 1878 года, а первая партия, 50 000 монет в 20 марок, была выпущена 27 мая и доставлена в Банк Финляндии на следующий день. Затем чеканка золота продолжалась до конца 1882 года, и её общая сумма составила 21 900 800 финских марок. За исключением выпуска в 1891 году небольшой партии 20-марочных монет, которая составила до 1,8 миллиона марок, золотая чеканка не осуществлялась до начала XX века.

После 1876 года было отчеканено несколько небольших партий меди. Чеканка серебра возобновилась в 1889 г. и продолжалась до 1894 г. на общую сумму 3 170 006 финских марок (из них – чеканка мелких номиналов из серебра монет, изъятых из обращения, на сумму 2 380 163,25 марок). Последующая чеканка серебра и меди была направлена на поддержание количества монет, необходимых в обращении, а также на повторное использование (после переплавки) серебра, изымаемого из обращения.

Золото для России.

В 1910 году старая паровая электростанция монетного двора была выведена из эксплуатации, и для снабжения всех цехов были организована подача электроэнергии общей мощностью около 45 лошадиных сил. Это усовершенствование и юстировочный стан, приобретенный у Klotz в Штутгарте для корректировки веса золотых монет, принесли большую пользу при срочной чеканке больших объемов золота в 1910-х гг., чему также способствовало появление новых автоматизированных весов от Bunge в дополнение к старым. Представительство российского казначейства в Хельсинки при расчетах с Банком Финляндии неожиданно начало взыскивать дебиторскую задолженность исключительно в финских золотых монетах. Таким образом, каждый месяц из банка изымалось 1-2 миллиона финских марок золотом. Чтобы удовлетворить возникшую потребность в собственных золотых монетах, Монетный двор запустил крупномасштабную золотую чеканку, которая длилась до середины 1913 года. К этому времени изъятие золота Россией прекратилось, но золотой резерв Финского банка, составлявший 18 907 330 финских марок на 31 декабря 1911 года и 31 265 540 финских марок на 31 декабря 1913 года, был переведен в отчеканенные монеты. Для этой чеканки, начавшейся в конце 1911 года, Монетный двор получил от Банка Финляндии в общей сложности 7 197 кг чистого золота в слитках, 14 000 золотых соверенов, а также 728 855 долларов, в основном монетами по 20 долларов.

Чеканка во время Мировой войны.

Вскоре после начала Первой мировой войны в денежном обращении Финляндии, как и в большинстве других стран, возникла потребность в переменах. Первоначально считалось, что они касаются общего увеличения объема обращающихся платежных средств, но позже стало очевидно, что серебряные и медные монеты стремительно исчезали из обращения сразу после их выпуска. Чтобы устранить возникающие трудности, осенью 1915 года Банк Финляндии выпустил банкноты в 1 марку, после чего вся чеканка была сосредоточена на выпуске мелких серебряных и медных монет. В 1916 и 1917 годах было отчеканено в общей сложности 7 414 000 финских марок монетами в 50 и 25 пенни и 828 850 финских марок в медных монетах.

В годы войны работа Монетного двора сталкивалась с возрастающими техническими трудностями, так как становилось все труднее или даже невозможно приобретать различные расходные материалы. Вскоре это привело к нехватке графитовых тиглей, из-за чего возникла необходимость построить 200-килограммовую муфельную печь для выплавки меди, которую топили дровами или торфом. Эта печь до сих пор используется для плавки меди, поскольку её работа оказалась экономичнее, чем плавка в тигле, особенно после того, как стало возможным использовать уголь для ее нагрева. После того, как в 1917 году стало практически невозможно получить графитовые тигли, были заказаны 150-килограммовые тигли из литой стали для плавки серебра, которые хорошо справились со своей задачей. Необходимые новые вальцы были выточены из гранатной стали и оказались более подходящими по сравнению со спецоборудованием, ранее импортировавшимся из-за границы, поэтому Монетный двор до сих пор производит подобные вальцы из подходящей стали в своей небольшой ремонтной мастерской.

Среди других расходных материалов, которые стало трудно достать во время войны, была серная кислота, необходимая для отбеливания монетных кружков после их вырубки из отожженной пластины. Поэтому в 1916 году монетный двор начал использовать бисульфат, который был легко доступен в больших количествах.

Война также повлияла на поставку серебряных слитков. Транспортировка осуществлялась через Белое море, серебро отправлялось почтовыми посылками, каждая из которых содержала отлитый специально для этой цели слиток весом примерно 1,24 кг. Всего за 1915-16 гг на монетный двор прибыло 12 744 таких посылок со слитками. С осени 1916 года стало возможным ввозить серебро в слитках весом 33 и 38 кг. - Таким образом, с апреля 1915 г. по январь 1918 г. для Монетного двора было заготовлено всего 39 129 кг чистого серебра. Одна партия серебра затонула при транспортировке морским путем из Англии вместе с кораблем, потопленным немецкими войсками.

Уменьшение веса медной монеты.

C 1916 года из-за роста цен на медь стало невыгодно продолжать чеканку медных монет на основании действовавшего до этого устава, согласно которому 100 марок медью должны были весить 12,797 кг. Поэтому было предложено уменьшить вес монет так, чтобы 100 марок в монетах по 10 или 5 пенни весили 5 кг, а монетами по 1 пенни - вдвое больше. Однако эта реформа не была поддержана законом до 27 мая 1918 года.

Последствия революции.

После начала восстания 1918 года в Хельсинки 23 января повстанцы немедленно захватили монетный двор, как и другие государственные учреждения. Их первой добычей оказалось приблизительно 2 тонны серебра, которое было перечеканено в монеты, преимущественно номиналом 25 пенни, с использованием имевшихся штемпелей. Общий ущерб, нанесенный государству, оказался меньше, чем можно было ожидать, поскольку большая часть имевшихся запасов, порядка 400 000 финских марок, была обнаружена в хранилище Банка Финляндии уже после того, как 14 апреля управление перешло в руки законной власти. В отчете были отражены потери монетного двора в размере 122,950 кг брутто или 92,249 кг чистого серебра. В хранилище Банка Финляндии после поражения повстанцев было обнаружено 6 100 марок в монетах по 5 пенни, а 2 800 марок было утеряно.

Незадолго до восстания Монетный двор готовился к ранее запланированному выпуску уменьшенных медных монет. Воспользовавшись этим, повстанцы решили чеканить небольшие пятипенниевики, украшенные их эмблемой. Однако работа продвигалась очень медленно: перед тем, как покинуть монетный двор в начале апреля, они успели отчеканить только 87,2 кг таких монет. Всего в результате восстания монетный двор потерял 724,702 кг меди.

Когда 12 апреля Хельсинки был освобожден от власти «красных», высадившийся немецкий флот занял монетный двор и создал в его помещениях медпункт, который оставался там ещё около 2 недель.

Введение никелевых монет.

В 1918 году стало невозможным поддерживать в обращении достаточное количество серебряных монет, поэтому Банк Финляндии выпустил банкноты в 50 и 25 пенни, решение о выпуске которых было подготовлено ещё в 1916 году. Эти банкноты вскоре полностью заменили соответствующие монеты, таким образом, серебряная монета практически исчезла из обращения после прекращения ее чеканки в 1918 году.

Однако вскоре было признано нецелесообразным держать в обращении небольшие банкноты военного времени, которые быстро изнашивались. Поэтому, когда Банк Финляндии в 1920 году выразил пожелание, чтобы вместо них были выпущены новые монеты, было предложено вместо серебра чеканить их из никелевой бронзы, то есть медно-никелевого сплава с 25% никеля и 75% меди. Соответствующий закон был принят 23.12.1920 и предусматривал, что вместо серебряных монет выпускаются монеты того же достоинства, но из никелевой бронзы, следуя инструкциям, ранее установленным для производства серебряных монет.

Для достижения поставленной цели требовалось 10 миллионов монет по 1 марке, 5 миллионов марок монетами по 50 пенни и 5 миллионов марок – по 25 пенни: в общей сложности 40 миллионов монет, которые нужно было отчеканить как можно скорее. Поскольку Монетный двор в то время был загружен работой по производству новых медных монет, и для реализации нового крупного заказа ему потребовалось бы несколько лет, новые никелевые монеты были заказаны в 1921 г. на монетном дворе в Бирмингеме (The Mint Birmingham Ltd.). Вскоре стало очевидно, что для обеспечения обращения необходимо еще 10 миллионов монет по 1 марке. Монетный двор Хельсинки был вынужден отказаться и от этого заказа, и он был поручен Королевскому монетному двору в Копенгагене, который на тендере представил наиболее выгодные условия. Эта работа была завершена в середине 1922 года.

Поскольку потребность в новых медных монетах в начале 1923 года, казалось, была удовлетворена, и у Банка Финляндии накопился их достаточный запас, Монетный двор смог приостановить чеканку медных монет, начатую в 1918 году, и перейти к производству никелевых монет. Дополнительно было заказано 5 миллионов монет по 1 марке и 3 миллиона марок монетами по 50 пенни. Данная чеканка завершилась в 1924 году.

Сводные данные по чеканке.

В большинстве случаев данные, приведенные в таблице I, основаны на отгрузке готовой продукции в Банк Финляндии, поэтому невозможно точно узнать, сколько именно монет было отчеканено в течение того или иного календарного года, с какой именно датировкой были отчеканены отгруженные монеты и т.д.

К примеру, в отчетах указано, что самые крупные объемы золотых монет были произведены в 1912 и 1913 гг., когда была произведена отгрузка 17,62 и 8,24 миллиона финских марок соответственно. Самая крупная по общей стоимости и количеству монет чеканка серебряных монет была в 1916 и 1917 гг., когда в монетах достоинством 50 и 25 пенни было отгружено 3 974 000 и 3 440 000 финских марок соответственно. Наибольший объем чеканки меди имел место в 1919–1922 годах, когда было выпущено монет номиналом 10, 5 и 1 пенни в общей сложности на 2 546 750 марок, при этом самый высокий годовой объем пришелся на 1921 год и составил 698 000 марок. Наибольшее общее количество монет было отчеканено в 1916 году и составило 20 604 000 штук.

Исак Густаф Сунделль. Монетный двор Финляндии.Краткий обзор его деятельности в 1864-1924 гг.Таблица I. Объем выпуска за период 1864-1924 гг.

Денежное обращение.

По состоянию на 31 декабря 1924 года в Банке Финляндии находилось 28 957 070 финских марок золотом, а на монетном дворе было переплавлено 2 460 финских марок, изъятых из обращения. Остаток, 35 292 090 марок, возможно, был частично вывезен из страны, частично оказался в сбережениях, заметная его часть могла быть использована и для изготовления ювелирных изделий.

Из объёма серебряных монет на общую сумму 30 756 816 FIM в банке находилось 546 970 марок, 6 456 921 было переплавлено на монетном дворе. Куда делись остальные серебряные деньги, точно не известно. Вероятно, что большая их часть находится на руках, что-то было вывезено за границу. Кроме того, некоторые объемы серебра регулярно используются в промышленности.

Выпущенная никелевая монета в основном находится в обращении. В конце 1924 г. в Банке Финляндии имелось 10 711 524 марок такими монетами.

Медная монета образца 1864-1917 почти полностью исчезла из обращения и, вероятно, в основном используется для других целей. Сейчас в обращении находится преимущественно новая медная монета, отчеканенная по образцу 1918 года.

Переработка изъятых монет.

Сколько изъятых из обращения изношенных финских монет оказалось на монетном дворе и было переплавлено, показано в таблице III. Особо следует отметить переплавку в 1882 и 1887 годах монет 2 и 1 марки общей суммой в 3 миллиона марок, из которых 1 628 000 приходится на монеты 2 марки, а 1 372 000 – 1 марку. После перехода на золотой стандарт они стали излишними. Переплавленные монеты, судя по отчетам, частично были совершенно новыми и не участвовавшими в обращении. Эта плавка осуществлялась за счет банка, который заказал переработку ставших ненужными монет в слитки. Расплав использовался и для чеканки новых монет. Помимо выплавки изношенных серебряных монет для повторной чеканки в 1889-1894 годах, 500 000 финских марок были переплавлены в 1916 году в монеты 50 и 25 пенни. В 1922 и 1924 годах 71 300 финских марок медью старого образца, изъятых из обращения, также были переработаны в новые монеты.

Экономические показатели.

В отчетах Монетного двора до 1901 года использовалась так называемая камеральная система, что затрудняет получение четкого представления о его финансах. Согласно ранее не публиковавшимся сводным отчетам, которые охватывают время с момента его создания и до 1901 года, Монетный двор в течение указанного периода не получил никакой прибыли, напротив, даже задолжал государству 323 755 финских марок, потраченных на его создание. Затраты на ремонт зданий, проведенный органами государственного управления, составили 27 535 финских марок. Таким образом, общий убыток до 1901 года составил 351 290 финских марок. Дальнейшие балансы велись по годам и приведены в таблице II.

С учетом затрат на ремонт здания окружного управления, проведенный монетным двором в 1901-1924 годах на сумму 196 449 финских марок, общая прибыль на конец 1924 г. составила 29 801 020 финских марок.

При анализе доходов и расходов монетного двора необходимо также учитывать, что после упразднения Горного совета в начале 1885 года Монетному двору был передана Инспекция золото- и серебро- добычи. В результате прибыль, полученная государством от данной деятельности Монетного двора в 1885-1924 годах, составила 1 702 290 финских марок, включенных в общий расчет.

В Хельсинки, на Монетном дворе, ноябрь 1925 г.

Исак Густаф Сунделль. Монетный двор Финляндии.Краткий обзор его деятельности в 1864-1924 гг.Таблица II. Баланс деятельности Монетного двора

Исак Густаф Сунделль. Монетный двор Финляндии.Краткий обзор его деятельности в 1864-1924 гг. Таблица III. Переработка финских монет на Монетном дворе (в марках).

[~DETAIL_TEXT] =>

Предисловие переводчика:

Вадим Гладцын

Введение.

Зарождение собственных денег и первая чеканка.

Переход на золотой стандарт и продолжение чеканки.

Золото для России.

Чеканка во время Мировой войны.

Уменьшение веса медной монеты.

Последствия революции.

Введение никелевых монет.

Сводные данные по чеканке.

Денежное обращение.

Переработка изъятых монет.

Экономические показатели.

В Хельсинки, на Монетном дворе, ноябрь 1925 г.

[DETAIL_TEXT_TYPE] => html [~DETAIL_TEXT_TYPE] => html [PREVIEW_TEXT] =>

[~PREVIEW_TEXT] =>

Таценко С.Н. "Клад российских монет рубежа XIX-XX вв. в собрании Музея Москвы" (клад николаевского золота).

Литература:
Векслер, Мельникова. 1999. — Векслер А., Мельникова А. Российская история в московских кладах. М.
Ильф, Петров, 1988. - Ильф И., Петров Е. Двенадцать стульев. Золотой теленок. М.
Мельникова, 1973. — Мельникова А. Твердые деньги. М.
Мельникова, Уздеников, Шиканова, 2000. — Мельникова А.С., Уздеников В.В., Шиканова И.С. Деньги в России. Русское денежное хозяйство с древнейших времен до 1917 г. М.
Смирнов, 1994. — Смирнов М.И. Со знаком «С.П.Б.» ... Очерки истории Санкт-Петербургского Монетного двора 1724-1994. Тольятти.
Сытин, 1958. — Сытин П.В. Из истории московских улиц. М.
Уздеников, 2004. — Уздеников В.В. Монеты России 1700-1917. М.
Уздеников, 1995. — Уздеников В.В. Объем чеканки российских монет на отечественных и зарубежных монетных дворах 1700-1917. М.
_________________
* В работе были использованы машинописные и рукописные, в основном черновые, документы под общим заголовком «Клад золотых монет, найденный на Селезневской ул. (1987).
** Экспертиза монет проводилась на пробирном камне старшим пробирером Центральной государственной инспекцией пробирного надзора Н.А Ковалевой. Взвешивание производилось на весах «Сарториус» типа Е 550065.
*** №№ 427, 429, 433, 440, 441, 452, 457, 458, 464, 474, 491
**** Золотые советские червонцы здесь полностью исключены, так как их выпуск в 1923-1925 гг. предназначался для внешнеэкономических сделок (см.: Смирнов, 1994. С. 55-56).

Примечание: В оригинальном тексте статьи отсутствуют изображения монет, в качестве произвольной иллюстрации при публикации текста статьи онлайн администрацией СМ использовалось изображение 5 рублей 1899 г. ЭБ с поздним портретом из Маркетъ-плейса СМ, согласно современным исследованиям относящихся к чеканке Советского правительства 1920-х гг.

[~DETAIL_TEXT] => В собрании Музея Москвы хранится клад российских золотых монет рубежа ХIХ-ХХ вв. Сохранившаяся документация позволяет полностью восстановить картину его находки*.

Клад был обнаружен 27 ноября 1987 г. в подвале дома № 1 по Сущевской улице тремя проходчиками СМУ-6. По всей видимости, клад не имел вместилища или находчики не обратили на него внимания. Во всяком случае, никаких сведений о находке иных предметов кроме монет, в Музей не поступало. Первоначально было найдено 22 монеты, каждая достоинством в 10 рублей, затем находчики собрали еще 88 монет, из которых 4 экземпляра имели достоинство в 5 рублей. Монеты были сданы в 64-е отделение милиции города Москвы. 2 декабря 1987 г. все содержимое клада было передано на хранение в Музей истории Москвы.

В настоящее время клад состоит из 105 экземпляров 10-ти рублевых монет выпуска 1899 г., одной 10-ти рублевой монеты - 1902 г. и 4 экземпляров 5-ти рублевых монет - 1898 г., 1899 г. (2 экземпляра) и 1900 г. Всего: 110 монет. Общий вес клада составляет 928,71 гр., в чистоте — 835,86 гр. Все монеты имеют 900 пробу**.

Таким образом, хронологические рамки монет клада охватывают незначительный промежуток времени, с 1898 по 1902 г. Чеканка подобных монетных типов началась на заключительном этапе финансовой реформы С.Ю. Витте в 1897 г. и продолжалась с перерывами до 1911 г. Основной тираж золотых 10-ти и 5-ти рублевых монет был выпущен в период с 1898 по 1904 г. (см.: Мельникова Уздеников, Шиканова, 2000. С. 191-201; Уздеников, 1995. С. 39).

В качестве приложения к документам дана справка о том, что дом № 1 по Сущевской улице (Селезневская улица № 3) до 1917 г. принадлежал В.И. Бакастову, потомственному почетному гражданину г. Москвы, гласному члену Московской городской думы, участковому попечителю 1-го участка Сущевского городского попечительства о бедных. В квартире № 18 этого дома располагалась канцелярия попечительства. Мы вправе предположить, что, если не сам Бакастов, то кто-нибудь из жильцов дома и был владельцем этого клада.

Клады золотых монет рубежа ХIХ-ХХ вв., как и другие, смешанные, клады, сокрытые до 1917 г., еще не стали предметом специального изучения, хотя и занимают место в работах общего характера (Векслер, Мельникова. 1999. С. 180-183). Судьба их много плачевнее, чем судьба кладов медных монет ХVIII-ХIХ вв.

По сводке московских кладов А.Г. Векслера и А.С. Мельниковой известно примерно 11 кладов, наполненных только золотыми монетами рубежа ХIХ-ХХ вв. (Векслер, Мельникова, 1999. С. 249-258***). Из них один клад попал в музейное хранение (№ 441), два других (№№ 458, 464) поступили в Гохран, остальные были, как указано в сводке, «сданы государству». Такое отношение к кладам, по нашему мнению, имеет ряд причин: значительный объем чеканки однообразных по типу золотых монет в период (и после) реформы С.Ю. Витте (1895-1897 гг.); изобилие кладов, сокрытых во время войн и революционных потрясений; но главное, качество монет и металл. Золото было во все времена основным мерилом ценности. К тому же, в советское время клады начала ХХ в. расценивались (и расцениваются до сих пор) как «буржуазные», не представляющие исторической ценности (Векслер, Мельникова, 1999. С. 252).
Однако уже тогда историческая и музейная значимость подобных кладов была очевидна. В черновике письма (1988 г.) на имя начальника Управления изобразительного искусства, музеев и памятников Главного Управления культуры Мосгорисполкома отмечалось: «Клад необходим для научно-исследовательской и экспозиционной работы, а также для пополнения фондового собрания:

1). В целях проведения работы по регистрации и изучению московских кладов, найденных на территории старой исторической застройки города;

2). Как источник изучения товарно-денежных отношений России к. ХIХ-н. ХХ в. и монетной системы того времени;

3). Для формирования нумизматической коллекции музея, в которой нет аналогов указанного клада».

Письмо, как нам представляется, составлялось не без участия А.Г. Векслера, заведующего отделом археологии тогда еще Музея истории города Москвы, одного из авторов книги «Московские клады», изданной в 1973 г. Однако по неизвестным причинам в последующих переизданиях книги (1988 и 1999 гг.) исследуемый клад не был зарегистрирован.

Одним из сложных вопросов является время сокрытия клада. Способ датировки клада по последней, младшей, монете здесь, на наш взгляд, не действенен. Есть ряд составляющих, которые могли бы свидетельствовать о раннем (до 1917 г.) времени сокрытия клада. Об этом говорит значительное количество однотипных монет (99 экз.) одного года выпуска (1899) со знаком минцмейстера А. Грасгофа (АГ), работавшего на С.-Петербургском монетном дворе с 1883 по 1899 г. Другой минцмейстер, Феликс Залеман, инициалы которого встречаются на монетах (ФЗ), работал с 1899 по 1901 г. Знак третьего минцмейстера, Александра Редько, (АР), присутствовал на золотых монетах с 1901 по 1904 г. Однако, в кладе находится только одна монета с этими инициалами выпуска 1902 г. Монеты последующих лет чеканки со знаком АР в комплексе отсутствуют (Уздеников, 2004. С. 29, 466). К этому можно отнести отсутствие в кладе иных предметов в виде лома, украшений и т.п. из драгоценных металлов, что было бы характерно для сокрытия времен социальных потрясений. Важным подспорьем для датировки могло быть вместилище, но оно не сохранилось.

В тоже время есть данные, позволяющие усомниться в ранней датировке клада. Именно на 1899 г. приходится выпуск наибольшего количества 10-ти рублевых золотых монет — 27600013 шт. Поэтому преобладание их в обращении до и после 1917 г. выглядит вполне естественным. В кладе отсутствуют монеты достоинством в 15 рублей и 7 рублей 50 копеек, обильный выпуск (28729033 шт.) которых приходится только на 1897 г. Выпасть в клад в более раннее время у них было больше возможностей, чем позднее. Столь же примечательно и скромное место в кладе 5-ти рублевых монет. С 1898 по 1900 г. их тираж составил более 100.000.000 шт. (Уздеников, 1995. С. 39; ср.: Смирнов, 1994. С. 101). А в кладе таких монет оказалось всего 4 экземпляра. Вполне возможно, что за их малым числом в комплексе просматривается личная воля кладовладельца более позднего времени.

Золотые 10-ти и 5-ти рублевые монеты выпуска рубежа ХIХ-ХХ вв. длительное время находились в обращении и еще дольше бытовали среди населения. Они служили предметом сокрытия и в советское время. Это подтверждают два клада, обертками которым служили
советские газеты (Векслер, Мельникова, 1999. С. 251, 257-258. №№ 441, 491). Золотые («николаевские») монеты входили в состав денежного обращения в период Гражданской войны, послевоенной разрухи и НЭПа (об этом см.: Мельникова, 1973). Стали они и достоянием художественной литературы. В известном романе И.Ильфа и Е.Петрова «Двенадцать стульев» упоминаются «золотые десятки»**** (по курсу «девять с половиной»), которыми расплачивался отец Федор с гражданином Коробейниковым (Ильф, Петров, 1988. С. 76).
Маловероятно, чтобы монеты были сокрыты в 1902-1903 гг., в период относительного благополучия. Первая такая возможность, правда, на наш взгляд, спорная, появляется у кладовладельца в период революции 1905-1907 гг. По данным П.В.Сытина, историка Москвы, известно, что во время декабрьского восстания 1905 г. упорные баррикадные бои шли в непосредственной близости от места сокрытия клада (Сытин, 1958. С. 629). Золотые монеты могли быть спрятаны и во время I-ой мировой войны (1914-1918 гг.), когда к 1917 г. из обращения вышла почти вся звонкая монета.

Не исключено, а, на наш взгляд, возможно, сокрытие клада и в последующее, революционное и послереволюционное времена, когда золотые монеты стали превращаться из средств обращения в сокровища. Такая сумма (1080 золотых рублей) действительно могла быть укрыта при крушении всей социально-экономической системы, денежной реформе и полного обновления денежного обращения.

Так или иначе, но на вопрос о времени сокрытия клада можно ответить только на основании учета всех кладов того времени, сравнения их состава, включая и состав смешанных, монетных и вещевых, кладов, исследования топографии, вместилища, эпохи.
Основным и необходимым условием для такой работы и должна послужить публикация кладов из предметов быта, прикладного искусства, монет рубежа ХIХ-ХХ веков.

Исследуемый клад публикуется табличным способом. Определение монет производилось по книге В.В. Узденикова «Монеты России 1700-1917». М. 2004. (Узд.-III/№ п/п):
Таценко С.Н. "Клад российских монет рубежа XIX-XX вв. в собрании Музея Москвы" (клад николаевского золота).

На главную страницу Библиотеки