О коллекционировании штемпельных разновидностей российских монет XVIII–XX столетий. Рзаев В.П.

С точки зрения коллекционирования — близкое к занудству однообразие, косвенное сужение широты коллекционерских интересов, невозможность глубоко заинтересовать показом такой подборки не только коллег, но и любых своих друзей или гостей, далеких от профессионального интереса к монетам.

С познавательной точки зрения — косвенное ограничение собственного уровня профессиональных знаний и, отчасти, общекультурного уровня.

С точки зрения научного исследования — рутина, которая, за немногими исключениями, отнимает у ученого драгоценное время от исследований действительно важных нумизматических проблем.

С коммерческой точки зрения, однако, значение это неоднозначно, зависит от рентабельности, того, являются ли монеты типажными либо престижными. Даже большая штемпельная подборка популярных монет (тех же рублевиков 1720) реализуется успешнее, чем погодовка (к примеру, 2-копеечников 1810—1830) или даже типовая подборка монет менее популярных (например, русско-финских).

Для убедительности приведу полдюжины эпизодов по второй половине XVIII века, где при изучении штемпельных разновидностей выявились интересные, значительные сущностные различия, о которых, конечно, должен знать любой нумизмат, коллекционирующий российские монеты императорского периода.

— Копейки 16-рублевой стопы 1757—1758. Различия в стилистике, наряду со следами изображения шведской монеты в 1 эре, которая послужила заготовкой при перечеканке в российскую монету, позволили (еще до обнаружения соответствующих документов) отнести такие копейки к продукции Сестрорецкого монетного двора.

— Часть 5-копеечников 1758 б/б благодаря стилистическим особенностям удалось отнести к продукции Сестрорецкого монетного двора, отделив их от другой части — пятаков екатеринбургских.

— Копейку 1788 б/б, денги 1788—1789 б/б и полушку 1789 б/б, все со шнуровидным гуртом, мне удалось, по стилистическим особенностям (и по другим соображениям), уверенно отнести к продукции Санкт-Петербургского монетного двора.

— Пятаки 1789—1790 АМ отнесены, по стилистическим особенностям, к монетам, отчеканенным штемпелями, переведенными (в начале работы Аннинского монетного двора) с петербургских маточников.

— Часть копеек 1798 ЕМ отчеканена аннинскими штемпелями 1797 АМ, у которых цифра «8» перебита из «7», а буква «Е» — из буквы «А» (после упразднения монетного двора в Аннинском штемпеля оттуда были отправлены в Екатеринбург и там доработаны перебивкой).

— У некоторых дефектных 2-копеечников 1800 ЕМ написание — КОПЕIIКII, что явно указывает на использование при подготовке штемпеля не только литерных, но и простейших мелкодетальных пуансонов.

Убежден, что и собирание разновидностей монет советского периода, по сути, давно себя скомпрометировало, не окупив того весьма значительного общественного внимания, средств и времени, что были затрачены, оно оказалось малополезным занятием. За мелкими и мельчайшими особенностями, зачастую — и что хуже всего — недоступными невооруженному глазу, не кроется ничего действительно интересного, сущностного (возможно, за редчайшими исключениями). Достаточно плодотворным представляется лишь исследование иррегулярных монет советского периода (проводимое Никитой Моисеенко).

Вывод не касается всех разделов нумизматики, в частности, допетровского: ценность максимально полной подборки разновидностей проволочных монет определяется, прежде всего, ее научным значением.

Ущербность собирания разновидностей дореволюционных монет очевидна. Но надо понимать и помнить, что КОЛЛЕКЦИОНИРОВАНИЕ ВСЕХ ПОДРЯД РАЗНОВИДНОСТЕЙ и ВНИМАТЕЛЬНОЕ ИЗУЧЕНИЕ КАЖДОГО экземпляра, свойственное профессиональному нумизмату, — вовсе не одно и то же.

Источники: Загадки российской нумизматики. Факты. Исследования. Версии. Том I+Том II. Рзаев В.П. Издание 2010-2011 гг. с автографом автора!

Задать вопрос автору в Книге Почетных Гостей